Гусляр-2000
Шрифт:
– Быстрее соображай, пенсионер, – сказал мужик. – Ты левую бери, она постарше.
Мужик засмеялся и щелкнул пальцами. Одна из девушек превратилась в мячик.
– Мою тоже упакуйте, – потребовал Пупыкин. – Я же не могу прийти в мой дом в такой компании.
– Это дело пустяковое. Ты сам учись.
Мужик показал Пупыкину, как щелкать пальцами. Удалов тайком тоже щелкнул и, сам того не желая, превратил в мячик чужого крокодила. Пупыкин побежал прочь, пошатываясь на кривых ножках.
Тогда Минц с Удаловым пошли в бывший Маратовский
Молодая женщина с невыразительным длинным лицом и ярко нарисованными губами сказала:
– А я уж закрываться хотела. Вы насчет круиза?
– Мы хотели бы побывать в будущем, – сказал профессор Минц. – Согласно объявлению.
Женщина громко вздохнула, опускаясь на стул.
– Паспорта с собой?
– Нет. А можно без паспорта?
– Ну подумайте: пожилой человек, а такую ахинею несет! Вы же отправляетесь за рубеж, за вас обязуются. Вам известно, что в будущее допускаются лишь лица с гуслярской пропиской?
– А из района можно? – спросил Удалов, вспомнив мужика.
– Из района можно. Попрошу явиться завтра к десяти. Паспорт, сто долларов наличными, одеться прилично, но скромно. Вот список товаров, допущенных к вывозу.
Женщина протянула Удалову отпечатанный на машинке лист бумаги.
– А теперь идите, – сказала она. – Мы закрываемся.
Вернувшись домой, Минц все же позвонил президенту Академии наук.
Президент как раз ехал с совещания и говорил из машины по радиотелефону.
– Толя, – сказал Минц. – Здравствуй, тебя Лев беспокоит.
– Узнаю, узнаю, беспокойное сердце, взволнованный голос! Что тебя сегодня тревожит, старый конь?
– Скажи мне, Толя, только честно, – попросил Минц, – путешествие в будущее возможно?
– Теоретически?
– И практически.
– Вряд ли, – сказал президент Академии, – а что, у тебя уже получилось?
– Значит, ты ничего не знаешь?
– А что я должен знать?
– А то, что у нас в Великом Гусляре туристическая контора организует туры в будущее.
– Смешно, – сказал президент. Но голос у него был серьезный.
– Причем это не просто туры, – сказал Минц. – Это шоп-туры. Понимаешь?
– Теперь уже с трудом, – признался президент.
– Я сегодня наблюдал, какие товары привозят из будущего мои земляки. И это впечатляет.
– Ты меня пугаешь, Лев.
– Толя, неужели в других городах это явление не наблюдается?
– Не только в других городах, но и в других странах. Нигде в мире.
– Провокация?
– Но чья? Кому выгодно отправлять в будущее жителей Великого Гусляра?
– Может быть, нас хотят отравить? – произнес Минц, но тут же сам себе возразил: «Если они нас отравят, то как же они родятся на свет?»
– Что за товары? – спросил президент.
– Странный набор. Надувные женщины...
– С какой целью?
–
– Для мастурбации?
– Прости, Толя, но они такие убедительные, что даже разговаривают. Кроме того, в нашем городе появились надувные слоны и тигры.
– Прости, но это какой-то детский сад.
– Индивидуальные средства для полетов под кодовым названием «Малыш Карлсон»...
– Кухонные комбайны, которые картошку в мясо превращают, – подсказал Удалов.
– Кухонные комбайны, – повторил Минц. – И многое другое, о чем мы еще не успели узнать.
– Ясно, – сказал президент. – А что им нужно?
– Молодец, – одобрил вопрос президента Минц. – Нас тут снабдили списком вещей, которые рекомендуется брать с собой в шоп-тур для обменных операций. Погоди, погоди... «Фрукты и овощи свежие, кедровые орешки... ткани хлопчатобумажные и шелковые...» Не вру я! Слушай, не перебивай... «Драгоценные и полудрагоценные камни, янтарь, нефрит, агат...» Хорошо, пойдем дальше: «Книги с иллюстрациями в хорошем состоянии, выпуска до 1945 года, изделия из натурального меха...» Да тут больше ста позиций!
– Любопытно, – заметил президент. – Судя по твоему чтению, практически каждый житель города, независимо от благосостояния, может набрать дома материалов для шопа... для обмена, для бартера! Лев, ты должен будешь сделать для меня лично и для науки одну вещь...
– Мы с моим другом Корнелием Ивановичем Удаловым завтра с утра берем паспорта и отправляемся.
– И сколько стоит путевка?
– Не надо, Толя, я знаю, что на науку у нас дают скудно.
– На науку – скудно, а на разведку – сколько надо. У меня есть один академик во внешней разведке.
– По сто долларов, – сказал Минц.
– Двести долларов перевожу сегодня телеграфом, тебе и товарищу Удалову. Завтра жду от тебя звонка. На всякий случай с утра будем держать в боевой готовности парашютную бригаду.
– Только не это! – взмолился Минц. – Мы не знаем, кого спугнем и во сколько это нам обойдется.
– В зависимости от твоего доклада, Лева, – сказал президент. – Россия не забудет твоего подвига.
– Пока еще я ничего не совершил, – скромно ответил Минц.
Он попрощался с президентом и объяснил Удалову, что был у Толи научным руководителем на кандидатской диссертации. Много лет назад.
Вечером Удалов отведал пищи из кухонного комбайна. На этот раз Ксения набрала на кнопках рагу из зайца под бургундским вином и омаров под майонезом. И все из той же картошки.
Омары Удалову понравились. Наевшись, он взял у Ксении пропеллер, попробовал полетать по квартире, ушиб голову о люстру – к счастью, люстра осталась цела. Удалов упал, но не огорчился. Только сказал:
– К Максимкиному приезду спрячь эту штуку.
Ксения не ответила, но поняла, что Удалов беспокоится, как бы «Малыш Карлсон» не попал в руки внуку, который отдыхал с родителями на острове Кипр.