Харшини
Шрифт:
— Так и есть.
— Что ж, ты всегда любил жить опасно. Она хороша собой?
— Весьма.
— Настолько, что стоило жениться?
Дамиан ухмыльнулся.
— Я еще не решил.
Старрос негромко присвистнул.
— А как насчет слухов о том, что ты привез в Хитрию дитя демона? Это правда?
Дамиан оторвался от чаши и взглянул на Старроса.
— Где ты это услышал?
— У меня свои источники, — самодовольно улыбнулся вор.
— Я серьезно, Старрос. Каким образом ты узнал об этом так скоро?
— Скоро?
— Кто тебе рассказал?
— Кажется, тебе это и вправду интересно? Мне никто не рассказывал, по крайней мере все было не так, как ты думаешь. Где-то шесть или семь недель назад в городе появился старик. Поначалу он никого не тревожил, просто шатался по улицам и убеждал местных курт'ес, что их бессмертные души окажутся в серьезной опасности, если они не сменят нынешнего образа жизни. Просто торчал на перекрестках и вел речи, к которым никто не прислушивался. Ты таких знаешь. В хорошие годы у нас появлялся каждый месяц новый пророк, так что на них никто не обращает внимания.
— Но… — произнес Дамиан, чувствующий, что этим история отнюдь не исчерпывается.
— Ты помнишь Леопарда Лимика? — спросил Старрос.
— Такой высокий малый? С изувеченными руками?
Старрос кивнул.
— Он их обжег еще ребенком.
— Это его я как-то высек за драку с женой?
— Его самого. Тот еще тип.
— Я помню его, — произнес Дамиан. — Ну и что у него вышло с этим стариком?
— Я как раз к этому подхожу. Я послал Лимика на дело… ну, кажется, где-то недели три назад. Какой-то купец с Крутой улицы завел себе дурную привычку разбрасывать по дому драгоценности жены. Мы же не могли оставить безнаказанной такую беспечность.
— Ну конечно, — угрюмо согласился Дамиан.
— Так или иначе, у Лимика рука набита на таких делах, так что я послал его дать нашему другу купцу урок. Он выполнил работу и возвращался в Гильдию — и тут налетел на этого старика.
— И что случилось?
— Лимик возвратился назад, вернул украденное купцу — тот не успел еще даже сообразить, что его ограбили, — и с этого дня он ходит за этим стариком как привязанный, объясняя каждому, кому охота его слушать, что отрекся от Дэйсендарана и стал теперь последователем другого бога.
— Какого другого бога?
— Этого он не говорит. Но он стал очень часто употреблять слово «грех».
Дамиан нахмурился.
— Похоже, тут не обошлось без Хафисты.
— Даже Лимик, со всем своим религиозным пылом новообращенного, не настолько туп, чтобы произносить это имя вслух на улицах Кракандара, — заметил Старрос. — Но с этого дня старик сменил тактику. Он начал говорить о тебе. Он говорит, что ты связался с безбожниками — я понимаю так, что он имеет в виду медалонцев, — и что ты якшаешься с дитя демона. А потом тут объявляется
— А где теперь этот старик?
— Исчез, — пожал плечами Старрос. — Как только я услышал, что ты возвращаешься домой, послал своих людей, чтобы найти его. А он как сквозь землю провалился. Исчез, словно его и не было вовсе.
— А Лимик?
— На следующий день после того, как старик исчез, Лимик обнес три дома и таверну. Клянется, что ничего не помнит. Грозится зарезать меня, если я еще раз посмею даже предположить, будто бы он не способен на преступление вообще, не говоря уже о том, чтобы отречься от Дэйсендарана.
Дамиан задумчиво уставился в свою чашу с вином.
— Ну и что ты по этому поводу думаешь?
— Да ничего не думаю, Дамиан. Странные старики и загадочные религиозные переживания — не по моей части. Собственно говоря, это как раз по ведомству Верховного Арриона.
Дамиан кивнул, не на шутку озабоченный.
— Я расскажу об этом Калан.
— Тебе стоит рассказать об этом еще и дитя демона.
— Почему?
— Потому что, помимо перевоспитания воров и проституток, этот старик пытался найти кого-нибудь, кто согласился бы убить ее.
Глава 13
— Дамиан!
Появление Р'шейл вывело Дамиана из задумчивости, в которой он пребывал после разговора со Старросом. Она бежала к нему через весь зал и едва не поскользнулась на гладком каменном полу, пытаясь остановиться перед ним.
— Что-то не так?
— Да нет. Но мне нужно видеть Калан, а Орлеон говорит, что она в Солнечной. А я понятия не имею, где эта Солнечная и как ее найти в этой заячьей норе, которую вы называете дворцом, вот я и подумала, что хоть ты покажешь мне дорогу.
— Конечно, — сказал он, предлагая ей руку. Она легко оперлась на нее и зашагала рядом с ним. Ее волосы еще не высохли после ванной, но одета она была в свои обычные харшинские кожаные одежды, которые ей так нравились. По крайней мере, он полагал, что они из кожи. Они никогда не пачкались в отличие от обычной одежды.
— Ты уже поговорил с Адриной?
— Да. Она была подозрительно сговорчива, я даже слегка встревожился.
Р'шейл рассмеялась.
— Радуйся, пока это так, Дамиан.
— Ты знаешь, обидно, что эти отвратительные манеры скрывают ясный ум. Но я все еще не доверяю ей.
— Поверишь. Она любит тебя, я знаю.
— Адрина? Не говори глупостей. Она любит играть с опасностью. И власть. И себя.
— То же самое она говорила мне о тебе.
Дамиан покачал головой.
— Не выдумывай попусту, Р'шейл. Ты хотела, чтобы мы поженились, — мы сделали это, но не думай, что сможешь облегчить свою совесть, сочинив себе роман про близость душ между нами — на самом деле ее нет.