Хит
Шрифт:
Мак подошла к дому. Нажала кнопку домофона сбоку от имени «МАКДЖИЛЛ» и вскоре услышала характерное потрескивание. «Привет, это Мак», — произнесла она в микрофон.
В динамике раздался громкий визг. Так могла радоваться только Лулу — похоже, Мак попала по адресу. Ее впустили в подъезд, и там она обнаружила, что подниматься придется пешком. Лифта в доме, как и в той гостинице, где Мак остановилась, не было. Шаг за шагом она преодолела пять пролетов скрипучих ступенек, морщась от болезненного ощущения в суставах и икрах. Когда она работала моделью в Манхэттене и снимала студию на пятом этаже, ей
К третьему этажу у Мак на лбу проступили первые капельки пота. Она подумала о том, что пора записаться на курсы кикбоксинга. К тому же, начав работу у Мэриан, она изменила своей давней привычке пробегать пятьдесят километров в неделю. Пожалуй, для работы сыщиком следовало бы поднабрать форму. Она была наслышана о том, как частным детективам случалось противостоять нападениям со стороны разных неуравновешенных субъектов.
Преодолев, как ей показалось, вдвое больше маршей, Мак достигла верхней лестничной площадки. Лулу выпорхнула из двери полосатым черно-красным вихрем. Мак внутренне сжалась, приготовившись к бурным объятиям. Действительно, приветствие подруги было жарким.
— О, дорогая! Как я рада тебя видеть!
От внешнего вида Лулу, как всегда, захватывало дух. Она была одета в полосатый топ и полуперчатки, черные джинсы, на ногах у нее было что-то от Доктора Мартенса. Несмотря на то что Лулу была профессиональным визажистом, она так разрисовала свое лицо, что в нем не осталось ничего натурального. Черные накладные ресницы загибались до бровей, а многоцветные тени на веках театрально взмывали прямо к вискам. И со времени их последней встречи — не далее как вчера — Лулу уже превратила свой могавк в вороненые черные пряди с драматическими красными кончиками.
Когда только успела, подумала Мак.
Все, что касалось Лулу, было драматическим. Всегда. Подруги расцеловались, и Лулу взволнованно потащила Мак в квартиру.
— Ты здесь! Ты здесь! Дорогая, как это здорово! Тебе такнеобходимо со всеми познакомиться!
Стены квартиры были увешаны эскизами и картинами с изображением геометрических форм, цветовых пятен и линий, крепившимися канцелярскими кнопками, и лишь одна стена была свободна, зато покрашена от пола до потолка ярко-вишневой краской. Видимо, подсознательно Лулу подобрала свой наряд в тон. В углу гостиной стоял мольберт. Незаконченный холст, на который были нанесены багрово-черные мазки, ожидал следующего прихода вдохновения. Очевидно, кто-то из присутствующих был художником-абстракционистом.
В центре комнаты большой деревянный обеденный стол был накрыт на шесть персон, красные свечи уже оплывали. Мак приветствовали два молодых парня — обладатели сальных волос и крупных татуировок — и девушка с такими же дико окрашенными волосами, как у Лулу. Мак отметила те же переливы красного в ее прическе: похоже, они использовали один набор для краски на двоих. Кто до этого додумался?
Лулу первым представила своего бойфренда.
— Мак, это Дрейсон Макджилл, — произнесла она с гордостью, сжимая руку одного из парней ростом немного выше нее. У того было помятое лицо и заспанные
Так это и есть тот певец, на которого она запала?
Лулу с энтузиазмом лизнула ухо Дрейсона и захихикала. По крайней мере, выглядели они счастливыми, хотя Мак не могла удержаться от того, чтобы не вспомнить о недавних клятвах Лулу, обещавшей держаться как можно дальше именно от таких музыкантов. Мак уже досконально изучила «тип» Лулу: вечно сальные, нечесаные волосы; непременный перебор с татуировками; полное равнодушие ко всему окружающему. Мак могла уверенно сказать, что Дрейсон выглядел точной копией предыдущих четырех попыток Лулу.
— Рада познакомиться. — Мак протянула свою руку к незанятой руке Дрейсона для приветствия.
Дрейсон медленно кивнул и мягко пожал ее руку, словно в полудреме. Либо он был чересчур тихим, либо попросту под кайфом. Мак так и хотелось помахать рукой перед лицом Дрейсона, чтобы посмотреть, моргнет он или нет.
— А это Ослик. — Лулу жестом указала на другого, узколицего парня, обнаженные мускулистые руки которого по самые плечи покрывали зелено-красные татуировки в японском стиле. Казалось, на его теле не было ни грамма жира. — Он барабанщик, — пояснила Лулу.
Ослик был крупным, сильным и темпераментным молодым человеком — полной противоположностью сонному Дрейсону. Глядя на Ослика, можно было подумать, что он готов в любую минуту сорваться с места.
— Это Марун, — продолжала Лулу. У Марун — миниатюрной девушки, одетой во все черное, — были волосы до плеч, окрашенные в тон прически Лулу. — Она художница.
Мак оглядела картины, украшавшие стены гостиной.
— Мне нравятся ваши работы, — заметила она. В ее словах не было лести. Картины, возможно, были сырыми, но в экспрессии, композиции и цвете угадывался истинный талант. И похоже, Марун была плодовита, судя по масштабам экспозиции. Как знать, может, у нее блестящее будущее?
— О, а это Буги. Он единственный, кто умеет готовить…
В этот момент Буги как раз выходил из кухни. Увидев его, Мак испытала легкий шок, она не ожидала, что будет и четвертый персонаж для знакомства. С кухонным полотенцем на плече, Буги направился к ней и протянул руку для пожатия. На его губах играла легкая улыбка. Иссиня-черные волосы Буги топорщились острыми прядями, за стеклами очков в черной оправе скрывались внимательные зеленые глаза. Он был шести футов ростом, почти вровень с Мак, в узких черных джинсах с цепочкой, свисающей с пояса, черной майке и ботинках от Доктора Мартенса на шнурках. Своей прической он отдаленно напоминал раннего Элвиса, случайно оказавшегося в нашем времени. Элвиса, умеющего готовить еду.
Пожалуй, черного цвета было слишком много. Глядя на них, можно подумать, будто половина жителей Мельбурна носит черное. Они что, в трауре?
— Привет, Буги, — поздоровалась Мак и протянула ему руку.
Их рукопожатие длилось чуть дольше положенного, а взгляды встретились и почему-то не отпускали друг друга. Мак стало интересно, заметили ли это окружающие. На какое-то мгновение ей показалось, что они раньше встречались, но она точно знала, что этого не может быть.