Хищник
Шрифт:
– Я ничего о нем не знаю.
– Одна из его служащих распустила слух, что Лорел убил брата из-за денег. Говорят, у него есть вредные привычки, которые ему не по карману.
– Похоже на обычные сплетни. Или кто-то ему завидует.
Дейв пошел к двери.
– Я с ней еше не разговаривал. Всякий раз, когда я пытаюсь с ней связаться, ее не оказывается на месте. Кстати, по-моему, Лорел – отличный парень. Только немного странно, что все эти сплетни появились именно тогда, когда делу Джонни снова дали ход.
– Я не уверена,
Колючий снег сыпал на промерзший тротуар. Вокруг было немноголюдно.
Люси быстро шла по улице, на ходу прихлебывая горячий кофе с молоком. Несколько дней назад она сняла номер в гостинице «Якорь» – на чужое имя, только чтобы поставить на гостиничной стоянке взятый напрокат «хаммер». Она не оставляла его у своего коттеджа. Никто не должен знать, на чем она ездит. Люси свернула на узкую дорожку, ведущую к небольшой стоянке у самой воды. «Хаммер» был засыпан снегом. Отперев дверь, она села и завела двигатель. Белые замерзшие окна создавали впечатление, что она попала в ледяное эскимосское иглу. Люси включила обогрев.
Набрав на мобильном номер, она вдруг увидела, что чья-то рука в перчатке счищает с бокового окна снег и там, за стеклом. Появляется голова в черном капюшоне. Люси отключила телефон и бросила его на сиденье.
Стиви? Люси опустила окно, лихорадочно соображая, как та могла оказаться здесь. Еше не хватало, чтобы за ней следили! И уж совсем никуда не годится, что она этого не заметила!
– Что ты здесь делаешь? – спросила она.
– Я просто хотела тебе сказать кое-что. – На лице Стиви появилось какое-то непонятное выражение. Казалось, она вот-вот расплачется. Или это просто у нее слезятся глаза – с залива дул холодный и резкий ветер. – Первый раз встречаю такую яркую личность. Ты – мой кумир. Мой новый кумир.
Она что, издевается над ней?
– Стиви, мне надо ехать. В аэропорт.
– Рейсы пока не отменили. Но к концу недели будет что-то ужасное.
– Спасибо за прогноз, – сдержанно поблагодарила Люси. Пылкий взгляд Стиви выводил ее из себя. – Извини. Я не хотела тебя обидеть.
– Да что ты? – удивилась Стиви. – Какие там обиды! Я просто не ожидала, что так увлекусь тобой. И хочу, чтоб ты об этом знала. Поэтому я и искала тебя. Сохрани это где-нибудь в дальнем уголке своей умненькой головки. Может, и вспомнишь как-нибудь в плохую погоду. Никогда не думада, что могу так влюбиться.
– Ты это уже говорила.
– Это так захватываюше! На вид ты такая уверенная, даже высокомерная. Жесткая и отстраненная. Но мне кажется, внутри ты совсем другая. На деле часто все оказывается не так, как ожидаешь.
В окно «хаммера» задувал ветер, присыпая кабину снегом.
– Как ты меня нашла? – спросила Люси.
– Я вернулась к тебе, но там уже никого не было. Я пошла по твоим следам на снегу, и они привели меня сюда. Какой у тебя размер? Восьмой?
–
– Послушай, – с нажимом сказада Стиви, – не смотри на меня как на ничего не значащий эпизод.
– А я и не смотрю так, – не совсем уверенно ответила Люси.
Быть искренней у нее не хватало духа. Люси чувствовала, что виновата перед Стиви. Как виновата перед теткой, Джонни и всеми теми, кого она так или иначе подставила.
– А может, это ты всего лишь краткий эпизод в моей жизни, – игриво улыбнулась Стиви.
Люси почувствовада, как к ней возвращается прежнее чувство. Стиви снова выглядела уверенной, обольстительной и полной тайн.
Метель продолжада врываться в окно, обжигая Люси лоб и щеки. Она потянула за рычаг передачи.
Вытащив из кармана листок бумаги, Стиви торопливо протянула его в открытое окно:
– Это мой телефон.
Код города – 617. Бостон! Стиви так и не сказада, где живет. Но Люси ведь и не спрашивала.
– Это все, что я хотела сказать. Поздравляю с Днем святого Валентина.
Они посмотрели друг на друга. На черном пальто Стиви сверкали снежинки. Она была удивительно хороша! Люси снова ощутила то чувство, которое нахлынуло на нее в «Лорейне». А она-то думада, что все прошло… Оказывается, нет…
– Я не такая, как все, – заявила Стиви, глядя Люси в глаза.
– Согласна.
– Не обращай внимания на код. На самом деле я живу во Флориде. После Гарварда я не стада менять номер сотового. Какая разница? И потом – там у меня скидки.
– Ты училась в Гарварде?
– Я не люблю распространяться на эту тему. Людeй сбивает с толку.
– А во Флориде ты где живешь?
– В Гейнсвилле. С Днем святого Валентина! – повторила Стиви. – Надеюсь, тебе будет о чем вспомнить.
Глава 11
Экран в аудитории 1А воспроизводил цветную фотографию мужского тела. Рубашка расстегнута, из волосатой груди торчит нож.
– Самоубийство? – высказал предположение один из студентов.
– Посмотрите на фотографию, – заметила Скарпетта. – У него множественные ранения.
Перед ней сидела группа из шестнадцати студентов, проходивших курс обучения в академии.
– Тогда убийство, – быстро переориентировался студент, и все засмеялись.
Скарпетта показала следующий слайд. Теперь вокруг основной раны были видны несколько других.
– Похоже, раны неглубокие, – заметил кто-то. – А под каким углом они нанесены? Если он сделал это сам, то нож должен был быть направлен сверху.
– Совсем не обязательно, – возразила Скарпетта, стоя на возвышении у стены. – О чем нам говорит расстегнутая рубашка?
Молчание.
– Если вы хотите зарезаться, разве вы будете наносить удары сквозь одежду? Кстати, вы правы, – обратилась Скарпетта к студенту, сделавшему замечание о глубине ножевых ударов. – Большинство ран поверхностные. Мы называем их «неудачными попытками».