Хищник
Шрифт:
— Здесь все не так, — тихо произнес Тихон в сторону, чтобы его никто не слышал. — У нас умирают даже бессмертные…
— Что это? — недоуменно закричал доцент. — Смотрите!!
Бойцы и Круглов удивленно, не веря своим глазам, увидели, как ревун начал превращаться в лужу мутной вонючей жидкости, которая вскипела пузырьками — буквально через минуту, от этого странного существа ничего не осталось, кроме темного облачка, которое унес утренний ветерок. Полиэтиленовый пакет, который держал в руках доцент, тоже опустел, прежде чем он догадался его закрыть.
— Все так, как сказал солдат на заставе, — мрачно
Они перебирались с одного острова на другой, вздрагивая от близкого рева, который становился все громче, затмевая стрекот, вой, кваканье и чавканье несущееся отовсюду. Эти болота оказались битком наполнены странной жизнью, от взгляда на отдельные образцы которой начинало испуганно биться сердце.
Здесь летали комары размером с хорошую пчелу, и звук их крыльев совсем не напоминал тот тонкий писк, к которому все привыкли — скорее басовитое жужжанье. Из травы выскакивали мухи, размером с воробья, которые охотились на комаров, а заодно и на обычных воробьев.
Комаров и мух ловили жабы, похожие на огромные заросшие мхом валуны, разбросанные то тут то там. Они были неподвижны, иногда громко квакали, временами срываясь с тяжелым всплеском в зеленую, густую воду. Имелись здесь и птицы, похожие на аистов, которые возвышались над водой больше чем на два метра, даже в самых глубоких местах били жаб длинными острыми клювами, а потом заглатывали целиком. А из зарослей высокого камыша выглядывали странные и быстрые существ похожие полосатой шерстью на диких кошек, они ловили птиц.
В болотах создалась своя уникальная сбалансированная жизнь, которая могла сама себя поддерживать. Только людям здесь было не место, и это чувствовалось сразу.
Дышалось тяжело, густой воздух, был наполнен гнетущими испарениями, он пьянил, приводил в состояние отрешенности, своего рода транса. От этого странного запаха хотелось лечь и тихо дожидаться смерти, а она, в этом не было никакого сомнения, не заставила бы себя ждать.
Над темной водой висел густой туман, в котором ничего не удавалось разглядеть. В тайгу попадало мало солнечной энергии из-за тяжелых темных туч висевших над ней, а местные испарения уменьшали его еще раза в два, поэтому они шли в сумраке, напоминающем густой, вечерний — тот, что приходит поздней осенью из потерявших листву холодных лесов.
Рычанье приближалось, иногда рев раздавался поблизости и становился таким угрожающим, что девушка начинала дрожать всем телом.
— Кто это? Скажи, наконец…
Влад остановился и хмуро вытер капли пота с лица.
— Это ревуны, о которых я тебе рассказывал.
— А почему они так громко ревут?
— У них такая особенность, поэтому и называют ревунами.
— Они опасны?
— В тайге нет безобидных зверушек. Ты, наверное, хотела спросить — нападают ли ревуны на людей? Ответ — да. Многих ли они убивают? Немного, но только потому, что охотники редко заходят в болота, где они живут.
Причина понятна, здесь ничего нельзя разглядеть, слишком плохая видимость из-за тумана, поэтому легко попасть в трясину и погибнуть, кроме того, полно разных опасных тварей. А когда у ревунов начинается миграция, то на их пути даже тигры боятся оставаться — все сжирают. Я бы никогда вас сюда не привел, если
— Ты зачем меня сюда притащил? — послышался голос Перфилова из-за спины. — Не нравится мне здесь…
— Другой путь еще хуже, — вздохнул Кот и снова зашагал вперед. Он повернулся. Сергей оказался рядом с Лией, ободряюще подмигнул, она улыбнулась в ответ и погладила его по щеке. — А этот еще ничего, скоро остров, там легче станет, а затем болото сойдет на нет, мы уже близко к темному миру.
— Подожди! — нахмурилась Лия. Ее глаза потемнели, а кожа побледнела. — Брат, мне кажется, мы здесь умрем. Надо вернуться.
— Нам осталось меньше трех километров до распадка, зачем возвращаться — только вперед!
— А чувствую, — девушка вздохнула. — Смерть где-то рядом, она ходит кругами вокруг нас, выбирая жертву. И она придет к нам вместе с ревунами, когда они соберутся в большую стаю.
— Не успеет, — спросил Влад. — Мы уже почти пришли, скоро остров, там есть бункер, в нем отсидимся, а за ним уже болото кончается через пару сотен метров, а там до темного мира останется всего пара километров.
— Помнишь, я тебе говорила, что видела в будущем, как на тебя нападет зверь и ранит?
— И что?
— Теперь я знаю, что это ревун …
— Надеюсь, ты передумаешь и расскажешь нам о чем-то хорошем?
— Я не создаю будущее, его выдумывает кто-то другой, — грустно призналась Лия. — А с ревунами можно как-то договориться?
— Никогда о таком не слышал. Эти твари не щадят никого. И еще никто не сказал, что они разумны.
— Отдайте этим тварям меня, — предложил Сергей. — А сами уходите.
— Дурак, ты, Перфилов, — вздохнул Влад. — Если бы не ты, нас бы здесь вообще не было. Отдать тебя ревунам — значит, сделать весь поход бессмысленным.
— Смерть сама выбирает, кого ей взять, а кого оставить, — грустно улыбнулась Лия. — А люди могут только надеяться на ее милосердие…
— Какие вы оба умные! — фыркнул Сергей. — Только идете к своей гибели, это даже я чувствую.
Корче смачно выругался вместо молитвы, глядя на могильный холм, под которым покоились две девушки и проводник. Их осталось только шестеро, два хакера, он — глава агентства и три бывших спецназовца, все остальные погибли. Эту группу он сам набирал, за каждым из них числилось немало сложных дел, и умели они многое, но для пермской тайги этого оказалось недостаточно. А теперь, когда у них погиб проводник, пусть не самый лучший, но хоть что-то знавший об этих местах, команда была обречена на гибель.
Глава агентства это понимал лучше других, поэтому отошел в сторону и вызвал заказчика. К его удивлению сигнал прошел, заметив это, хакеры быстро развернули свою аппаратуру и занялись определением местоположения на местности.
— Слушаю вас, — раздался спокойный голос.
В ответ глава детективного агентства разразился многоэтажным матом, в котором он рассказывал все, что думает о заказчике, о том деле, что тот ему поручил, о тайге и самом себе.
— Вы закончили? — вежливо осведомился заказчик, когда он вынужден был остановиться, чтобы перевести дыхание. — Вы не поверите, но когда я слушал запись переговоров Гагарина в день гибели, когда его самолет падал, он говорил примерно то же самое.