Хочу Вас... профессор!
Шрифт:
– Мне не о чем говорить с предателем! – холодно выплёвывает он. – Я тебя о чём просил, м? Не лезь к Ане… а ты что?! Наплевал на собственного сына! Ты… хоть раз мог подумать обо мне? ХОТЬ РАЗ?! А моих чувствах?! Я думал, ты понял, что Аня – не для тебя ещё в больнице, а ты оказывается снова с ней… На хрена тогда месяц где-то пропадал, а?! Давал себе время подумать или же спектакль передо мной разыгрывал?
– Ты повторяешься. Я хочу тебе по-человечески объяснить всё.
– Нечего
Тяжело вздыхаю.
Сейчас он разительно отличается от парня, которого я знаю…
Беспечного. Веселого. Даже слегка ветреного.
Но совсем беззлобного.
– Мне есть что тебе сказать, но хочется, чтобы мы не делали это не на повышенных тонах и как взрослые люди… Тебе уже не пятнадцать, Алекс.
В этот момент оживает мой телефон и когда я достаю его, всматриваясь в номер абонента, сын начинает едко интересоваться:
– Что она… да?
– Кто?
– Не придуривайся… Аня, да? Она тебе названивает? Вы же вместе… – яростно рявкает он.
Шумно втягиваю воздух в лёгкие, следя как приближается Алекс. Выхватывает из моих рук телефон и швыряет его в стену.
На свой порыв, он естественно никакого раскаяние не испытывает.
Лицо его зло кривится, а глаза загораются яростным пламенем.
Вот только мне больше не хочется потакать его обиде. Спустя столько времени…ко мне пришло осознание, что даже если я перед ним упаду и признаю, что не прав, ничего не изменится.
Лучше от этого не станет. Он как считал меня плохим отцом, так и продолжает считать.
В глазах сына я не человек, а сущий монстр, не способный на чувства.
Пожизненный должник, который не уделял ему достаточного внимания в детстве и виновник в том, что мы с его матерью, тогда развелись.
Наверняка и в смерти её винит.
И если раньше в лицо мне это бросить у него не было повода, то сейчас он считает, что получил на это полное право.
Ошибается.
В два шага я преодолеваю расстояние между нами и глядя в его глаза, жёстко чеканю:
– Какого хрена ты швыряешься моими вещами? Ты на этот телефон и на квартиру, в которой живёшь, – обвожу её руками, – ни рубля не заработал.
– А какого хрена ты на молоденьких засматриваешься, а?!
– Мне звонили с работы, –
Алекс морщится, но молчит.
Ничего. Пусть послушает. Полезно.
– Когда все мои сверстники развлекались, попадали в полицию за драки, ходили по дискотекам… я пахал днями напролёт. А знаешь почему? – он понимает всё и опускает голову. – Потому что стал отцом, Алекс. Твоим отцом. Кулёк с тобой мне вручили в двадцать один. А я стоял. Не знал, что делать. Мелкий совсем. Не двигаешься. Смотришь и не моргаешь. Но когда ты закряхтел и заплакал у меня на руках, я себе слово дал… Мой сын ни в чём не будет нуждаться. У него всегда будут деньги на обеды и походы в кафе с друзьями. У него будет всё, что потребуется. И я своей цели добился. Ты и правда ни в чём не нуждался.
Сын падает на стул и сжимает волосы у корней, а я продолжаю:
– Я понимаю, что не лучший отец. Со своими недостатками и поступаю не всегда правильно. Знаю, что не уделял тебе достаточного внимания. Вижу, что не додал и не объяснил многое. На самом деле, всегда кажется, что можно было сделать больше. Так и есть. Хотя и оглядываясь назад, понимаю, что поступил ровно так же. Отдал я тебе всё, что мог. И любил, я тебя всегда, как умел.
– Это… это не меняет того, что ты встречаешься с девушкой, которая мне понравилась. Я не могу тебе простить этого.
Усмехаюсь.
– Алекс, я пытался. Думал забуду. Смогу… ради тебя. Переболею. Я специально для этого уехал. Не для того, чтобы ты с ней был, а просто…чтобы больно не делать.
– Не бросишь её да?
Мотаю головой.
– Поздно. И это не прихоть, сын. Дело в чувствах. А как ты понимаешь… Им никак не прикажешь. Думаешь я планировал вот это всё? Планировал почти в пятьдесят лет влюбляться в девчонку младше меня вдвое? Нет. Само получилось.
Алекс тут же вскакивает и внимательно всматривается в мои глаза.
Не верит.
А я понимаю, что сказал то, что держал в себе.
Влип. Увяз… Влюбился.
Люблю…
Слово-то какое.
С ума сошёл.
– И мы здесь с тобой не сидели, если бы я увлёкся Анютой на время. Ведь так?
– А мать любил?