Хэппи Энд
Шрифт:
Не ведаешь ты и моих грехов. Так же, как я (а я в этом уверена) не имею понятия о многих твоих. Потому что все неправильное - это между человеком и Всевышним. Никак не между людьми. Отсюда и моё извечное "не судите". Нет, не жди. Не собираюсь я пока перед тобой исповедоваться. И так уж занудствую не в меру, а не умею выговориться иначе. На самом деле, каждый из нас - сам себе прокурор и сам же перед своей совестью адвокат. А уж совесть - наедине с Судьёй. Тет-а-тет. И готов вердикт: ни один палач не переплюнет. У той же Агаты я недавно вычитала, что Зло всегда бывает наказано, но не каждое наказание представляется явным. Разболталась чересчур.
Вот тебе и Мишка
– или Джарднисы. Боже мой, как я страдала! Бедный Мишка, князь Мышкин наш спившийся. Бедная Марго! И тут ей, значит, Зинка дорогу перешла. А версия "Отелло рассвирепело и задушило свою Зинаиду" тебе, я так полагаю, не подходит. И не только тебе. Порфирий Петрович, то бишь Лэрри Кассиди, тоже мается, ищет виноватых. Да что там греха таить: и я только тем и занимаюсь.
Как могла прийти в твою нетрезвую башку идея связи убийства с Кирюшкой? Да, он озлобленный и испорченный. И - да, безусловно, он же и солнечный зайчик, иначе не назовешь. Так ведь и солнечные зайчики всегда мечутся, не умея остановиться на месте... Ищут правду, совсем как Кирилл по жизни. Опять-таки да, никому, кроме меня, до паренька с его опущенной головой и - трижды да, лучистой и прекрасной улыбкой!
– дела нет. Если, разумеется, не считать тебя. Это мы проходили. Не правда ли? Но чтоб Кирилл - родного отца? Что-то уж чересчур фантастичное предположение. То есть, ты же со мной согласен... Вернее, я с тобой... Запуталась.
Да нет никакой такой особенной "веры в человечество". Я же, наоборот, говорю, что мы все не святые. Табу, тем не менее, есть. Вот радио я и не слушаю никогда. Скучно, ей-богу.
Кирюшка был абсолютно беззащитным перед отцом и Зинаидой, то есть, фактически, перед законом. Тем не менее, убийца - кто угодно, но только не мальчик. За это я голову положу. Даже, если оказалось бы, что он очутился всё-таки на полянке каким-то странным образом, а потом не менее загадочно исчез, убить он не мог. Выстрелил - так обязательно бы промахнулся.
Что же получается? Значит, Мишку ты из подозреваемых исключаешь? Только потому, что он любил Зинаиду? А мужа её он, по-твоему, тоже должен был любить? Кстати, откуда ты всё-таки знаешь, что Олег не был пьян в ту ночь? Ты его видел? И точно знаешь, что покойница ему не надоела, как мне мои растасканные джинсы, а не выбросишь? Судя по твоим презентациям, там любовью и не пахло: обыкновенная страсть. И кстати, откуда у нас уверенность, что оба убийства совершены одним и тем же лицом? Разве не могло быть двоих убийц: один грохнул Олега, второй - Зинку? Или так получается, что слишком много убийц в нашем "интеллигентном", как ты его называешь, круге. Язык мой меня угробит.
Ох, и надоело же мне всё это. Ох, и страшно же. Предчувствие скверное, как бы ещё не наметилось жертв. Боюсь я, Пашка, ужас, как боюсь! Пишу, как заикаюсь. Сама вижу, что сбивчиво, но уж очень я воспламенённая какая-то сегодня.
Клара. 12 июля, среда, 10-20
Павлуша, какой ужас! Только что звонил Порфирий. Марго умерла! От чего - ещё никто не понял. Вроде бы, выпила слишком много снотворного.
Паша, ты что-то не пишешь, а я боюсь. Трясусь от страха, Пашка. Что ещё будет? И мне мерзко, что я на человека в последние его часы вылила столько дерьма! Весь вечер потом чувствовала себя не в своей тарелке. И так не в себе, а тут ещё Марго. Хотя бы не звонила мне перед смертью! Мы пошли с Кирюшкой прогуляться по вечернему Фриско, так мне на каждом повороте чудились какие-то тени, какие-то шорохи, шальные пули... Ох, как страшно, Павлуша! За Кирилла боюсь больше всего. Всю ночь мерещилось, что она придёт и украдёт. Достали меня за ночь "кровавые мальчики". И наплевать на повторы! А утром - такие вот новости.
Порфирий подробно расспрашивал о вчерашнем телефонном разговоре. Я рассказала всё, как на духу. Какие-то странные замечания он делал про Мишку.
Паша, ты не можешь у Мишки узнать, что произошло? Вообще, что они вчера делали, когда легли спать, принимала ли она обычно снотворное на ночь? Могла ли ошибиться в дозировке?
Конечно, всё не узнаешь, но ради бога, попробуй, хоть что-нибудь, ладно?
Павел. 12 июля, среда, 11-55
Все, решено, ухожу в барды! Вот, поэму сегодня сочинил - в четырех томах:
С добрым утром, дядя Паша!
По тебе грустит параша.
Там одно местечко есть.
Почему б тебе не "сесть"?
Итак, с добрым утром, тетя Клара! Получил твою и-мейлу (в России их, кстати, "емелями" называют). Прочитал и сел переваривать. Не успел переварить, звонит Мишка. Если бы не твоя и-мейла, я бы ничего не понял из того, что он пытался мне сказать. Потому что он именно пытался, а не говорил, зубами по трубке на том конце провода Шестую "Героическую" выстукивал. А я же, как назло, азбукой Морзе не владею. Ну, прервал его зубную чечетку, сказав, что уже все знаю. И он почему-то сразу успокоился и почти нормальным голосом попросился ко мне ночевать. Так что сегодня подержи еще Кирюшку у себя: диванчик мой прокуренный примет на себя Мишкин скрежет зубовный. Господи, как же мне его жалко! Он отличный парень, за последние годы мы как-то сошлись с ним, и, знаешь, я ловил себя на каком-то смешном чувстве гордости, что вот, у меня друг, который ведь действительно хорошие песни пишет, да при том еще и человек отличный. За что же ему столько всего и сразу: сперва Зинка, а теперь вот Марго? Кларочка, допрашивать я его вечером не буду - не в моих это правилах - но что-то же он расскажет. А я тогда тебе. Мы же с тобой давно уже взаимопроверенные взаимомолчальники...
Все. Прости. Труба зовет. Побежал трудиться на благо новой родины и собственной зарплаты.
P.S. К разговору о молитве. Помнишь старую-престарую шутку: "Почему когда человек разговаривает с богом, это молитва, а когда бог с человеком - шизофрения?"
Клара. 12 июля, среда, 12-40
Нет, Паша. Не помню я шуток. Анекдоты, и те повылетали из головы.
Не было ещё у меня такого предчувствия, которое бы не оправдалось. А ты решил на старости лет рифмоплётством заняться? М-да, тут уж точно ничего не попишешь. У меня твоё сочинение вызвало истерический смех, но только на минуточку. Не до смеха.