Харшини
Шрифт:
— Около месяца назад. Я здесь с праздника Джондалупа. Мать примчалась, как только поняла, что Кракандар под угрозой. Нарвелл появился семь дней назад.
— Но ведь, когда он появился, ты могла бы оставить Кракандар и вернуться в Гринхарбор, правда?
— Нет. Нам придется возвращаться в Гринхарбор, чтобы Дамиан мог подать петицию в собрание военлордов о возвращении ему провинции.
— Просить свою землю у военлордов! — гневно взорвался Дамиан. — Будь я проклят!
Р'шейл философски пожала плечами.
— Значит, мы едем в
— Р'шейл…
— Дамиан, нам нужно поскорее привести в порядок твои дела. Медалон под властью Кариена, и я ничего не могу с этим поделать, пока не выясню, как разделаться с Хафистой. Если для этого нужно разбираться с твоими дурацкими военлордами, значит, нужно заняться ими.
— Что за спешка? — подозрительно осведомилась Калан. — Хафиста уже столетия властвует над севером. Несколько месяцев туда или сюда погоды не сделают.
— Дело не только во Всевышнем. Я пообещал помочь защитникам отвоевать Медалон. Больше тысячи защитников сейчас идут сюда, — объяснил ей Дамиан.
— Ты привел защитников на хитрианскую землю? Дамиан, как ты мог? — вскричала она в ужасе.
— Они придут как друзья, — заверила ее Р'шейл.
— Что касается военлордов, то они такого слова не знают. Если эти защитники хоть ногой ступят на нашу землю, прежде чем будет принято соответствующее решение, я уже ничем не смогу помочь тебе, Дамиан. Ты потеряешь Кракандар, трон Высочайшего Принца, а может быть, и жизнь. — Верховный Аррион развернулась к Р'шейл. — полагаю, и это ваша идея?
— Частично, — подтвердила Р'шейл.
— И как это согласуется с вашим великим планом уничтожения Хафисты?
— Если мы не выгоним кариенцев из Медалона, Калан, на очереди окажется Хитрия. Едва ли позже я смогу уничтожить его, если он делается с каждым днем все сильнее. Нам понадобятся и защитники, и каждый человек, которого сможет выставить Хитрия. Только так мы сможем восстановить власть богов для людей, которые сейчас поклоняются Хафисте.
— Вы имеете в виду, что хотите ослабить Хафисту, восстановив в Кариене веру в первичных богов?
— А вы что ждали? Что я буду гоняться за Хафистой, забрасывать его огненными шарами и испепелять молниями? Раз у вас в архивах не припрятано хорошенького свитка с подробной инструкцией, как это делается? Единственное, чем я могу угрожать Всевышнему, — это заставить его поклонников сменить веру. А я не могу этого сделать, пока он шествует по континенту, захватывая все, что попадется ему под руку. Нужно помочь защитникам. Нужно освободить Медалон.
— А как вы собираетесь восстанавливать в правах первичных богов?
— Вот тут-то на сцене и появляетесь вы.
Калан глядела на нее, широко раскрыв глаза.
— Не совсем понимаю…
— Из всех известных мне структур Лига чародеев больше всего похожа на религиозную организацию, — слегка нетерпеливо объяснила Р'шейл. — Кариенцы организованы. Именно благодаря этому Хафиста удерживает контроль над ними. Я не могу просто разрушить его церковь.
— С тех пор как ушли харшини, наша власть чувствительно ослабла.
— Я знаю. Но Брэк рассказывал мне, что когда-то Лига чародеев посылала эмиссаров во все концы континента. Он говорил, что они могли свободно перемещаться по местам военных действий.
Калан кивнула.
— Их защищали черная одежда, ромбический амулет да еще почтение, которое люди питали к нашему содружеству.
— Эти дни давно миновали, — напомнил Дамиан. — Сейчас любого, носящего ромбический амулет, в Фардоннии сразу же схватят как хитрианского шпиона. В Медалоне они подлежат высылке. В Кариене их сжигают, посадив предварительно на кол.
— Я могу сделать так, что все будет иначе. Мы можем сделать это. Но мне понадобится помощь, Калан. Мне нужен доступ к вашим архивам. Мне нужна Хитрия — объединенная и живущая в мире с Фардоннией, и еще мне нужна помощь хитрианцев, чтобы прогнать кариенцев. А еще мне нужна Лига. Только тогда я смогу встретиться лицом к лицу с Всевышним.
Калан кивнула, вникнув в суть проблемы.
— Допустим, мы смогли бы удержать провинцию Дамиана и выделить войска в помощь Медалону — как в этом случае вы намереваетесь обращать кариенцев?
— Я не хочу раньше времени раскрывать свои карты.
Калан подозрительно сощурилась.
— И все же вы требуете моей помощи?
— Я прошу вас о ней, Калан. Если бы речь шла о требованиях, я бы попросила какого-нибудь из богов явиться и предъявить божественный эдикт.
— Давайте посмотрим, правильно ли я поняла вас. Вы хотите, чтобы я вернулась в Гринхарбор и объявила, что Лига одобряет женитьбу хитрианского наследника на дочери Габлета. Потом — чтобы я чем-нибудь страшным пригрозила военлордам, противостоящим этому союзу, чтобы прибрать их к рукам. И пока вы будете рыться в моих архивах, выискивая там то, чего, может быть, и вообще нет, я должна вернуть Кракандар Дамиану и убедить их всех, что тысяча или больше защитников переходят нашу границу просто с дружеским визитом, так?
— Это было бы неплохо, — согласилась Р'шейл.
— Ну а вы? Поставив полмира на грань войны, что сделаете вы?
— Вручу вам и вашей Лиге такую власть, какой у вас не было многие века, — ответила ей Р'шейл.
Калан просидела минуту в глубокой задумчивости.
— Это заманчивое и серьезное предложение, дитя демона.
— И едва ли кто-нибудь другой сделает его вам.
Калан поглядела на свои руки, прежде чем встретиться взглядом с Р'шейл.
— Вы можете, конечно, свободно пользоваться нашими архивами. В конце концов, они в такой же мере принадлежат харшини, как и нам. Что до всего остального… Я не могу ответить прямо сейчас. Мне нужно подумать. То, о чем вы просите, беспрецедентно. И еще мне нужно поговорить с моей матерью. — Она взглянула на Дамиана. — Ты ведь уже в курсе этого плана, я полагаю?