Хит
Шрифт:
Брюнетка как будто что-то вспомнила.
— Мм, да, Эми?.. — неуверенно проговорила она.
Но «техасский надзиратель» тут же резко оборвала коллегу:
— Разве Эми здесь работает? Я что-то не припомню.
— Работает, — твердо произнесла Мак. — Я уверена, ты знаешь Эми.
— Никогда ее здесь не встречала. — Девица с подозрением оглядела Мак с головы до ног.
— Да нет же, она здесь работает, — возразила Мак, стоя на своем. — Эми Камильери. Очень симпатичная девушка. Светлые волосы, примерно такой длины. —
— Что — то не припоминаю никакой Эми…
Высокая стриптизерша продолжала лгать так откровенно, что Мак показалось, будто она даже не пытается это скрыть. Девица явно избегала разговоров об Эми, но почему? Может, она знала только ее сценическое имя?
— А вы, девчонки, знаете ее? — «техасский надзиратель» оглядела своих подруг. Впрочем, она даже не дала им возможности ответить, хотя по их лицам было видно, что они и не собирались это делать. — He-а… никто прямо с ходу Эми не вспомнит.
Прямо с ходу. Хм.Что происходит? Может, это дух соперничества? Или укрывательство? Реакция на некую угрозу?
Сластолюбивый Павлин, по-прежнему сжимая в кулаке свои деньги, в пьяном изумлении, с открытым ртом, наблюдал за странным разговором двух высоких женщин. Он явно не понимал, что к чему. Мак с трудом сдерживалась, чтобы не закрыть ему рот. Его приятели сгрудились у другого конца барной стойки и тоже с интересом следили за происходящим.
— Привет.
Мак обернулась.
Вернулся Буги. Он тихо подошел к стойке бара и встал рядом с Мак. Она была уверена, что он удивится, увидев ее в окружении пяти танцовщиц и опешившего посетителя с деньгами в руке всего после нескольких минут своего отсутствия. Но Буги был абсолютно спокоен.
— Привет. Как дела? — Молочная блондинка приблизилась к Буги. — Тебе здесь нравится? — Она была очень хорошо сложена и выглядела очень соблазнительно. Ее белое кружевное белье было настолько прозрачным, что позволяло разглядеть форму и цвет ее розовых сосков, которыми она не замедлила потереться о грудь Бути, вызвав у Мак легкий приступ ревности. Мак подумала о том, что мало кто из мужчин мог бы остаться равнодушным к такой возбуждающей прелюдии. Интересно, что станет делать Буги? Начнет флиртовать?
Мак наблюдала за его реакцией более заинтересованно, чем ожидала.
— Спасибо, у меня все хорошо, — ответил он и сел, повернувшись спиной и к девушке, и к ее подругам. Буги вел себя достойно, надо было отдать ему должное.
— Не хотите со своим бойфрендом заказать танец? — спросила у Мак блондинка, жестом указывая на Буги.
Мой бойфренд.
— Может быть, позже, — ответила Мак. В голове тут же родилась новая идея. — Позор, что вы, девочки, не помните Эми. Мне бы так хотелось с ней увидеться.
Стриптезерши едва заметно кивнули — и несколько виновато, как показалось Мак, — но их суровая подруга в красном злобно прищурилась. Она была настроена явно враждебно, что-то ее злило.
Как только девушки поняли, что шансы на приватный танец призрачны, их словно ветром сдуло.
Мак отвернулась от компании и заказала себе еще один коктейль.
— Все в порядке? — тихо спросил Буги.
— Да, — произнесла она с некоторым смущением. Мак не хотелось признаваться в том, что его присутствие было ее охранной грамотой. Впрочем, об этом можно было и не говорить: все и так было понятно. Он отлучился всего на пять минут, и вокруг нее уже кипели страсти.
На экранах телевизоров над барной стойкой мелькали фотографии стриптизерш в разных ракурсах: над стойкой в стилетто и трусиках-стрингах; на меховом ковре перед горящим камином; в кожаных корсетах среди плеток и цепей. В ожидании заказа Мак разглядывала фотографии, сменявшиеся как узоры в калейдоскопе.
На экране появилась черно-белая фотография застенчивой брюнетки-балерины. В расслабленной позе, в бикини, она выглядела точной имитацией рекламы Келвина Кляйна. Под фотографией шли титры:
ШАРЛОТТА. ПРИВАТНЫЙ ТАНЕЦ ОТ 20 $.
Привет, Шарлотта.
Шарлотта производила впечатление девушки стеснительной, но даже по ее немногословным репликам Мак поняла, что той что-то известно об Эми Камильери. Мак огляделась по сторонам, пытаясь отыскать девушку с фигурой балерины, и вскоре ей это удалось. Шарлотта направлялась к одной из маленьких сцен, где она должна была выступать перед немногочисленной аудиторией. Возле подиума еще оставались свободные стулья.
Как только Мак принесли коктейль, она тут же положила двадцатидолларовую купюру на стойку бара и, взяв бокал, поднялась.
— Идем. Посмотрим на нашу девочку Шарлотту, — сказала Мак и повела своего Элвиса через толпу.
Они подошли к маленькой сцене и заняли свободные места. Кроме них возле подиума уже сидели шесть мужчин, которые зачарованно следили за каждым движением Шарлотты. Двое из них на мгновение очнулись от гипноза и удивленно воззрились на Мак.
Если по какой-то причине все так боялись говорить об Эми — особенно в присутствии суровой «надзирательницы», — то, наверное, нужно было постараться организовать беседу с глазу на глаз и в таком месте, где никто бы не мог подслушать.
В этом заведении есть только одно место, где можно остаться с девушкой наедине.
Удобно устроившись, пару минут Мак и Буги наблюдали за танцем Шарлотты, после чего Мак протянула руку и положила ее на колено Буги. Он заметно вздрогнул.
— Эй, сладкий мой, — произнесла она чуть громче, чем следовало, подражая манере Лулу. — Тебе ведь она тоже нравится, правда? — Мак указала на Шарлотту, которая в этот момент медленно и соблазнительно снимала с себя платье.