Хокин
Шрифт:
Она хотела накричать на него, сделать больно так, как он сделал ей, но у не было ни слов, ни дыхания. От чего-нибудь сложнее, чем просто послать, она бы разрыдалась.
Лиллиана, спотыкаясь, пошла вперёд, перед глазами всё расплывалось из-за слёз.
— Подожди! Лиллиана, стой. — Азагот поймал её за руку и развернул к себе. — Прости.
Она выдернула руку из его хватки.
— К чёрту. Ты не можешь сначала признаться, что сожалеешь о моей любви, а потом заставить всё забыть простым извинением.
— Я не
— Игра слов. Не надо ерундить.
— Я тысячи лет ничего не чувствовал, и ни с кем не был в отношениях, а теперь вокруг столько детей, которых я хочу знать, но… — Он так яростно провёл рукой по волосам, что Лиллиана ожидала увидеть меж пальцев клоки волос. — Иногда меня переполняют эмоции, и я не знаю, что делать. Да, на несколько мгновений мне захотелось избавиться от боли и просто вдохнуть полной грудью. Но никогда не хотел обидеть тебя. Прошу помоги, — проговорил он, падая перед ней на колени. — Я не знаю, что делать.
Теперь Лиллиана смягчилась. Видеть своего огромного, сильнейшего супруга на коленях разрывало сердце на части.
— Ты сделал с ними то же, что со мной, — нежно ответила она. — Нашёл в сердце место детям.
— Но чувство вины…
Лиллиана, заливаясь слезами, упала на колени перед Азаготом.
— Что сделано, то сделано. И посмотри на прогресс. Сколько всего ты теперь делаешь для детей.
Он фыркнул.
— Ага, вон сколько сделал. Выгнал Хокина. Встретил Идесс и Мейса, как незнакомцев. Я хочу, чтобы и младшие дети были тут, и меня бесит, что Совет отказывает, и всё же, одновременно приносит облегчение. — Он осмотрел её лицо налитыми кровью глазами. — Почему?
Она положила руку ему на щеку.
— Потому что боишься потерять контроль.
В его глазах вновь полыхнуло пламя.
— Я ничего не боюсь.
— Ничего? — Она успокаивающе погладила линию его подбородка большим пальцем, давая возможность подумать, а не реагировать. — Не боишься потерять всё, что построил здесь? Детей? Меня? Думаю, твоя проблема как раз в обратном. Ты можешь столько потерять, что не можешь не бояться. Я знаю, каково это. — Она прикоснулась к его губам своими. — Вся загвоздка в том, чтобы откинуть страхи и просто… жить. Азагот, у тебя потрясающая жизнь. У нас потрясающая жизнь. И станет только лучше, когда мы пристроимся к ней. Придумаем способ, найти твоих детей и привести сюда.
— Я тебя не заслужил, — прохрипел он.
— Нет, не заслужил, — поддразнила она, — но тебе досталась именно я, так что придётся с этим разбираться.
И стоя там, в коридоре, Азагот притянул к себе Лиллиану, положил её голову себе на плечо и просто обнимал.
— Я люблю тебя, Лилли. Так сильно люблю.
— И я тебя люблю, — прошептала она, но иногда задумывалась, достаточно ли этого. Что-то подсказывало, что это не конец, и Лиллиана не знала, способна ли дать Азаготу то, что ему нужно.
Глава 15
Аврора
Она вынуждена была в ужасе наблюдать, как эти ублюдки вырвали удивительные крылья Хокина и бросили их на окровавленный пол, где те испарились.
Занятно, несмотря на то, что Аврора стояла неподвижно, слёзы текли по щекам. Как Хокин пережил эту агонию? И боль была не только физическая, но эмоциональная, ведь братья лишали его крыльев.
Она забрала все плохие слова, которые говорила про брата, потому что при необходимости он всегда был рядом. И она знала, что если сейчас ему позвонит, он примчит, несмотря ни на что.
Семья Хокина определённо неблагополучная, и у Авроры обливалось из-за этого сердце кровью.
— Аврора?
Скрипучий голос Хокина выдернул её из раздумий, и она отложила книгу, которую дала ей женщина по имени Джордан, чтобы скоротать время. Сама бы она не выбрала демонологию в качестве лёгкого чтива, но книга определённо занимала разум. Кто знал, что хищниками нравилось есть гранаты не меньше, чем людям?
Она подбежала к кровати, куда Джордан и два других Мемитима положили бессознательное тело Хокина, перед тем, как разрезать окровавленную рубашку с его тела и промыть раны.
— Сколько?.. — проскрежетал он и приподнялся на одном локте. — Сколько я в отключке?
— Полдня, — ответила она, садясь в кресло у изголовья. — Я немного поспала вон там. — Она указала на койку, которую ей принёс незнакомый Мемитим и поставил у стены. — А ещё приняла душ и поела блинчики. Ты голоден? Могу спуститься на кухню. Хоть на часах и два часа ночи, но мне сказали, что я могу взять всё, что захочу и когда.
Он почему-то улыбнулся, и веселье разгладило морщины боли на лице, которые были даже во время сна.
— Ты освоилась, да?
— Они облегчили задачу. Думаю, они напуганы… — Она не хотела этого говорить. — Тем, что с тобой случилось, и перегибают с доброжелательностью.
Джордан и другой Мемитим — Дрю — считали, что ей нужна компания и скормили ей столько историй о Мемитимах и Небесах. Аврора зачарованно слушала, и если бы не нуждалась во сне, с удовольствием разговаривала с ними всю ночь. Она потянулась к кувшину с водой на прикроватном столике.
— Пить хочешь?
— Да. — Он сел, поморщившись, и отказался пить из кувшина, предпочитая бутылку водки, которую оставила Джордан, вместе со сменной одеждой. В этих чёрных кожаных штанах Хокин будет выглядеть потрясающе.