Хагрид 2.0
Шрифт:
— В какую сторону пошла?
Сириус укоризненно посмотрел на него — и вот он стоит рядом на четырех лапах, собранный и настороженный.
— Нам надо пройти туда, откуда он вылез.
Здоровенная черная псина понятливо кивнула, и они не торопясь двинулись по следу, различить который из-за давности было уже не просто.
Глава 16. Пресеки поползновения
След, точнее, запах привел их, как Андрей и ожидал, к школе, точнее, к здоровенной дыре в полуразрушенном чем-то — то ли флигеле, то ли еще какой
— Дыра — это нора, — почесал он в затылке и вздохнул: понять, что он вложил в эту фразу, увы, было некому.
— Туда? — спросил вернувшийся в свой нормальный облик Сириус.
— Ни в коем случае! — Хагрид загородил собой проход.
— Ну… не больно-то и хотелось, — признался тот. — Но ведь там такое, наверное!
— Правда? — Андрей внимательно посмотрел на напарника.
«Кажется, налет гриффиндурства с него смыло… но еще не окончательно. То ли кашка помогла, то ли еще что. Ладно, судить еще рано, надо будет еще поговорить, перед тем, как домой отправить. Вообще интересно, как он теперь на всю честную компанию отреагирует, в особенности на Снейпа, и на то, что тому уже собственные апартаменты в доме на Гриммо отвели, целых две комнаты. Правда, не сразу, а после того, как он в лаборатории уснул… Ведь Сириус пока ничего не знает. Придется просветить, чтоб не так резко было, а то мало ли, опять с катушек съедет, вот уж на фиг, на фиг… лови его потом».
Проговорили они едва не до вечера. У Андрея даже горло немного запершило — нелегкая это работа, вводить в курс дела кое-кого. С рассказом о Регулусе проще всего оказалось, историю героического мальчишки Сириус душевно принял и себя отругал, мол, зря о брате думал плохо. И вообще оказался довольно самокритичным, правда, непонятно, что тут сработало: дриадин родничок, известная кашка или Азкабан. Но потом из него вопросы так и посыпались, то и дело уводя повествование вообще незнамо куда. Андрей держался мужественно, особенно когда Блэк пытался вытрясти из него какие-то предположения. То насчет директора, то насчет своей маман…
— Ты пойми, я могу что угодно додумывать, но говорить стоит только о фактах. И давай на этом остановимся. Нравятся они мне или нет, это мое личное дело. А уж толковать догадки — тем более, сам толкуй, я тут при чем? — не выдержал наконец Андрей.
— Знаешь, Хагрид… Я как будто в другой мир попал, — признался Сириус, и Андрей напрягся: неужели свой брат-попаданец?
— И… что-то помнишь из того, другого мира?
— Э… в голове туман. Ну и кое-что вообще вспоминать не хочется, — признался тот.
— И… почему?
— Стыдно, — Сириус вздохнул. — Вообще такое кретинство, просто… хорошо бы, все было не так. Но кажется, это все-таки так и было. Как я теперь матери в глаза посмотрю?
— А Снейпу?
Сириус передернулся.
— Знаешь, вообще представить не могу. Понимаю, да и чутье говорит, что ты не врешь ни полслова, а… Вот не верится. Чтобы маман… да вообще полукровку на порог пустила? Даже не знаю, что там случиться должно.
— Твой полуживой брат.
— А, ну да… — Сириус тяжело вздохнул. — Все равно не могу представить… Слушай, а можно я того, под невидимостью сперва немного побуду, присмотрюсь там…
— Ты у меня спрашиваешь? — искренне удивился Андрей. — Разрешения, что ли?
— А… — Блэк вдруг покраснел.
— Откуда я знаю, как лучше будет? С одной стороны, я тебя понимаю. С другой… приспичит тебе на кого наброситься, а тебя не видно. Как-то подленько, не находишь?
— Да не буду я ни на кого кидаться, — буркнул Сириус.
— Отвечаешь?
— Магией клянусь!
— Кретин… тьфу.
— Это почему?
— А если нарушишь? У тебя ж еще ремиссия когда закончится...
Сириус помотал головой, а потом поднял удивленные и ясные глаза:
— Вот теперь ты совсем не похож на директора…
— Да ладно? Борода отвалилась? Или… ты что, серьезно думал, что я — это он? — Андрей оскорбился до глубины души, но очень постарался этого не показать.
— Нет, ты не понимаешь… Он тоже подолгу говорил, все объяснял, прямо как ты, а потом, когда у нас появлялись вопросы — он всегда знал, как правильно. И говорил, как надо. Ну и клятву брал. А ты говоришь, что не знаешь, и клятву брать не хочешь, правильно?
— Ну и что теперь?
— Даже не знаю, что и думать. Я… мы дураки такие были, Питер правильно сказал про анимагию, я собака во многом. И… ты же меня спас! И меня, и брата, и вообще, — Блэк покрутил кистью руки, словно подыскивая слова, но больше ничего не нашлось. А потому он набрал побольше воздуха, так, что Андрей понял, что сейчас что-то будет, и брякнул:
— Можно я буду твоей собакой?
Андрей едва удержался от применения словосочетаний далекой любимой родины вслух, пока подбирал собственную отвисшую челюсть.
— Ты же человек, парень! — нахмурился он. — Ты что, думаешь, собакой жить так легко и просто?
— Да нет, ты не понял. Я не собакой хочу. В смысле, не в аниформе. Понимаешь, внутри что-то, мне нужно кому-то верить на все сто… чтобы... ну...
— И кому-то служить? — догадался Андрей, и Сириус часто закивал.
— Да-а-а, попали вы с вашей анимагией. Разве ты не понимаешь, что так нельзя? Что человек сам должен определять, кому верить и насколько? И когда. Потому что… да просто все могут ошибаться! Или хотя бы чего-то не знать. Никто никогда не может быть всегда и во всем прав! Ну что ты смотришь на меня как на пришествие Мерлина, — Андрей в досаде хлопнул громадными ладонями по коленям. — Не бывает одной правды на всех и для всего!
— Тем более, — выдал Сириус. — Я все равно буду твоей собакой.
— Лечить мы тебя будем… от этого всего, — припечатал Андрей. — Вот только найдем, как. Впрочем, Снейп найдет.
— Он реально такой гений?
— Ты что, не услышал, что он уже мастера получил?
— Бля… а я только конуру в Мунго.
— Самокритичная собака мне подходит, — пошутил Андрей. — Думай, чем займешься, не на шее же у мамы сидеть.
— Учиться буду. О, я ж мотоцикл зачаровал, ты ведь пробовал, как оно? И где он, кстати?