Ходок
Шрифт:
Далее тепловизоры. В технические детали и характеристики вдаваться не стану. Скажу только, что хороший прибор, который будет работать в полевых условиях, стоит от ста пятидесяти до семисот тысяч рублей. Фактически, один тепловизор как автомобиль. Дорого? Еще как. По этой причине берем четыре экземпляра в среднем по двести–двести пятьдесят тысяч, не дороже.
Затем оптика: простые бинокли и снайперские прицелы, которые на Кромке в огромном дефиците, как тепловизоры и ПНВ. Сколько ни возьми, все будет востребовано и куплено. Так что покупаем десяток биноклей и пару снайперских прицелов.
Снаряжение и связь. С этим
Конечно, можно было и больше всего закупить, на продажу. Только возникает проблема. Расплачиваться с нами станут золотом и драгоценными камнями. Ну и как это все реализовать, не имея надежных скупщиков на Земле? Ответа нет.
Считали долго, и в итоге вышло, что на закупку товаров необходимо потратить три миллиона, минимум. И это далеко не все расходы. Ведь нужна новая машина, более мощная и проходимая, чем оставленная в Гавриловом посаде «вольво». Мне бы хотелось нечто престижное и красивое, что-то вроде «Land Cruiserа 200», рекламу которого я недавно видел по телевизору. Но эта машина стоит более трех миллионов. Взять можно, деньги еще есть. Но траты намечаются немалые. Землю в Гаврило–Посадском районе оформлять надо. Чиновникам на лапу дать надо. Группу расширять надо. Делать новые закупки, после новой встречи и Родославом, который приведет к порталу вождей племени росанов, тоже надо. Так что, если и возьму «Land Cruiser», то не новый, четырнадцатого года, а подержанный двенадцатого. Впрочем, посмотрим. Нужно съездить в Москву и походить по авторынкам. Для разъездов по России прикупить хорошую иномарку, а для походов на Кромку пару «уазиков» или бронетранспортер без вооружения. Это возможно и цена нормальная. БТР-80 стоит два с половиной миллиона, а БТР-60 полтора миллиона.
«И зачем мне эти проблемы? — подумал я с легкой тоской. — Как хорошо было одному, в лесах. Иди себе спокойно и ни о чем плохом не думай. А сейчас сам взвалил на себя кучу проблем, которые должен разгребать. Ведь можно все бросить, взять деньги и свалить в Крым, на солнечный пляж, и Анжелку прихватить. Скажем, на месяц–другой. Однако не получится. Есть понимание того, что люди на Кромке нуждаются в моей помощи, и я дал слово, отказываться от которого не собираюсь. Это с сектантами можно поступать не по чести, а нормальных людей обманывать не стоит»…
Мои размышления были прерваны Николаевым, который предложил съездить на арендованный склад, который находился на окраине города, и осмотреться. Я согласился и, оставив Володьку Макеева на квартире, смотреть телевизор, мы спустились вниз. Костерин отдал нам ключи от склада и позвонил сторожу, а сам помчался к своему приятелю, который как раз сидел без работы. Еще один потенциальный боец нашей группы.
— Знаешь, Олег, — сказал Николаев, когда мы выехали со двора, — я никак в толк не возьму, зачем ты взял с собой мальчишку.
— Хочешь знать причины?
— Да, хотелось бы.
— Все просто. Покойный Вадим Рысь не зря его отметил и взял в ученики. У Володьки есть талант, и он может стать ведьмаком или хорошим ведуном. Поэтому я считаю, что такими кадрами разбрасываться нельзя. Это сейчас он мальчишка,
— Возможно, — согласился он и добавил. — Однако это получится лишь в том случае, если с ним заниматься и тебя не убьют.
— Верно. Это все, о чем ты хотел поговорить?
— Нет. Меня многое беспокоит и в частности вопрос финансов. Такими темпами, как ты тратишь деньги, они вскоре закончатся. И что потом?
— А сам как думаешь?
— Наверное, начнем охоту на богатых сектантов.
— Правильно. Ты, кстати, со мной?
Николаев кивнул:
— Да. После похода на Кромку я с тобой. Не хочется в грязь лезть, других людей убивать, пусть и сектантов–сатанистов, но придется.
— Ребят подключаем?
Он немного подумал и ответил:
— Костерина можно, а вот Ахметшина не стоит.
— Я тоже так думаю. Костерину терять нечего, парень резкий и если его правильно мотивировать, он пойдет с нами. А бывший омоновец обременен семьей, может наделать глупостей, и отправится к своим товарищам на доклад. Сейчас он на своем месте, бегает по кабинетам и бумаги оформляет, вот пусть этим и дальше занимается. А вообще нам люди нужны. Много чего нужно: выход на криминал, на подпольных оружейников и фармацевтов, больше техники и оружия. Однако главная ценность люди. Не бомжи какие, сам понимаешь, а вояки и техники. Кто-то должен здесь находиться, присматривать за складом, который станет перевалочной базой между Москвой и Гавриловым Посадом. Кто-то должен ремонтировать битую технику и оружие. Кто-то должен сбывать золото и камушки, полученные от продажи земных товаров. Кто-то должен сидеть в Гавриловом Посаде, а кому-то придется окопаться на Кромке. А есть еще конкуренты, контролирующие другие порталы, и за ними кто-то должен наблюдать.
— Понимаю, Олег, — Николаев поджал губы, почесал затылок и сказал: — Пока новых кандидатов нет. Я звал знакомых, но откликнулись только Костерин и Ахметшин. Завтра еще люди подойдут, двое или трое.
— Ничего. И так уже немало сделано.
За разговорами добрались на склад. Я посигналил и сторож, пожилой пенсионер, открыл ворота. Заехали внутрь и осмотрелись. Что сказать? Все в норме. Территория огорожена бетонными плитами и в центре большой ангар, хоть машины загоняй, хоть товары храни, хоть людей на временное проживание определяй. Начало положено. Я на Земле вторую неделю, а уже есть сотоварищи и какая-то база. Неплохо. Вот только, где взять людей? Где!? Где!? Где!?
— Блин! Хоть объявление в газету давай.
— Какое объявление? — Николаев посмотрел на меня, и в его взгляде было недоумение.
Оказывается, я сам не заметил, как озвучил свои мысли.
— Говорю, что можно дать объявление в газету о наборе людей. Бред, конечно. Не обращай внимания.
— Слушай, Олег, — он усмехнулся, — а ведь можно попробовать. Чем мы рискуем?
Я пожал плечами:
— Ничем.
— Тогда давай попытаемся. Дадим объявление в газету, пустим бегущую строку по местному телевидению и создадим группу в социальных сетях. Пусть люди сами приходят, а мы станем выбирать одиноких и крепких, кому нечего терять. А попутно ты станешь их сканировать.