Гучок

Гноевой Валентин

– Это моржи, – объяснил суслик и скомандовал. – Приехали! Стойте здесь.

Он спрыгнул на землю и неторопливо зашагал в сторону лежбища моржей. Дойдя до первой туши, он запрыгнул на неё и стал разглядывать все остальные. Моржи не обращали на него никакого внимания. Суслик, по-видимому, не найдя то, что искал, вскарабкался на небольшую скалу и стал вглядываться в сторону моря.

Через несколько минут из воды невдалеке от берега вынырнула и снова нырнула клыкастая голова моржа. В следующий раз она вынырнула уже поближе. Наконец, огромный

морж выполз на берег и полез прямо по головам своих сородичей куда-то всередину лежбища.

Чтобы пролезть вглубь, он вонзил свои клыки в попу моржа, который лежал скраю. Заревев от боли, укушенный морж уколол не своего обидчика, а мирно храпящего соседа, тот своего и так далее. Неподвижно лежавшие до этого туши пришли в необычайное движение. Вылезший из воды морж, проворно массажировал своими клыками бока и спины сородичей направо и налево, заставляя всех расступиться. Тем, кто оказался ближе всего к воде, бить было некого, поэтому они с возмущённым рёвом прыгнули в воду.

Вдоволь насладившись массажем, зачинщик драки улёгся всередине лежбища, как ни в чём ни бывало. Дождавшись этого момента, суслик спрыгнул со своего наблюдательного пункта и направился к вновь прибывшему моржу. Какое-то время он с ним разговаривал, показывая на своих друзей. Морж что-то отвечал, кивая в сторону моря, после чего захрапел вместе с остальными.

– Нашёл я вам корабль, – вернувшись, объявил суслик. – Есть сидячие и лежачие места.

– Урра! – хором закричали друзья.

– Я зе гавалил, сто, если есть вада, знацит есть и калабль! – торжествующе улыбаясь, сказал Игорёк. – Када атплываим?

– Когда корабль сюда на кормёжку приплывёт, – ответил суслик.

Все вытаращились на него.

– Чего уставились? По суше на оленях, по воде на ките.

– На ките-е? – хором протянули друзья.

– А вы ожидали здесь прогулочную яхту встретить? Или круизный лайнер?

– Клуизный… лайнел, – запинаясь, выговорил Игорёк.

Все замолчали, поглядывая друг на друга и переваривая оглушительную новость.

– А другой дороги к Деду Морозу нет? – тихо поинтересовался лягушонок.

– Может и есть, – пожал плечами суслик, – но я не знаю. А вы, что, уже передумали?

– Мы не передумали, – почувствовав общее настроение, ответил за всех Гучок. – Просто… страшновато. Переплыть море… на ките.

– А до этого было не страшно? Бросить мягкую и теплую кровать, ехать на край света кормить комаров и мёрзнуть от холода, добывать каждый день себе еду, сражаться с волками и медведями и каждый день идти в неизвестность…

– Мы как-то не думали об этом…, – растерянно проговорил Гучок.

– А что изменилось? – спокойно спросил суслик. Но друзья молчали, и это молчание было лучше любого ответа. – Вот, и сейчас не думайте об этом!

Все смотрели в сторону моря. Никто не глядел на берег. Впереди была неизвестность. Хотя, впрочем, как и всегда. Впереди их ждал холод, медведи и борьба за еду. Всё то же, что было и раньше.

Только сильнее и страшнее. Но, ведь, и они уже были не те, что раньше. Наверное, они тоже стали сильнее и смелее. И что-то глубоко внутри толкало каждого из них проверить это.

Из состояния задумчивости друзей вывел скрипучий голос суслика.

– А, вот, о чём надо подумать, так это о еде. Вряд ли там есть тушёнка с геологами. А вам, – он повернулся к дракоше и лягушонку, – ещё и об одежде.

– У нас есть одежда! – категорично и хором заявили Гоша и Кеша. – У Гучка в рюкзаке наши носки!

– В носках на полюс… Это круто! – издевательским тоном произнёс суслик, клацнув языком. – До полного комплекта полярника вам не хватает ещё трусов и панамки. А штаны и шубы вы не догадались взять?

– Носки это и есть наша шуба, – начал было объяснять Гоша, но, увидев выражение морды суслика, сообразил, что лучше быстро показать, чем долго объяснять. – Сейчас покажу!

Он полез в рюкзак Гучка и стал возиться внутри него. Пока продолжался поиск носков, рюкзак выглядел как живой. Он выдувался то с одной, то с другой стороны. Из его разных карманов по очереди высовывалась лапа лягушонка и шарила в воздухе, пытаясь нащупать куда-то запропастившиеся носки. Иногда оттуда раздавался звон или какой-нибудь глухой стук, за которыми сразу же следовал «Ай!». По следующим звукам все понимали, что лягушонок потирает ушибленный лоб. В конце концов, рюкзак попрыгал, прокатился по дракоше и, треснувшись о скалу, остановился.

– Нашёл! – радостно крикнул Гоша, высовываясь из рюкзака.

Сверху на него свалилось два десятка кайр, сидевших на скале по краям небольшого уступа. Потревоженные птицы с криками поднялись в воздух. Лягушонок вылез наружу и запрыгнул по очереди во все три папиных носка с отверстиями для лап.

– Впечатляет, – только и смог произнести суслик. – А сразу так и не поймёшь: то ли это носок, то ли спальный мешок.

– Спальный носок, – предложил название Кеша.

– Так, хорошо, одежда есть, а… – суслик застыл с открытым ртом и уставился на рюкзак Гучка.

Все повернули к нему головы и проследили за его взглядом.

– … А эти крендели откуда? – наконец выговорил он.

Из рюкзака торчали, глупо улыбаясь, три головы наших старых знакомых: Бардака, Шиворота Навыворота и Задом Наперёда.

– Приветики! – крикнули они хором и дружно выскочили наружу.

– А вы, наверное, думаете, куда мы запропастились? – гыгыкнул Бардак.

– А мы тут как тут! – хрюкнул Шиворот Навыворот.

– Мы тут как там! – авторитетно поправил его Задом Наперёд.

И вся троица, довольная произведённым эффектом, весело загоготала, наслаждаясь выражением лиц всех остальных.

– Слусай, – шепнул суслику Игорёк, – я циво-та ни понял. Ты куда их вместе с гусями атплавлял?

– Куда-куда. В правительство, – зашептал то в ответ.

– Зацем в плавительство? – удивился мальчик.