Гучок

Гноевой Валентин

– Это ты из кармана плаща торчишь? – спросил он.

Лягушонок, не отвечая, вылез из плаща, плюхнулся на пол, почесал ушибленное место и проговорил:

– Я понял, зачем нужны родители, после того, как они купили нас. Чтобы выбрасывать игрушки. То есть нас.

Идти или не идти? Идти

Солнышко своим лучиком раздвинуло занавески на окне и заглянуло в детскую. Увидев спящего Гучка, оно погладило его по щеке и пощекотало у него

в носу. Мальчик поерзал носом и перевернулся на другой бок. Тогда солнышко перелетело на другую сторону дома, заглянуло через окно в коридор, открыло дверь в детскую и лучиком погладило мальчика по вихрастой головке.

Гучок потянулся, улыбнулся и открыл глаза. Радость пробуждения наполнила все его тело. Он ещё раз потянулся, сбросил с себя одеяло и подбежал к окну. За окном на ветке старой груши двое воробьев уже два часа не могли поделить кусок пирожка, найденный ими одновременно. Аргументы у обеих сторон уже закончились, и в воздухе пахло старым проверенным способом разрешения конфликтов – дракой. Но, увидев в окне проснувшегося и улыбающегося Гучка, они вдруг почувствовали, что драться как-то не очень хочется, и поделили добычу пополам.

Мальчик повернулся, чтобы разбудить своих друзей, но тут же вспомнил вчерашнюю историю с наказанием. В детскую заглянул папа.

– Доброе утро!

– Доброе утро, папа.

– Ты сегодня ещё не видел своего лягушонка и дракона? – спросил он.

– Пап, ты же сам их вчера забирал, – насупился Гучок.

– Да я что-то не пойму, куда они подевались, – сказал папа. – Ну, ладно, давай чистить зубы и завтракать.

«Здорово! Значит, они где-то спрятались. Это меняет дело», обрадовано подумал мальчик и стал искать свои носки. Найдя один из них под кроватью, Гучок стал ползать по полу в поисках второго, разговаривая сам с собой:

– Второй, второй, я первый! Прием! Выходи на связь!

Но второй носок упорно молчал и на связь не выходил. Зато живот стал настойчиво напоминать про завтрак. Решив, что носок подождет, а живот нет, мальчик побежал на кухню.

На завтрак мама приготовила блинчики с творогом. Гучок уплетал их не за две, а за три щеки. Третьей щекой были карманы штанов его пижамы. Он знал, что его друзья сидят где-то голодные, и поэтому набрал и для них вкусных блинчиков.

– Молодец! – похвалила его мама. – Хорошо кушаешь. Съешь еще.

– Мама, я уже не хочу.

– Да ты голодный! Бери, ешь! – настаивала мама.

– Я уже наелся! – начал протестовать Гучок.

Мама настаивала, и мальчику пришлось несколько блинчиков незаметно спрятать в карманы. С полным ртом и набитыми карманами Гучок вылез из-за стола, поблагодарил маму за вкусный завтрак и пошел в детскую переодеваться, думая о том, где могут прятаться Кеша и Гоша. Он открыл свой шкаф и потянул на

себя джинсы и футболку, лежавшие на верхней полке. Вдруг сверху на него свалился лягушонок. Он спал на верхней полке и, упав на пол, продолжал спать, натянув на себя вместо одеяла упавшую футболку Гучка.

«Значит, Кеша тоже где-то недалеко», подумал Гучок, оглядывая свою комнату. И тут он услышал какое-то бульканье и урчание, доносившееся из коробки от большого игрушечного автомобиля на радиоуправлении. Он осторожно открыл её и увидел дракошу, который, свернувшись калачиком, тоже крепко спал. Бульканье и урчание доносилось из его живота. Гучок достал из кармана блинчик и положил его перед носом Кеши. Урчание переросло в рычание. Живот дракоши внутренним голосом пробурчал:

– Р-р-р! Просыпайся. Есть хочу!

Кеша вылез из коробки, пошатываясь, встал с закрытыми глазами и открыл рот.

– Глаза открывай! – скомандовал живот. – Мне нужно видеть, что я кушаю. Так вкуснее!

Кеша открыл глаза.

– О! Блинчики! – обрадовано сказал он, и его морда расплылась в улыбке.

– Другое дело, – сказал живот и продолжил. – Когда ты кушаешь и не видишь еды, она становится невкусной.

– Я всегда вижу то, что кушаю, – возразил дракоша.

– Ага. Когда ты завтракаешь и смотришь мультики, мне кажется, что я жую телевизор, – заявил живот и добавил. – Ну, давай, ешь. Только хорошо пережёвывай!

– Доброе утро, Кеша, – сказал Гучок.

– О! Привет, Гучок. Извини, у меня тут внутренний разговор.

– Ладно, заговаривай, а я пока Гошу разбужу.

Мальчик подошел к лягушонку и вытащил блинчик. В мгновенье ока длинный язык спящего Гоши выхватил добычу прямо из рук Гучка и отправил её в рот.

– Ого, лягушка – прожорливое брюшко. Давай, просыпайся! Хватит дрыхнуть!

Лягушонок продолжал спать, как ни в чем не бывало. Тогда Гучок аккуратно прикрутил скотчем ещё один блинчик к ножке стола и придвинул к нему Гошу. Язык лягушонка в один миг обкрутился вокруг нее. Но, понятное дело, стол остался стоять на месте. А лягушонок, притянутый собственным языком, с размаху шмякнулся об деревянный стол. Открыв глаза, он увидел, что держит во рту ножку стола.

– Доброе утро, Гоша! – поздоровался с ним Гучок.

– Гог’гое укго.

– Ты чего в стол вцепился, отпусти его.

Лягушонок, как мог, помотал головой.

– Ягык гакукалха, – только и смог произнести он.

– Вот видишь, я же тебе говорил, что надо смотреть, что кушаешь, – снова напомнил о себе живот дракоши.

– Давай сюда свой язык. Сейчас распутаем, – сказал Гучок и быстро высвободил Гошу из плена.

– Чем это так вкусно пахнет? – первым делом спросил лягушонок, когда его язык оказался на свободе.