Хитрость
Шрифт:
– Лонг-Айленд, – ответил Нокс на мой невысказанный вопрос.
– Это так красиво. Почему бы тебе не приезжать сюда почаще?
– Давай я отведу тебя к воде.
Я крепко держала его за руку, пока мы пересекали лужайку, мои ботинки утопали в мягкой траве.
– Мы оставляем следы на траве.
Его голубые глаза прищурились.
– Мы что?
Я оглянулась и увидела, что раздавленные травинки указывают наш путь.
– Мы оставляем следы.
Нокс притянул мою руку ближе, заставляя меня врезаться в него.
–
Он поцеловал меня в лоб.
Маленькие круглые кустики частично скрывали короткую кованую ограду. Подойдя к воротам, он повел меня вниз по ступенькам, пока мы не оказались на коричневом песке. Крупная галька усеивала пляж.
– Ну вот, принцесса, больше никаких повреждений траве.
Я проигнорировала его замечание, отпустила руку и потянулась за камешком. Бросив его в воду, я сказала:
– Серьезно, здесь очень красиво. Ты не живешь здесь из-за поездок на работу?
Он подошел к одному из больших валунов, взобрался на него и сел, прижав колени к груди. Откинувшись на руки, он наклонил подбородок к воде. Нокс пригласил меня присоединиться к нему. На мне были туфли без каблуков, но на твердой подошве. Боясь поскользнуться, я разулась и босиком забралась к нему. Проведя целый день под солнечными лучами и, темный камень был теплым под моими прикосновениями.
– Он хранит воспоминания, – наконец произнес он.
– О твоей маме? – спросила я, накрывая его руку своей.
Он кивнул.
– Да. Она любила этот дом. Это была одна из немногих хороших вещей, которые он когда-либо сделал для нее. Его здесь почти не было, что делало ситуацию лучше. Когда они развелись, дом принадлежал ей. Она оставила его мне. Теперь, когда бы он ни вернулся, он настаивает на том, чтобы остаться здесь. – Нокс пожал плечами. – Я не уверен, остается ли он здесь из чувства вины или чего-то в этом роде. Все, что я знаю, что лучше пусть он будет здесь, чем в городе.
– Она снова вышла замуж? – спросила я, пытаясь избежать многочисленных эмоциональных мин, которые он сбросил.
– Нет. Счастье, которое она обрела, было не с кем-то, а с самой собой. Прожив с ним так долго, она забыла, как быть самой собой. – Нокс перевел взгляд с воды на меня. – Вот почему я хочу, чтобы ты поехала в Колумбию.
Моя грудь заныло, сердце учащенно билось. Он думал об этом. Это не просто спасло меня от "Измены". Он действительно думал о моих целях и мечтах.
– Я… я не знаю, что сказать.
– Скажи, что надерешь задницу Колумбийскому университету, как Стэнфорду. Скажи, что, когда закончишь, ты не согласишься ни на что, кроме лучшей юридической фирмы. Или…
– Или?
– Или ты можешь работать на «Деметрий»?
Я подняла брови и широко раскрыла глаза.
– Мистер Деметрий, я считаю, что устраиваться на работу адвокатом несколько преждевременно.
Наши лбы соприкоснулись.
– Думаю, мне понравится идея стать твоим боссом.
– Я
Его поцелуй был мягким, более нежным, чем обычно. Когда наши языки нашли друг друга, Нокс повернул руку и переплел наши пальцы. Это заставило меня задаться вопросом, хранил ли этот дом другие воспоминания, воспоминания о Джослин, которыми он не был готов поделиться.
Несколько минут мы сидели молча, наслаждаясь мягким плеском волн о скалы и берег. Время от времени птица пикировала вниз, ныряла в воду и снова выныривала. Удивительно, как здесь спокойно. Я любила западное побережье и Тихий океан, но он был диким и неукротимым по сравнению с безмятежностью того места, где мы сидели.
– Пойдем... – он встал, протягивая мне руку. – ... давай покончим с этим, чтобы вернуться на Манхэттен.
– Ты не хочешь остаться на ночь?
– Только не с Ореном. А ты?
Я пожала плечами, прежде чем спрыгнуть на песок и подобрать туфли.
– Я бы не возражала, но завтра у меня встреча за поздним завтраком.
Нокс остановился.
– Встреча?
– Не свидание. Это моя мать, и теперь мне стыдно, что я не сказала тебе. Я не знала, готова ли я к тому, что ты встретишься с ней или узнаешь о моей сумасшедшей семье. Но теперь, когда я встречаюсь с твоим отцом, мне стыдно.
Он покачал головой.
– Не стыдись. Нас бы здесь не было, если бы я мог этого избежать.
– Почему ты избегаешь этого?
– Потому что я сказал тебе, что хочу уберечь тебя от всего плохого. Принцесса, я плохой, потому что у меня был лучший учитель. Мой отец – воплощение дьявола. Если бы он не узнал о тебе из СМИ, я бы избегал этого, по крайней мере, несколько месяцев, пока он не вернулся в США или мы не должны были быть в Лондоне.
В этом заявлении было столько всего, но последнее привлекло мое внимание.
– Лондон. Нокс, я не могу сбежать в Лондон, пока учусь.
– Я только что сказал тебе, что мой отец – дьявол, а ты беспокоишься о пропущенных занятиях. Неудивительно, что ты закончила школу с отличием.
Я поцеловала его в щеку.
– Я знаю дьявола. И он не твой отец. В худшем случае твой отец его приспешник. Ты рядом со мной, а Айзек где-то в тени. Я не волнуюсь.
Глава 33
Нокс
Чарли была спокойна, в то время как я был чертовски взволнован. Сообщение Орена было странным и неожиданным. Он увидел нашу фотографию и позвонил. Я либо отключил телефон, либо был занят выбиванием дерьма из боксерской груши. В любом случае, я не поднял трубку. Я действительно слышал его сообщение.