Хит
Шрифт:
— Информация. Он уже знает Астона, знает, что он из себя представляет. Последи за ним, если это тебе поможет, но клиент не настаивал на слежке.
Он просто хочет знать, спал ли с ней этот парень. Или, может, подозреваемый. Я поняла.
— Нет проблем. Что известно о том парне, который взят под стражу?
— Его зовут Тобиас Мерфи, — сообщила Мэриан.
— Где его держат, известно?
— В камере для малолетних преступников.
Мак удивилась:
— В самом деле? Он что, несовершеннолетний? — Это серьезно подрывало
— Кажется, да. По словам клиента, у мальчишки уже были неприятности с законом. Во всяком случае, так ему сказали в полиции.
Собрать информацию по несовершеннолетнему преступнику было непросто.
— Не хочу задавать слишком много глупых вопросов, но, если полиция уже задержала человека, подозреваемого в убийстве, почему клиент хочет заново все расследовать? Он объяснил? — не унималась Мак.
Мэриан открыла свои карие глаза и впилась в нее взглядом.
— Это не твоя работа — интересоваться, почему нас наняли. Клиент готов заплатить тебе за неделю, а то и больше, работы. Работа легальная. Это все, что нам нужно знать. Он особенно щепетилен в отношении конфиденциальности, тебе понятно? Так что никаких деталей насчет личности клиента от меня ты не узнаешь.
— Да, понятно.
— Особенно щепетилен, — повторила Мэриан, словно прочитав мысли Мак.
— Если он не хотел, чтобы я знала, кто он, тогда зачем ты мне рассказала?
Мэриан хитро улыбнулась:
— Потому что знала, что в первую очередь ты начнешь тратить оплаченное клиентом время на выяснение личности того, кто тебя нанял.
Мак рассмеялась. Мэриан была права.
— Итак, теперь ты знаешь. Так что начинай работать.
— Последнее…
— Да?
— Ты сказала, что жертва оставила клиенту «послание, которое его обеспокоило». Что это было за послание? — Макейди прищурилась.
— Вчера Меган позвонила ему на личный номер и извинилась за то, что не смогла выйти на работу по причине плохого самочувствия. Она сказала, что на вечеринке ее кто-то накачал наркотиком, и еще добавила, что хочет рассказать ему нечто важное.
Нечто важное…
— Но ей так и не удалось это сделать. Грубелаара на работе не было — он остался дома, так что прослушал сообщение только сегодня утром, когда пришел в офис, а вскоре после этого узнал о том, что помощница убита.
Мак повела бровью. И сразу же решил обратиться в частное детективное агентство.
— Хорошо. Я берусь, — заявила Мак, чувствуя, что голова уже пухнет от множества вопросов, оставшихся без ответа. Ей необходимо было выяснить как можно больше о Тобиасе Мерфи и Меган Уоллас, и начинать она собиралась с обращения к простейшим и надежным источникам: местному телефонному справочнику и всезнающему Интернету.
ГЛАВА 6
Может быть, она любила воду. И просто хотела окунуться.
Тобиас Мерфи настолько ослаб, что не чувствовал своего
Почему это не проходит?
— Криста!
Поток воспоминаний ворвался в сознание Тобиаса. Вместо комнаты с белыми стенами, куда Тобиас был заточен, он увидел сцены из своего детства, в размытых красках и зернистых очертаниях, как на исцарапанной пленке черно-белого кино. Изображение постепенно стиралось. Голоса заглушались металлическим скрежетом. Он услышал, как его мать зовет свою двухлетнюю племянницу, Кристу. « Криста!»Увидел линолеум кухонного пола, ручки кухонных шкафов. Ползком он забрался под кухонный стул и спрятался там, выставив вперед свои полные ножки. Заметив присохшую царапину на голени, выглядывающую из-под пластыря, он сковырнул ее. Мать вернулась на кухню, продолжая поиски. « Криста!»Он подполз к матери и потянул за подол длинной юбки, но мать ничего не сказала. Он крепче вцепился в подол, и его белые пальчики утонули в цветистой ткани.
— Криста, миленькая! Где же ты? — звала мать.
Она постояла некоторое время, а он обхватил ее ноги, зарывшись лицом в мягкую ткань юбки.
— Криста!
Ее голос изменился, когда она увидела бассейн на заднем дворе дома. Лицо ее передернулось, она зажала рот рукой и вырвалась из капкана его рук. Маленький Тобиас не смог ее удержать. Словно разноцветное облако она понеслась по тропинке к бассейну. Тобиас, поспешив за матерью, догнал ее в тот момент, когда она, мертвенно-бледная, уже балансировала на бортике бассейна.
И тогда она нырнула.
Тобиас долго и мучительно старался отогнать эти воспоминания, но сейчас он был слишком слаб, дрожь не унималась, и он не мог совладать с ней. Криста лежала где-то далеко внизу, на дне — не двигаясь, не дыша, — и это было плохо, очень плохо. Тобиас не понимал, что это означало, знал только, что случилось что-то очень-очень страшное и уже никогда не будет так, как прежде.
Стоп!
Он вдруг ощутил прикосновение холодных мокрых рук Кристы Гаррисон — двухлетней мертвой Кристы, навсегда оставшейся крохой.
Стоп!
Испытав смятение, Тобиас открыл свои воспаленные глаза. Конечно, Кристы здесь не было. Его окружала больничная белизна: накрахмаленные белые простыни, белые стены, белые полы, обработанные хлоркой, белая дверь с маленьким зарешеченным окошком.
Тело Тобиаса, мокрое от пота, дрожало, как будто сражалось с невидимой враждебной силой, затаившейся глубоко в сознании. Но враг не сдавался — он был угрожающе реальным, могущественным, он проник в эту комнату, в эти стены, заполняя собой все пространство, каждую пору, придумывая все новые трюки для больного воображения. Заставляя Тобиаса дрожать, дрожать, дрожать, заставляя вспоминать.