Гули
Шрифт:
– Вот оно, - сказал Хиггинс, останавливаясь у последнего портала.
Задыхаясь, Курт поднял голову. В лучах заходящего солнца вход в туннель казался сплошным черным отверстием, высеченным в скале. Он выглядел намного больше, чем когда он видел его в последний раз.
– Мы с ума сошли, что пошли туда, - сказал Курт. Он вытащил свой фонарик из кольца на поясе.
– Эта шахта вот-вот рухнет.
Хиггинс рассеянно покачал головой.
– Ты думаешь, после стольких лет, что шахта рухнет в тот самый момент, когда мы решим заняться этим делом? О шансах даже не стоит
– Мы идем или нет?
– настаивала Вики.
– Давайте не будем стоять столбом, как кучка придурков.
У них включились фонарики. Когда они вошли в шахту, перед ними вспыхнул свет, ярко освещая стены и разгоняя липкую темноту. Далеко впереди что-то закапало. По мере того как они спускались, в канаве становилось прохладнее; темнота сгущалась, как туман. Через каждые несколько ярдов они проходили мимо толстых деревянных колышков, установленных для того, чтобы не дать канаве провалиться внутрь. Курт подумал, что это зубочистки. Многие из колышков были покрыты плесенью и разбухли.
В колеблющихся ореолах, отбрасываемых их огнями, Курт уловил отблески призраков этого места и снова подумал о своем отце. Стены из плотного камня были утыканы кабельными крюками, в некоторых из них все еще звенели провисшие провода электропередач, пропущенные через их отверстия. Повсюду валялись вырванные с корнем тележные рельсы, почерневшие и изъеденные ржавчиной. Старая, проржавевшая карбидная лампа рухнула под ботинком Курта; она хрустнула, как панцирь краба.
К потолочной балке была прибита покосившаяся табличка с надписью: "ДЕРЖИТЕСЬ ЛЕВОЙ СТОРОНЫ, ТРАНСПОРТНАЯ МАГИСТРАЛЬ". И еще одна: "ОСТОРОЖНО: ВПЕРЕДИ ГЛАВНАЯ ШАХТА".
Проход вел в пещеру с низким потолком, окруженную лабиринтом балок, город-призрак в недрах земли. Этот тип шахт был известен как "открытая выработка", главный ствол представлял собой просто узкую клиновидную яму, треугольным образом вырубленную в скале, стены которой соединялись несколькими горизонтальными коридорами, похожими на лазы. На дне карьера продолжался гораздо более узкий ствол, в котором накапливалась фильтрация.
– Мой отец проработал в такой шахте двадцать лет, - сказал Курт, только сейчас осознав, какой это, должно быть, был непосильный труд. Он угрюмо огляделся, подсвечивая себе фонариком, словно ожидая увидеть скелеты.
– Неудивительно, что он так сильно наклонил бутылку.
– Подожди, пока не увидишь шахту, - сказал Хиггинс.
Они осторожно ступили на деревянную насыпь, окружавшую яму. Затем они смело перегнулись через борт и заглянули вниз. Яма была огромной. Курт смотрел в благоговейном молчании, чувствуя дрожь в животе. Это было все равно что заглянуть за край света.
За каждым рядом забоев спускались похожие на желоба подъемники, оборудованные металлическими лестницами и подъемными тросами. Неровный звук капель отдавался эхом, становясь намного громче, чем раньше. Направив фонарь, Курт прочесал дальше и увидел еще больше лестниц и водосточных труб, ведущих прямо вниз. Он не мог видеть их конца.
– По моим прикидкам, глубина ямы не менее семидесяти-восьмидесяти футов, - сказал Хиггинс.
У Вики,
– Что это за отверстия?
– Они называются забоями, - сказал Курт. Его голос был глухим, лишенным интонации.
– Вот где добывают уголь. На самом деле они имеют форму подковы внутри, - он посмотрел на Хиггинса.
– Так что же это за важная находка, Марк?
– Посмотри на дно. На самое дно.
Они опустились на колени на дамбе, направив свои фонарики на цель. Сначала Курт не разглядел никаких деталей, только общую клиновидную форму ямы, сужающейся все ниже и ниже. Из-за огромной глубины луч его фонарика превратился в полоску света; его глазам стало больно.
– Видите это?
– сказал Хиггинс.
На лице Вики медленно проступал шок.
– Я не могу в это поверить.
Когда Курт перевел взгляд, прямо перед просачивающейся шахтой появились какие-то очертания. Груды щебня, каменные глыбы, разбитые вагонетки. Тяжелые слои пыли и земли равномерно скрывали все внизу. Но вскоре стала видна небольшая квадратная фигура. Она казалась наклоненной вперед и излучала слабый голубой оттенок. Он поднес фонарик. Что-то красное блеснуло. Он смотрел на крышу автомобиля.
– Понимаете, что я имею в виду?
– сказал Хиггинс.
– Не спрашивайте меня, как я смог это заметить.
– Судя по всему, он здесь совсем недавно, - сказал Курт.
– Все еще блестит, ржавчины нет.
Хиггинс указал налево, на часть дамбы, которая была разрушена.
– Кто-то столкнул его за борт. Следы шин все еще видны.
– Ты не собираешься туда спускаться?
– спросила Вики с подозрением в голосе.
Курт встал, ища рацию.
– Мы должны. Возможно, нам удастся проверить номера. Насколько нам известно, в нем может быть тело.
– Я не доверяю этим лестницам, - сказал Хиггинс.
– Вот почему мне понадобилась веревка. Спуститься будет проще простого.
Курт выдвинул антенны двух раций и передал их Вики. Он поднял веревку.
– Я пойду, я легче тебя.
– Ни за что, Хосе, - ответил Хиггинс, уже натягивая перчатки.
– Я тот, кто нашел это. Я буду тем, кто спустится.
– Хорошо, - сказал Курт.
– Только не торопись.
В нескольких футах позади них стоял заброшенный электрический экскаватор. На панели двигателя были нанесены трафаретные буквы: "ЭКСКАВАТОРЫ РЭНДОЛЬФА КАРТЕРА, ИНК.ОРПОРЕЙТЕД". Курт надежно привязал один конец троса к заднему рычагу. Хиггинс сбросил другой конец за борт, наблюдая, как он распутывается.
– Ты спятил, - сказала Вики Хиггинсу.
– А что, если веревка оборвется?
– Она не порвется, - он засунул фонарик за пояс и взял у Вики одну из раций.
– Эта веревка достаточно прочная, чтобы выдержать десять человек. Черт возьми, на ней, наверное, выдержал бы даже Бард.
Курт взял вторую рацию. Они быстро проверили связь, затем Хиггинс ухватился за веревку и свесил ноги за борт.
– И, ради бога, будь осторожен, - сказал Курт.
Хиггинс улыбнулся им.
– Если Бэтмен может это сделать, то я, черт возьми, точно смогу.