Харшини

Фаллон Дженнифер

— Дитя демона крупно повезло, что во мне вовсе нет человеческой крови. Если бы ты видел Коранделлена…

— Он очень плох?

— Очень.

Она оторвалась от дверей и подошла к открытому окну. Лучи восходящего солнца тронули ее темно-рыжие волосы золотом, подчеркнув малиновыми тенями черты лица — лица безупречной харшини. Она скрестила руки на груди, словно от холода, но ведь в Убежище всегда было тепло и уютно.

— Он умирает, Брэк.

— Как? — выговорил он, слишком потрясенный, чтобы говорить связно.

— А

как ты думал? Дитя демона черпала силу, словно воду из реки. Она угрожала, уговаривала, принуждала с каждым вздохом, Коранделлену пришлось распоряжаться силой с момента рождения Р'шейл, и, если бы боги помогли мне, я научила бы ее обращаться с силой бережно. Ты хоть представляешь, что это значило для него? Подумай только, каково это — пытаться удерживать Убежище вне времени, пока дитя демона дает волю своему гневу, не заботясь ни о ком и ни о чем? Это просто убивало его.

— Шелтаран не может спасти его?

— Ему плохо от общения с силой богов, Брэк. Ему станет только хуже, если попробуют вмешаться боги.

— Но раньше Шелтаран помогал тем, кто пострадал от чрезмерного употребления силы. Не так давно он делал это в Гринхарборе.

— Гленанаран и его друзья прикасались только к одному полюсу силы. Шелтаран смог излечить их, используя другой род силы, тот, к которому они были непричастны. А Коранделлен работал со всей силой сразу. Вмешательство богов просто убьет его.

— А почему ты не помогла ему? Ты могла бы взять на себя часть его ноши.

— Думаешь, я не хотела? Я только об этом его постоянно и молила. Но он верил, что Р'шейл сможет победить раньше, чем он сдаст. Дурацкая надежда, как видно.

— Но он же еще не умер, Шананара, да и харшини еще целы. Приспешники Хафисты еще не пробрались в эти горы. У нас есть еще время.

— На что нам это время, Брэк? Посмотреть, как умрет Коранделлен? А ты знаешь, что будет после его смерти? Р'шейл ведь дочь Лорандранека. Она единственная законная наследница.

Брэк уставился на принцессу, пораженный ее словами.

— Но ведь ты не собираешься позволить Р'шейл занять трон? Это же безумие! Разве у Коранделлена не осталось детей?

— У него не было детей, Брэк.

— Тогда королевой должна стать ты.

— Я не могу предлагать свою кандидатуру, пока Р'шейл не откажется от короны.

— Будь я проклят, если она не откажется, — решительно ответил он. Страшно было даже вообразить, что Р'шейл может править спокойными послушными харшини.

Шананара нежно улыбнулась ему.

— Я верю, что ты бы отказался, Брэкандаран. Но решать не тебе и не мне. Слово за Коранделленом и дитя демона.

— Она откажется.

— Возможно. Но корона ее, стоит ей только протянуть руку.

— Она ее не протянет. Ею движет гнев, а не стремление к власти.

— Я вижу, ты изменил свое отношение к ней.

— Она многому научилась.

— Но чему, собственно, ты научил ее?

Он пожал

плечами.

— Только тому, что было нужно по ходу дела. Но она учится быстро. Ей стоит один раз объяснить, что к чему, и она сразу это запоминает.

Шананара кивнула.

— Ее учителя говорили мне то же самое. Беда в том, что ей не достает мудрости, но мудрость приобретается только опытом, а не передается на словах, как бы ни старались учителя.

Р'шейл не было уже несколько часов, и Брэку оставалось только мерить шагами покои Шананары, ожидая дальнейшего развития событий. Самаранан зашла проведать своего брата-полукровку, но даже присутствие жизнерадостной сестренки не могло развлечь его. Они поболтали о всяких пустяках, старательно обходя стороной то, что привело Брэка сюда. Харшини отрицали насилие, но отдавали себе отчет в возможных последствиях болезни Коранделлена. Они видели, что дитя демона возвратилась пока ни с чем, а Хафиста по-прежнему силен. От будущего они не ждали ничего хорошего и понимали, что настали тяжелые времена для их народа.

Наконец в покоях материализовался Дранимир, встревожив Брэка внезапным появлением, и обратился к присутствующим:

— Лорд Брэкандаран. Ваше высочество. Король хочет видеть вас.

Они поспешно поднялись по лестнице к покоям Коранделлена и вошли в открытые двери. Брэк входил нерешительно, страшась того, что может увидеть. Р'шейл ожидала их у дверей в спальню короля, она была бледна и взволнована. Не говоря ни слова, она посторонилась, пропуская их, закрыла двери, когда они прошли.

Вид короля потряс Брэка. Коранделлен лежал в постели, бледный, как простыня. Он истощал, словно голодал, по крайней мере, месяц, блестящие глаза его потускнели и запали.

— Благодарю тебя, Брэкандаран, за то, что ты вернул дитя демона в дом. — Привычный звонкий и открытый голос короля сменился хриплым шепотом.

— Она сама этого захотела, ваше величество. Я просто показал ей дорогу.

Король устало улыбнулся.

— Хорошо, что ты это сделал… Шананара?

— Я здесь, Коран, — отозвалась принцесса, приближаясь к брату. Брэк отступил назад, пропуская ее к постели. Р'шейл, не двигаясь, стояла у двери.

— Р'шейл пришла, чтобы увести наш народ домой.

— Мы и так дома, брат.

— Нет. Убежище было нашей тюрьмой последние два столетия. Наш истинный дом в Цитадели.

— В Цитадели? — Шананара ошеломленно сверкнула глазами на Р'шейл и снова обратила свой взор на короля. — Не хочешь же ты сказать, что мы должны возвратиться в Цитадель?

— Там нам будет хорошо. Цитадель защитит нас.

— А как насчет Сестринской общины и их прихвостней-защитников?

— Сестринской общины больше нет, — ответила Р'шейл.

— У власти теперь защитники. Тарджа стал новым Лордом Защитником. Он обещал мне, что харшини нечего будет опасаться, если они вернутся.