Химера
Шрифт:
— Я хочу, чтобы моя жена немедленно вернулась на Землю.
— Все хотят, чтобы они вернулись домой! Мы делаем все возможное, но ситуация изменилась. Теперь заражена вся станция. Система фильтров не работает. У экипажа больше нет возможности починить шарнир, так что они остаются без энергоснабжения. А теперь еще и не выходят на связь.
— Что?
— Эмма и Лютер отключили систему связи с Землей. Мы не знаем, что у них происходит. Поэтому-то тебя и вызвали, чтобы ты помог с ними связаться.
Джек заглянул в открытую дверь зала специальных
Он вошел в зал. За спиной руководителя полета Вуди Эллиса стояли два офицера в форме военно-воздушных сил и следили за каналом связи. Они напоминали о том, что НАСА больше не может здесь распоряжаться, и ужасно этим раздражали. Когда Джек шел вдоль заднего ряда, несколько операторов бросили на него сочувствующие взгляды. Он молча сел в кресло рядом с Тоддом Катлером. Джек прекрасно сознавал, что за ним с балкона для зрителей следят другие офицеры военно-воздушных сил из Объединенного космического командования.
— Слышал последние новости? — тихо поинтересовался Тодд.
Джек кивнул. Данных ЭКГ на мониторе больше не было — Диана умерла. Григгс тоже.
— Полстанции до сих пор без энергоснабжения. А теперь у них в воздухе полно яиц.
«И крови». Джек попытался представить, как теперь выглядит станция. Свет приглушен. Повсюду запах смерти. Стены забрызганы кровью, которая забила фильтры тонкой очистки. Орбитальный дом ужасов.
— Нам нужно поговорить с ней, Джек. Заставить ее рассказать, что у них происходит.
— Почему они не выходят на связь?
— Мы не знаем. Может, решили послать нас куда подальше. Имеют право. А может, у них просто слишком глубокая травма.
— Нет, должна быть какая-то причина. — Джек посмотрел на главный экран, где рисовалась траектория орбитальной станции. «О чем ты думаешь, Эмма?» Он надел головной телефон и произнес:
— Оператор, это Джек Маккаллум. Я готов.
— Вас понял, врач. Оставайтесь на связи, мы попытаемся снова связаться с ними.
Они ждали. МКС не отвечала.
Два оператора за третьим рядом пультов вдруг оглянулись на руководителя полета Эллиса. Джек ничего не услышал в наушниках, зато увидел, как оператор полета, отвечавший за связь на борту станции, поднялся со своего места и, перегнувшись через пульт, прошептал что-то операторам второго ряда.
Теперь оператор в третьем ряду снял наушники, поднялся и потянулся. Он пошел по боковому проходу непринужденно, словно направлялся в уборную. Проходя мимо пульта врача, он бросил на колени Тодду Катлеру листок бумаги и направился к выходу.
Тодд развернул записку и метнул на Джека ошеломленный взгляд.
— Станция перевела свои компьютеры в режим ГВЭ, — прошептал он. — Экипаж уже начал расстыковку корабля аварийного спасения.
Джек
Джека прошиб пот. Вот почему экипаж не отвечал. Они приняли самостоятельное решение и теперь исполняли его.
Им не удастся долго держать военных в неведении. По их космической системе наблюдений с помощью радаров и оптических датчиков можно отследить на низкой околоземной орбите объект размером с бейсбольный мяч. Как только корабль аварийного спасения расстыкуется, как только он превратится в независимый орбитальный объект, он привлечет внимание Командного пункта Объединенного космического командования в Шайенн-Маунтин, где находится Центр объединенной системы противовоздушной и противокосмической обороны. Вопрос на миллион долларов: как они отреагируют?
«Надеюсь, Эмма, ты знаешь, что делаешь».
После расстыковки кораблю потребуется двадцать пять минут, чтобы определиться с местом посадки и наведением, затем еще пятнадцать минут, чтобы подготовиться к сходу с орбиты. Потом час — на само приземление. Службы космического командования обнаружат КАС и проследят его путь задолго до того, как корабль коснется земли.
Во втором ряду оператор по управлению полетом как бы между прочим поднял руку, вытянув вверх большой палец. Этим жестом он безмолвно объявил: корабль аварийного спасения отделился. Плохо это или хорошо, но экипаж был на пути домой.
«Игра началась».
Напряжение в зале росло. Джек украдкой бросил взгляд на двух офицеров военно-воздушных сил, но, казалось, они не осознали ситуацию; один из них безотрывно глядел на часы, словно спешил еще куда-то.
Проходили минуты, в зале наступила странная тишина. Джек наклонился вперед; его сердце бешено билось, а рубашку пропитал пот. Сейчас спускаемый аппарат уже должен отделиться от корпуса станции и начать свободный дрейф в пространстве. Вот-вот будет определено место посадки, после чего система наведения захватит сигналы спутников ГСП.
«Давайте, давайте, — мысленно поторопил их Джек. — Начинайте сход с орбиты!»
Тишину прорезал телефонный звонок. Джек оглянулся по сторонам и увидел, как один из офицеров-наблюдателей снял трубку. Он внезапно выпрямился и повернулся к Вуди Эллису.
— Что, черт возьми, здесь происходит?
Эллис не ответил.
Офицер быстро ввел что-то с клавиатуры пульта Эллиса и, не веря собственным глазам, уставился на экран. Затем схватил телефон.
— Да, сэр. Боюсь, что это так. КАС отделился. Нет, сэр, я не знаю, как… Да, сэр, мы следили за каналом связи, но… — Офицер покраснел и вспотел, когда слушал тираду, извергавшуюся из трубки.