Гвоздь программы
Шрифт:
— А… — открыл он свой щербатый рот, рассматривая меня с интересом. — Что это ты делаешь тут?
Конечно, я могла бы объяснить свое присутствие в этом тихом оазисе любыми причинами, но в поведении моего давнего недруга, по имени Володя и по кличке Кайзер, было что-то ненормальное. Для начала — вся его самоуверенная наглость куда-то улетучилась. Лицо в данный момент выражало озадаченность и печаль — раньше я вообще не представляла себе, что это квадратное чудовище способно на чувства и мысли.
Поэтому
— Ты? — продолжал удивляться Кайзер. — Кем это?
— Уборщицей, — ляпнула я, что, впрочем, было не так уж далеко от истины. Если учесть, что в те два дня, которые я провела под патронажем Ларикова, я занималась исключительно уборкой, то у меня есть все основания считать себя уборщицей.
Кайзер успокоился и вальяжно раскинулся в кресле, задрав ноги на стол.
— Значит, Ларек тебя нанял убираться? — спросил он, закуривая.
Так как он постарался направить струю дыма прямо мне в лицо, я поморщилась, отгоняя рукой от себя дым дешевых сигарет.
— Какой еще Ларек? — спросила я, демонстративно раскашлявшись.
— Ну, Лариков.
— Так и изъясняйся, — посоветовала я. — Находишься среди интеллигенции, так будь добр забыть про свои манеры обитателя трущоб.
Он вытаращил на меня свои глаза и пробурчал, что мне надо бы поучиться разговаривать со старшими.
Потом замолк на полуслове и принялся изучать то потолок, то меня.
Я попыталась заняться своими делами, но это было не так-то просто под прицелом его глазок.
— Слышь, Морковка, а я только сейчас понял, какая же ты рыжая! — изрек он с таким видом, как будто на него снизошло озарение свыше.
Я предпочла промолчать, кивнув. Не буду ввязываться в междуусобные войны, бог знает к чему это может привести.
— А зачем тебе, кстати, понадобился Лариков? — не удержалась я от любопытства. — Жена пропала? Или собаку украли?
— Нет.
Лаконичность была обычно не в его стиле. Поэтому я заподозрила, что дело, с которым он пришел, серьезное. Может, он рэкетом занимается?
— Тогда непонятно, что тебе от него нужно, — продолжила я атаку. — Мы тут только пропавших жен разыскиваем. Или в изменах уличаем. Тебе надо кого-то уличить?
— Морковка, отстань, а? Ты ведь уборщица, чего лезешь?
В его голосе прозвучала досада. Ладно, не будем его дальше нервировать. При его крайне сложном характере неизвестно, чем это может для меня обернуться…
И хотя меня просто распирало от желания узнать, что понадобилось лидеру «Ангелов Ада» от моего тихого и приличного босса, я замолчала.
Ожидали мы Ларикова в гробовом молчании. Кайзер страшно заинтересовался журналом «Лиза» годовой давности. Я, конечно,
Интересно, как он выдерживает в таком костюме? Я бы, наверное, сейчас уже находилась в реанимации, вздумай я напялить на себя доспехи под стать рыцарским латам!
— Кайзер, тебе не холодно? — спросила я.
Он поднял на меня глаза и окинул таким взором, что я сразу поняла, сколь я пуста, никчемна и глупа, и покачал головой. Рот он так и не открыл, из чего я заключила, что со мной он разговаривать не собирается.
Душа моя просто разрывалась от любопытства, и я решила наступить на горло мелким обидам, и опять начала делать робкие попытки сближения.
— А ты Ларикова хорошо знаешь? — спросила я, надев на личико самую умильную и доброжелательную улыбку.
Она его не тронула!
Он просто посмотрел на меня своими тусклыми глазами и кивнул. Все! То ли у него начались проблемы с речью, то ли я его просто не устраивала в роли собеседницы, но он меня продолжал игнорировать. Вот, уныло подумала я, вот тебе и расплата за то, что однажды ты решила доказать человеку, что он глупее тебя. Теперь будешь до конца дней терзаться мыслью, какое он отношение имеет к твоему боссу. И так и умрешь в неведении…
Впрочем, я решила, что это, как говорит один мой друг, «не есть трагедия», и можно пережить сей факт, хотя мне это с моим любопытством ох как трудно…
Наверное, просиди мы так еще час, я бы начала сходить с ума, но тут дверь хлопнула и на пороге возник вожделенный Кайзером Андрей, который при виде его немного нахмурился, но протянул руку.
— Привет. Что случилось?
Кайзер бросил на меня выразительный взгляд, говорящий «а не пошли бы вы, мадемуазель, немного пройтись?», и сказал:
— Это не для посторонних ушей.
— Она не посторонняя, — заступился за меня Лариков.
— Нет, давай поговорим у тебя.
Лариков передернул плечами и открыл дверь маленькой комнаты.
— Пойдем.
Я посмотрела вслед их исчезающим спинам и, поразмыслив, решила, что мне и неинтересно. В конце концов, все люди имеют право на тайны. Мне очень хотелось эти тайны узнать, и я притихла, прислушиваясь к голосам, которые доносились из-за закрытой двери.
Сначала мне еще удавалось почерпнуть хоть что-то из их «конфиденциальной» беседы. Кайзера ужасно беспокоил человек, который якобы угрожал Тарантулу. А потом… Голоса стихли, Кайзер перешел на шепот, а Лариков вдруг, наоборот, закричал: