Хищник

Соколов Михаил

Полковник Конев, нахмурившись, выразил недовольство:

– Мог бы при посторонних без подробностей.

– Папа!
– тут же вскричала Марго.

– Это кто здесь посторонний?
– ледяным тоном вопросила Татьяна Сергеевна.

– Все это оперативная информация и, значит, знать её должны только компетентные органы, - специально для жены пояснил полковник Конев.

Татьяна Сергеевна ещё секунду-две изучала мужа ледяным взглядом, потом любезно обратилась к мне, с любопытством изучавшего семейную сцену.

– А почему

вы уверены, что это связано с текущими... беспорядками?

Меня термин "беспорядки" восхитил, и я любезно объяснил:

– Чутье, дорогая Татьяна Сергеевна. Я привык доверять своему чутью, оно меня ещё не подводило.

Я повернулся к все ещё хмурившемуся полковнику Коневу.

– Я специльно начал этот разговор при всех, товарищ полковник. Дело в том, что мне кажется, опасность угрожает уже вашей семье. Всем здесь присутствующим. Я приехал, чтобы настоятельно советовать вам всем сегодня же переехать в особняк Князя. С Еленой Михайловной я уже договорился, быстро сказал я, чем вызвал недовольство Татьяны Сергеевны, бросившей взгляд на мужа, а также озабоченность на лице Станислава Сергеевича, тут же отвернувшегося в задумчивости.

– Елена Михайловна не против?
– наконец спросил полковник Конев.

– Еще бы она была против, если вся усадьба принадлежит Аркадию, - с досадой вырвалось у супруги.

– Может быть вы и правы, Сергей Владимирович, хотя почему все решили, что нам что-то угрожает?

– Чутье, товарищ полковник, и ещё кое-что. Я не хотел бы при всех...

– Нет уж, Сергей Владимирович, раз начали, так давайте уж кончайте, сказала Татьяна Сергеевна.

Полковник Конев подтвердил кивком головы.

– Ну хорошо, - согласился я.
– Если помните, уже две недели в городе выборочно убирали коммерсантов, бывших совладельцами семьи Самсчоновых по некоторым предприятиям. Чем все кончиось вы тоже помните: Самсоновых...
– я повернулся к Татьяне Сергеевне, - ещё раз мои соболезнования, ваши родители...

Я сделал недолгую паузу, как бы выдержав траурную минуту молчания и продолжил:

– Наприенко, Каримов и Рубцов уже совладельцы, насколько я знаю, ваших, товарищ полковник, предприятий.

– Вы многое себе позволяете, как я вижу. Это же закрытая информация.

– Стас!
– крикнула Татьяна Сергеевна.
– О чем это ты?

Полковник Конев опомнился.

– Извини, Сергей Владимирович, нервы.

– Знать все это, так или иначе, входит в круг моих профессиональных обязанностей, товарищ полковник, - пояснил я.

– Я иной раз думаю, что ты слишком много знаешь, - сказал полковник Конев, и всем стало неловко.

– Стас!
– вновь прикрикнула супруга.
– Как тебе не стыдно! Человек приехал, предлагает помощь, а ты так!..

– Да, папа, это ни в какие ворота не лезет, - вмешалась Марго. И обратилась к мне.
– А ты, Сережа, его не слушай, мало ли что он может выдать!

Все посмотрели на Марго, и всем вновь стало неловке. Вера с таким

изможденным презрением отвернулась, так изогнула длинный свой стан, что Марго вспыхнула: видимо, сестры давно уже могли вместо слов общаться языком жестов, отлично ими понимаемым. Марго не удержалась:

– Дура!

На что Вера, не снисходя к ответу, с тем же гибким презрением к сестре, поднялась и, словно бы вопрос был решен (а так и было, конечно, несмотря на препирательства и несогласие в частностях: ни Татьяна Сергеевна, ни Станислав Сергеевич умирать не собирались), спросила, ни к кому специально не обращаясь:

– Когда мы выезжаем?

Восхищеный, я немедленно вставил:

– В обед я пригоню машину и переедем.

– Знаешь что, друг ты мой, у меня свой автопарк, - не согласился полковник Конев.
– Я свой автобус возьму.

– Как угодно. А я к вам часам к двенадцати, все же, загляну, - сказал я, вставая из-за стола.
– Спасибо вам, и тебе, Наташа, за кофе, завтрак. Все очень вкусно, - я успел на ходу ущипнуть зардевшуюся Наташу за розовое ухо и пошел к выходу.

– Вы же не поели, Сергей Владимирович, - запоздало крикнул ему вслед горничная, тут же получив нагоняй от Марго:

– И куда ты лезешь, Наташка? Место занято, не видишь?

Аркадий, не проронивший ни слова за столом, поднялся тоже.

– Я до обеда пойду в сад, книжку почитаю.

– Конечно, Аркадий, иди, - согласилась Татьяна Сергеевна, уже думая о переезде - стихийное бедствие, как же.

ГЛАВА 16

КОНЕВЫ ОТПРАВЛЯЮТСЯ В ПУТЬ

К обеду все смешалось в доме Коневых: было полно народу, приготовленных к переезду вещей и суеты: я, в своих неизменных джинсах и синей джинсовой рубашке выглядел подсобным рабочим среди одетых, словно банковские служащие охранников, тоже помогавших переносить шмотки. Прошла Наташа, сердито неся какую-то коробку к микроавтобусу, где уже находились какие-то корзины, велосипед...

– Аркадий!
– озабоченно кричал я.
– Ну уж ты должен показывать пример. Я думал мы в двенадцать выедем, а уже первый час и никто, я вижу, не собирается.

– Слышь, я, - вмешался полковник Конев, несколько отстраненно наблюдавший суету вокруг.
– А может быть зря мы все это затеяли? Может?..

– Минутку, - прервал его я и, подойдя вплотную, несколько фамильярно обнял за плечи.
– Отойдем на минутку. Вон туда, - указал я в сторону деревьев.
– Я хочу вам кое-что доложить.

Пожав плечами, полковник Конев последовал за мной. Татьяна Сергеевна тревожно посмотрела нам вслед, что-то вспомнила и пошла в дом.

– Мне тут позвонили... мои люди, - сказал я, твердо разглядывая лицо полковника Конева, - и доложили, что час назад в своем бассейне обнаружили Домбровского. Нырнул - и что-то с сердцем. Он же вашу и Княжескую бухгалтерию вел. Он что, тоже был в деле, или просто наемный работник?

Полковник Конев при этом неожиданном известии переменился в лице.