Гулы
Шрифт:
Марио вдруг как-то резко замолчал — видимо, известие о смерти Санти до сих пор заставляло его пребывать в состоянии шока.
Выслушав инспектора, Гольди хотел уже подтвердить, чтобы тот ехал в управление — информация о Дамаччо и священнике была ничтожна по сравнению с тем, что случилось в монастыре,— но в этот момент различил хрип. Обернувшись назад, Гольди увидел вспыхнувшие яростным блеском глаза старика — Аз Гохар придвинулся к самой решетке и, на мгновение позабыв о ране, взялся обеими руками за прутья. В следующую секунду он выдохнул:
— Подождите!.. Остановите
— О чем вы?.. Пастор церкви — один из членов секты? — Кончики губ комиссара недоверчиво изогнулись вниз.
— Я разговаривал с отцом Федерико вчера вечером,— проговорил Аз Гохар. Внезапно его лицо исказила гримаса.— Поверьте мне: он — один из них!
За секунду рой мыслей пронесся в голове комиссара. В том, что Тито Дамаччо мог оказаться в загадочной организации убийц, на его взгляд, не было ничего удивительного. Но то, что к ним мог примкнуть священник?.. Он снова недоверчиво улыбнулся, но старик, не обратив внимания на выражение лица комиссара, продолжил:
— Спросите его, что они делают! Какое-то мгновение Гольди колебался, но все-таки сказал:
— Подожди, Марио… Что эти трое делают сейчас?
— Дамаччо осматривает кузов грузовика,— механически ответил инспектор.— В нем какие-то блестящие баллоны.
— Ты находишься рядом с ними?
— Нет, наблюдаю в бинокль.
— Скажите ему, чтобы он не приближался к ним ближе пятидесяти метров, но не спускал с них глаз,— выдохнул старик, ловивший каждое слово из рации.— Возможно, это именно то, чего следует опасаться,— скорее всего, это связано с тем, что они намерены сделать в Террено.
На секунду Гольди задержал взгляд на лице Аз Гохара и вдруг… вздрогнул. Внезапно он увидел в глазах старика такие веру и страдание, что понял, что его слова — правда. Облизнув губы, он медленно выдавил:
— Вот что, Марио, комиссариат откладывается. Продолжай следить за этими людьми и постоянно докладывай мне об их действиях. Только не пытайся приблизиться к ним, следи издалека. Ты меня понял?
— Комиссар, но это…
— Следи за ними,— повторил Гольди.— Тебе повезло, что ты заметил Дамаччо и этого священника. Возможно, это самое важное дело в твоей жизни. Ты понял?
— Да.— На этот раз Протти ответил твердо.
— Сейчас у нас не хватает людей, но я постараюсь найти кого-нибудь и пришлю тебе помощь. Держи со мной связь.
— Хорошо,— ответил инспектор и отключился.
Когда в динамике раздался щелчок, возвестивший об окончании связи, комиссар повесил микрофон в гнездо на панели и обернулся назад. Мгновение он вглядывался в лица старика и его молодого спутника, не обращая внимания на скорчившегося возле них Борзо, потом сказал:
— Дай бог, чтобы вы ошиблись.
Не дожидаясь ответа, он повернулся и завел двигатель. Через секунду «ланча» развернулась на стоянке и, выехав на дорогу, помчалась в Террено.
Когда мимо окон машины пронеслись два первых квартала городской окраины, Белов обеспокоено проговорил:
— Комиссар, что вы намерены делать теперь?
— Я отвезу вас в комиссариат и сниму показания.
— Подождите…
— Вы ничего не объяснили,— прервал его Гольди, не поворачивая головы и следя за дорогой,— только запутали, напустили туману о членах загадочной организации и заставили вызвать подкрепление из Милана… Положим, последнее мы рано или поздно сделали бы и без вас, но никакой действительно ценной информации от вас я не получил.
— Но нам нельзя в комиссариат,— повторил Белов,— особенно Аз Гохару. У нас есть подозрения, что один из членов организации работает в вашей полиции. Если он заполучит в свои руки Аз Гохара, то…
— Кто этот человек? — быстро спросил Гольди.— Как его имя?
— Пока мы этого не знаем…
— Не знаете?! — процедил комиссар таким тоном, словно заранее ждал этого ответа, и со злостью добавил: — Мне надоели ваши недомолвки, приятель. Вы строите ни на чем не обоснованные обвинения. Я намерен отвезти вас в комиссариат и допросить.
— Послушайте, но это правда!.. У нас есть свидетельства того, что один из членов организации служит в полиции! Неужели вы не замечали в последнее время в комиссариате ничего необычного?
Помимо его собственной воли слова Белова заставили комиссара вспомнить события последних суток. За последние двадцать четыре часа в Террено произошло много странного и, на первый взгляд, непонятного. Но все это относилось к загадочным убийствам — полиция не имела к ним никакого отношения. Ничего странного в самом комиссариате он тоже не замечал.
В этот момент с левой стороны от дороги появилась и потянулась назад серая вереница складов речного порта. Одноэтажные постройки, разделенные клочьями пустоши, протянулись на километр вдоль Олоны. На одном из этих складов вчера утром нашли трех задушенных бродяг, машинально отметил Гольди и тут же вспомнил недавний разговор с Ризо. Инспектор установил, что вчера днем отец Винченцо взял в архиве муниципалитета закон об уничтожении собак в Террено, затем, всего лишь через полчаса после прихода священника в муниципалитет, кто-то из комиссариата заинтересовался личностью делавшего запрос, а еще через несколько часов отец Винченцо был убит в Сайта Марии Аквилонии… Неожиданно комиссар ощутил, как смутное беспокойство, похожее на легкую паутинку, задело его сознание. Впрочем, сейчас его мозг жгли гораздо более серьезные вещи. Он решил, что это простое совпадение — какая связь может быть между отлавливаемыми собаками, смертью священника и массовой бойней в заброшенном монастыре? «Чепуха все это»,— подумал Гольди и сказал:
— Мне надоели ваши измышления, Белов. Заткнитесь и сидите спокойно. Вы задержаны с оружием в руках в трехстах метрах от места гибели двухсот человек. Так что, думайте-ка лучше о том, как вам самому выкрутиться из всей этой истории.
— Вы либо кретин, комиссар, либо боитесь взглянуть в лицо фактам,— ответил мужчина.— Если вы и дальше будете действовать подобным образом, то вскоре никого не будет интересовать такая мелочь, как автомат.
Гольди пожал плечами и повторил:
— Заткнитесь…