Холод 2
Шрифт:
Я вонзил ему в горло саблю. Доспех моего противника тоже оказался не совсем обычным. Это была бригандина. На груди её блестел позолоченный круг с кристаллом в центре. Однако не похоже, что он использовался для освещения.
В это время поднялся недомороженный чешуйчатый. Он ринулся на меня с саблей, я парировал два его удара и рубанул по шее. Остальные лежали неподвижно. Ледяная оболочка исчезла, но времени в морозном плену хватило, чтобы противники задохнулись.
Долго разглядывать поверженных врагов я не стал. Оружие и всё ценное можно собрать потом, а сейчас надо было понять, что творится в селе. Я залез на лошадь и поскакал на холм, с которого
Схватка эта заставила меня понервничать, но сейчас я ощущал что-то вроде душевного подъёма от победы над противником. Во время боя адреналин бил ключом, и я внезапно понял, что мне это даже нравится. В прежней жизни ничего подобного я не ощущал: привык к мирному существованию, и в драки меня не тянуло. А теперь риск и сражения воспринимались совсем иначе. Впервые я почувствовал это во время драки в Ветряках, но тогда ещё не столь ярко. Подумалось, что это тоже влияние нового тела: какие-то рефлексы нервной системы, гормоны и прочее. Видимо, Даниил в прежние времена любил подраться. Не зря же он считал себя таким крутым фехтовальщиком. Или это сыворотка так действует? Что если она влияет на поведение и личность человека?
Остановившись на холме, я стал рассматривать избы вдали. Очень скоро заметил среди них движение, потом увидел, как со стороны Глебово скачет большая группа всадников. Значит, драконы уже заняли село. Их тут было слишком много, чтобы вступать с ними в драку, тем более в моём состоянии. К тому же встреча с ещё одним магом могла закончиться для меня плачевно. Пожалуй, стоило ехать обратно и свернуть на дорогу, ведущую в поместье, чтобы предупредить его обитателей о нашествии, если те, конечно, ещё не в курсе.
Так и сделал. Вернулся к перекрёстку и по санным следам, что вели через лес, двинулся к реке. Было жаль оставленные ружья и лошадь. Теперь они попадут в руки чешуйчатых. Самое ценное — кристаллы и банку с пеплом — я, разумеется, таскал с собой, но оружие, скакуна и сбрую тоже можно было продать. А теперь мои трофеи безвозвратно утеряны. Впрочем, сейчас имелись проблемы и посерьёзнее.
Вдруг я увидел человеческую фигуру. Заросли закрывали обзор, мешая заметить её раньше. Это был бородатый мужчина, одетый в порты и длинную рубаху. Он брёл между деревьями совсем близко к дороге. То, что передо мной — не человек, я сразу понял по его неестественно резким движениям.
Я пришпорил коня. Лес скоро заканчивался, дорога спускалась к реке, а потому я надеялся, что успею удрать, прежде чем существо обнаружит меня. Вот только было поздно. Оно меня заметило, и за спиной я услышал протяжный вой, а потом рычание: монстр ринулся следом.
Я соскочил с седла, выхватил саблю и вонзил её в живот существа, которое чуть не сбило меня с ног. Я еле устоял под его бешеным напором. Однако получив удар, тело быстро обмякло, и я, вытащив саблю, вскочил в седло и принялся со всей силы лупить коня каблуками. А в чаще уже раздавался вой. Захрустели ветви под ногами и лапами. Меня преследовали.
Дорога вышла из леса, конь сбежал вниз к реке, и мы оказались на покрытом снегом льду. Черныш поскакал резвее: снег был глубоким лишь около берега, где нанесло целый сугроб, а дальше шла ровная белая гладь.
Я направлял Черныша по санному следу, надеясь, что
Когда мы были на середине реки, я обернулся. Из леса выскочила огромная, величиной с дом, туша на четырёх коротких лапах. Я разглядел три оскаленные пасти, что торчали из серого бесформенного куска плоти. Понятия не имел, как эта тварь тут оказалась, зато ясно осознал, что дела плохи. Туша бежала очень быстро, быстрее моего Черныша, а я не был уверен, хватит ли у меня сил заморозить эту громаду.
Я принялся ещё сильнее погонять Черныша, и вскоре мы оказались на другом берегу, теперь предстояло подниматься в гору. Позади я услышал треск. Обернулся. Огромное существо барахталось в реке. Лёд не выдержал такой массы.
Следующий раз я оглянулся, когда мы с Чернышом преодолели подъём. Здоровая мора так и бултыхалась в полынье, а бежавшие за ней «собаки» либо тоже провалились, либо остановились на том берегу. Меня больше не преследовали, но я всё равно поспешил прочь.
Когда подъезжал к поместью, услышал выстрелы. Похоже, опоздал: кочевники уже напали на особняк. Вскоре я увидел берёзовую рощу, озеро и зелёную крышу летнего дома. Дом этот, как и основное жилище помещика, находился на берегу, но вдали от других построек. Именно сюда Василий Васильевич и поселил крестьян, успевших убежать из села в ту страшную ночь, когда в Высокое явился хворый.
Возле летнего дома царила суета. Там находились нескольких чешуйчатых. Двое — верхом, ещё трое вытаскивали на улицу людей. Пятеро. А могло оказаться и больше. И кто знает, нет ли среди них магов? Но это была единственная дорога в поместье, иного пути я не видел.
Я вытащил саблю и ринулся на врагов. Решил попробовать одолеть врукопашную, а чары применить только в самом крайнем случае. В преддверии очередной схватки я снова ощутил адреналиновый всплеск. Страх, волнение — всё куда-то ушло.
Пистолеты мои были заряжены, но я решил не тратить сейчас пули с порошком кристалла, которых и так уже оставалось немного, а поберечь для мор.
Драконы заметили меня слишком поздно. Двое конных выхватили сабли и ринулись навстречу. Остальные трое побежали к лошадям.
Первым на меня налетел полный малый с широкой змеиной физиономией. Я отбил его саблю и полоснул по лицу. От клинка второго увернулся, и со всей силы ударил остриём в шею. Всадник рухнул в снег. Толстый малый держался за лицо. Доспехов на нём не было, кроме стёганки и я вонзил саблю ему в живот. Со стороны дома загрохотали выстрелы: остальные трое уже сидели верхом и палили в меня из ружей и пистолетов. Пуля ударила в плечо, но вреда не причинила: ледяная защита по-прежнему действовала. Я погнал Черныша на врага. Черныш оказался не из трусливых. Не обращая внимания на выстрелы, он ломился вперёд, словно и сам желал растерзать противника.
Я вклинился между врагов и принялся рубить направо и налево. Одному попал по плечу. Второй замахнулся длинной изогнутой саблей, я отбил её и ударил в ответ. Клинок мой звякнул о полукруглый железный шлем противника. Я увернулся от сабли третьего. Колющий удар — и у чешуйчатого из горла брызнула кровь.
Фехтовальщик из меня оказался отменный. Моё новое тело имело хорошую реакцию и двигалось чётко и быстро. Одну только странность заметил: махать этой саблей было несколько некомфортно — словно я привык к какому-то другому оружию. Но им и не полагалось махать. Да и наверняка княжеский отпрыск чаще упражнялся со шпагой или палашом.