Харшини
Шрифт:
— Я дарую провинцию Дреджиан Тэву Иглспайку, а опекуном его назначаю лорда Бербоу. Тэв будет воспитываться вместе со своей сестрой при дворце леди Лайнскло, пока не вырастет. Леди Иглспайк может оставаться в провинции Дреджиан, если на то будет воля лорда Бербоу. Если на то будет воля леди Лайнскло, она может присматривать за своим сыном и дочерью.
Это решение было встречено радостной овацией. Дамиан ловко избежал возможных неприятностей в будущем, оставив провинцию в руках семейства Иглспайков, которые с самого начала правили ею, но возложив воспитание юного Тэва на
— Остается Гринхарбор, — объявил Дамиан, дождавшись, пока аплодисменты утихнут. Он посмотрел поверх стола на Теджи Лайнскло. Она знала, что он собирается сказать, и в конечном счете согласилась с ним, но было видно, что эта идея не кажется ей особо блестящей. У Фальконланца не осталось наследников. Конин в свое время выдвинулся из простых граждан и был назначен военлордом провинции после смерти предыдущего правителя. У него не было ни кузенов, которых пришлось бы умиротворять, ни наследников, которые могли бы оспорить решение Дамиана. Адрина сидела рядом с ним и ничего не подозревала.
— Я дарую провинцию Гринхарбор моему шурину, Гаффену из Фардоннии, на том условии, что он откажется от фардоннского подданства и присягнет на верность Хитрии. Также он должен отказаться от всяческих претензий на трон Фардоннии и выбрать для своего дома новое хитрианское имя.
Его слова были встречены ошеломленным молчанием. Адрина потрясенно глядела на него — она-то моментально сообразила, что стоит за этим назначением. Давая Гаффену хитрианское имя и обрывая его связи с Фардоннией, Дамиан исключал его из ряда фардоннского престолонаследия. Если Габлет, следуя традиции, прикажет убить своих бастардов, когда обзаведется законным наследником, сводный брат Адрины окажется вне опасности.
— Спасибо, — прошептала она одними губами. Ее глаза светились благодарным восторгом.
Дамиан быстро улыбнулся ей и обернулся к собранию. Гости молча взирали на него. Молчание нарушила Теджи, которая вскочила на ноги, брякнув кружку на стол.
— Проклятье! Если уж я согласна на это, то и прочие пусть соглашаются! — заявила она. — Да будет Гаффен! Никто из нас не сидел бы здесь, если бы не он да не защитники, пришедшие к нам на помощь. И благодарите богов, что больше никто из нас не убит, а не то был бы у нас еще и медалонский военлорд!
Кто-то не выдержал и рассмеялся. Потом кто-то захлопал, и вскоре аплодировало все собрание. Гаффен выступил вперед и принес клятву. Подобно сестре, он отдавал себе отчет в смысле происходящего.
Он занял место возле Теджи, слегка изменившей после собрания свое мнение о высоких светловолосых фардоннцах. Может быть, она и была постарше его лет на десять, но Теджи любила крупных
— Почему ты не сказал мне? — шутливо укорила его Адрина.
— Хотел сделать тебе сюрприз.
— Мой отец будет в ярости.
— Догадываюсь, — ухмыльнулся он.
— А ты и доволен?
— Мне это начинает нравиться, — признал он. — Мне бы, наверное, совсем понравилось быть Высочайшим Принцем, если бы не риск остаться без головы, ввязываясь во все окрестные войны.
— Но ты же раньше любил войну?
— Мне по душе добрая схватка, Адрина. А одной этой осады мне хватило бы на всю жизнь.
— Что жизнь еще не кончена, он узнал этим же вечером от Гленанарана, решительно прошагавшего через зал к почетному столу. Харшини сочувственно посмотрел на Высочайшего Принца, склонился перед ним и печально заговорил:
— Мне жаль нарушать празднование, ваше высочество, но я должен передать вам послание от дитя демона и боюсь, что оно не может ждать.
Больше Гленанаран не произнес ни слова, пока они не дошли до тронного зала. Когда Дамиан направился к выходу из банкетного зала, все собрались было последовать за ним, но Дамиан остановил толпу и взял с собой только военлордов, двух капитанов защитников — Денджона и Линста, а также Адрину, Марлу и Калан.
— Р'шейл сейчас в Цитадели, — сообщил им Гленанаран, когда они наконец уединились. — По крайней мере была там, когда я разговаривал с ее демонами.
— А еще недавно она направлялась в Фардоннию, — заметила Теджи. — Определенно, ей не сидится на месте.
— Но почему ты сомневаешься в том, что она и сейчас там? — спросила Адрина.
— Король Коранделлен занемог. Убежище оказалось снова в потоке времени. Возможно, она направилась туда, чтобы помочь им, чем может.
Дамиан оглядел соратников и понял, что на их лицах отражается та же тревога, что и в его собственной душе.
— Что сейчас творится в Цитадели? — нетерпеливо спросил Денджон.
— Защитники захватили Цитадель, капитан, и держат в качестве заложников кариенских герцогов и жрецов, но город по-прежнему окружен кариенскими войсками. Мне кажется, вы называете такую ситуацию… ничьей? — Гленанаран перевел печальный взгляд на Дамиана. — Дитя демона просит тебя собрать защитников и тех хитрианцев, которых ты можешь собрать для этого похода, и прийти к ним на помощь. Я уже послал Джоранару в Фардоннию, чтобы просить помощи у короля Габлета.
— Ты полагаешь, он откликнется? — с сомнением фыркнула Теджи.
— Откликнется, — заверил ее Гаффен. — Узнав, что случилось с Тристаном и его стражами, он хотел в тот же день напасть на кариенцев.
— Сколько человек у кариенцев, осаждающих Цитадель?
«Еще одна осада, — промелькнуло в голове у Дамиана. — Проклятье, как я ненавижу осадную войну!
— По меньшей мере сто тысяч, насколько я понял.
Высочайший Принц выругался про себя и оглядел собравшихся военлордов.
— Считая вместе с фардоннцами, сколько мы можем поставить со своей стороны?