Харшини
Шрифт:
Сосредоточив свое внимание на первом жреце, она направила поток силы на его посох, сознательно повторяя то, что случайно проделала на северной границе Медалона. Какие бы чары ни лежали на посохе, позволяя ему поглощать магическую силу, сердцем его был небольшой осколок Всевидящего Кристалла на рукояти. С силой, которую она сфокусировала на посохе, кристалл справиться не мог, а посох продолжал поглощать магическую энергию — и, не выдержав нагрузки, посох взорвался, а жрец упал на землю; из его ушей потекла кровь. Она повторила тот же фокус со следующим противником, потом еще с одним,
Еще несколько попыток защититься от нее, и еще несколько человек распростерто на земле рядом с расколотыми посохами, золотая звезда и серебряная молния на рукоятях спекались в сгустки бесполезного металла. Р'шейл чувствовала стоящего за ней Брэка. Он что-то кричал ей, но она не разбирала его слов. Что-то о необходимости сдерживаться, кажется, — на деле ему приходилось теперь стоять рядом с ней, готовясь подхватить ее, если она упадет, истощив все свои силы.
После дюжины взрывов жрецы наконец отказались от своих попыток расправиться с дитя демона; но еще не скоро защитники навели хотя бы относительный порядок. Р'шейл высилась над воротами, переполненная силой, и сверкала почерневшими глазами, словно вызывая противников на схватку. Она дрожала от утомления и ощущала, как рука Брэка осторожно поддерживает ее за талию. Пускай. Если эти кариенцы внизу считают ее столпом силы, то пусть так и думают. Им не нужно видеть, как он поддерживает ее.
— Ты уже зашла слишком далеко. Теперь нельзя останавливаться, дитя демона, — прошептал ей Брэк, когда она, обессилев, осела на него.
— По-моему, я падаю в обморок.
— Нет, не падаешь, — жестко ответил он. — Ты стоишь и смотришь, как они уходят.
— Не дай мне упасть, Брэк.
— Не бойся.
Она стояла, опираясь на Брэка, и глядела вниз на то, как подобравшие свои посохи кариенцы проходят по одному через ворота. Когда их шеренга уже подходила к концу, возник небольшой переполох — трем жрецам посохов не хватило.
— Похоже, кто-то приобрел экзотичный сувенир, — откомментировал это Брэк.
— Наверное, — вяло согласилась она.
Р'шейл смотрела, как последние жрецы выходят из крепости. Она услышала, как за ними закрываются ворота, и, повернувшись, наблюдала, как вышедшие бегут к своим войскам, стоящим на другом берегу Саран. Она удерживала силу до тех пор, пока между ними и Цитаделью не оказалась река.
Праздник, устроенный по поводу отбытия жрецов, было не так-то просто организовать.
Р'шейл удалось в конце концов убедить Тарджу, что это поднимет боевой дух — более того, это досадит Сестринской общине. Даже Гарет не имел ничего против того, чтобы досадить сестрам, а благодаря тому, что защитники предусмотрительно сократили дневные рационы, им теперь еще долго не грозила опасность остаться совсем без провизии. Она убедила их, что, проявив щедрость, они, несомненно, успокоят население, что особенно актуально теперь, когда многие из сестер Клинка, оставшихся в Цитадели, только и ждут какого-нибудь повода, чтобы организовать беспорядки. Р'шейл спокойно изложила все свои соображения и даже не попыталась устроить склоки с Гаретом Уорнером. В итоге Тарджа
Дортуары, куда расквартировали харшини, уже ничем не напоминали те помещения, которые Р'шейл помнила по своему детству. Все здание светилось и сияло яркими красками. Разинув рот, она прошла по зданию, разглядывая красоты, скрывавшиеся раньше под слоем штукатурки. Комнату отдыха Шананара устроила в бывшем кабинете мистресс Сестринской общины.
— Я слышала, у вас вышла неприятность возле ворот, — отмерила Шананара, когда Р'шейл постучалась в открытую дверь.
— Жрецам пришлось не по нраву мое присутствие, — пожала плечами Р'шейл. — Но я отбила у них охоту спорить со мной.
— Я в курсе, — ответила королева харшини, поморщившись. — У меня даже голова разболелась. Я думаю, тебе и вправду пора научиться сдерживать себя, Р'шейл. А то временами твои выходки обходятся слишком накладно.
— Извини.
Шананара улыбнулась и предложила Р'шейл сесть. Тяжелой мебели больше не было. Теперь, когда стенам вернули былую красу, здесь были уместны только легкие, воздушные предметы, но никак не мрачная, громоздкая обстановка, которую предпочитали в Сестринской общине.
— Брэк сказал мне, что у тебя есть план.
— Мне нужна ваша помощь, — ответила Р'шейл, усаживаясь напротив королевы.
— Мы не можем помочь тебе справиться с Хафистой, Р'шейл. Я не могла бы помочь тебе, даже если бы ты задумала раздавить букашку.
— Знаю. Я и не собираюсь просить харшини ни о чем таком, что шло бы вразрез с их природой, — мне просто нужно на время отвлечь от него последователей.
— Отвлечь их? Каким образом? — недоуменно спросила Шананара.
Р'шейл изложила свою идею. Королева выслушала ее, кивая время от времени, и наконец с наслаждением рассмеялась.
— И ты всерьез полагаешь, что эта уловка сработает?
— Брэк тоже так думает.
— Это хорошо, ведь он наполовину человек. Видимо, это согласуется с его странным чувством юмора.
— Так вы поможете мне?
— Да, дитя демона, харшини помогут тебе.
— Даже зная, что это может помочь мне убить бога?
— Я не уверена, что это так, Р'шейл. Насколько я могу судить, это только досадит ему.
Р'шейл кивнула, внутренне соглашаясь с королевой. Пусть Брэк и считает, что ее план может удасться, но уверенной в этом быть нельзя.
— Я хочу просить тебя еще об одной милости.
— Я рада помочь тебе, если это в моих силах.
— Мне нужна твоя помощь в Храме богов. Моего искусства может не хватить.
— Мне нельзя принимать непосредственного участия в этом, Р'шейл.
— Да, но ты можешь показать мне, что делать.
— Ну что ж, я согласна, — неохотно проговорила Шананара. — Но не рассчитывай на мою помощь. Я не хочу, чтобы это звучало как угроза, но я просто не могу делать ничего, что было бы противно природе харшини. Я постараюсь сделать все, что смогу, но может оказаться, что в самый ответственный момент ты останешься без моей поддержки.