Холод
Шрифт:
– Отдай ребятам. А что у тебя в рюкзаке?
– Разные штуки.- Не стоит нервировать человека.
В дороге Константин пытался вовлечь меня в разговор, не получилось. Город мы уже проехали, вдоль дороги стояли сельские дома.
– В конце деревни съезд на проселочную дорогу.- Это Криста. Сказал Фирсову, тот кивнул. Трясло страшно, Фирсов сквозь зубы шипел, что нужно было брать внедорожник.
– Все, вас встречают.- В свете фар показались силуэты трех солдат.
Вышел из машины и подставил запястье. Сержант провел по нему плоской коробочкой с небольшим экраном. Посмотрел на него и попытался вскинуть руку в воинском
– Далеко идти?
– Около километра.- Точку выбирала Криста, не думаю, что кто-то смог бы сделать это лучше..
Посмотрел на Фирсова с командой. Те вытаскивали из багажника оружие. Автоматическая винтовка АКТ-10 - страшная штука, но не каждый с ней справится . Обычно ими вооружали специально отобранных гренадеров.
– Оружие знакомо?
– Сталкивались.- Жора был немногословен. Юра повесил винтовку на плечо и закурил сигарету. А вот Фирсов немного нервничал. Надеюсь, до стрельбы дело не дойдет.
– Криста, время.
– Одиннадцать сорок семь
Курить придется на ходу. Ведомые сержантом и двумя солдатами, пошли по полю, хорошо, что снега было немного. Показалась редкая цепь солдат.
– Оцепление видишь?
– Да.
– Восемьсот метров. Направление движения прежнее.- Все-таки Криста умница, не люблю я эти компасы.
Пошел легкий снег, это хорошо.Нас встречал полковник в армейской форме и еще один мужчина в гражданском.
– Прорываться пытались?
– Четыре раза, у нас без потерь,- полковник передернул плечами, - ну и страшилища.
– Дальше мы сами. Криста, время.
– Двенадцать ноль одна.
Точку Криста выбрала замечательно, кладбище было как на ладони, там время от времени мелькали тени. Нас пока не заметили. Хорошо.
– Стойте. Смотрите, чтоб никто не зашел в спину. Ближе тридцати метров ко мне не подходить.
Я прошел еще немного вперед, оглянулся. Нормально. Не очень нужны были мне сейчас Фирсов и Жора с Юрой, но пусть привыкают. Не та опасность, да и снег вокруг, я все контролирую. Снял рюкзак и опустил на землю, вздохнул полной грудью, закрыл глаза. Дар Мары, богини зимы и стужи. Снег, лежащий под ногами, снежинки , плывущие в воздухе ощущались как часть моей сути, я знал, что происходит вокруг, потому, что там везде был я. Вот оцепление солдат вокруг кладбища- я чувствовал присутствие каждого бойца. Они живые, они часть Яви. Но сейчас снег топтало то, чего не должно быть на земле, я с омерзением ощущал каждую тварь. Мара была в ярости, я это знал. Да, Мара богиня зимы, но она прежде всего богиня смерти. Все считают, что моя стихия- холод. Ошибка. Мой дар- смерть. Жива и Мара. Жизнь и смерть- они всегда рядом. Но мертвые не должны ходить по земле, их место в Нави.
– Криста, я начал.
Монстров, не стало, просто кое-где прибавилось снега.
– Криста, я закончил.
– Ждем полчаса.
Опустился на снег и начал набивать трубку. Кто-то из тварей еще может быть под землей, но это маловероятно.
– Холод, полчаса.
– Все чисто, Криста.
– Возвращайтесь.
Я взял рюкзак и пошел к ребятам. Взлетела осветительная ракета и стало видно, что лицо Фирсова цвета снега.
– Смерть, она была где-то рядом,- Прошептал он.
Не может быть, там не осталось монстров. Ощутил, что кто-то живой, но не человек, завис в воздухе над кладбищем и движется в нашу сторону. Дар в полную силу сейчас применить не могу- слишком
– В сторону оцепления, бегом!- Сам рванулся назад. По воздуху плыло что-то белое, больше не разглядеть. В ухе кричала Криста. Обернулся. Метров пятьдесят, достаточно, ребят не задену. В этот удар я вложил всю ненависть, что испытывал к твари, что осмелилась угрожать не только мне, но и людям, что были сейчас за спиной. Раздался истошный визг, который начал ввинчиваться в голову, разрывая ее на части.
Очнулся в больничной палате. Попытался резко встать и, чуть не закричав от боли, снова упал на кровать. Голова. В памяти всплыли кладбище, та белая тварь и ужасный визг. Воспоминания отозвались новой болью. Попробовал использовать на себе дар Живы. Кажется, стало легче. Странно. Я должен быть совершенно здоров. Еще два раза. Лучше не стало, хотя чувствую, дар со мной. Вытащил из вены иглу капельницы и аккуратно поднялся. На мне была какая-то размахайка на голое тело, а на шее гордо болталась железка Длани Императора. Где?
Рядом с кроватью стояла тумбочка. Там не было. Медленно и осторожно начал перемещаться к двери, приоткрыл. На стуле дремал Жора. Я только начал открывать рот, а он уже стоял рядом, протягивая кисет, две трубки, тройник и коробок спичек.
– Госпожа Кристина велела передать, как очнешься.
– Бери свой стул и заходи.
– Стал передвигаться назад к кровати.
– Мне приказали обязательно позвонить, когда придешь в себя.- Жора достал телефон и остался в коридоре.
Приказали, так приказали. Начал торопливо набивать трубку и сделал глубокую затяжку. Ожило ухо.
– Миша, как ты.- Судя по голосу, девушка сильно волновалась.
– Все хорошо, Криста.
– Врешь, Жора рассказал, как ты ходишь. Дар использовал?
– Не помогает. Где рюкзак?
– У нас дома, в сейфе, где ему и место, привез Фирсов. Знаешь, он чуть не закатил истерику, когда узнал, что в нем.
– Впечатлительный.- Я выпустил струю густого дыма.
– Миша, ты три дня был без сознания.
Тут уж я впечатлился, стиснув зубами мундштук.- Не может быть. Та тварь так крепко меня приложила?
– Да, очень крепко. Врачи не смогли точно определить, что с тобой. Сказали, что вероятнее всего, это сильнейший ментальный удар. Причем направлен он был именно на тебя. Фирсов и ребята не пострадали. Умники из Императорской Академии до сих пор ползают на коленках по кладбищу. Точно ничего сказать не могут, но судя по остаточному фону, это был кто-то очень серьезный. И знаешь, ты не до конца его уничтожил, кости остались.
Я вскочил, но резкая боль снова заставила схватиться за голову.
– Криста, это я его убил, трофеи по законам Империи должны принадлежать мне. Эти кости я никому не могу отдать, они мне очень нужны, это мое…
– Не знала, что ты такой жадный,- девушка весело смеялась в моем ухе,- но что-то подобное предполагала, помню о твоих танцах с бубнами. Кости сейчас у ученых, изучают. Выдали расписку с перечнем полученных ценностей. Есть еще одна бумага, заверенная самим государем, удостоверяющая,что этот трофей по праву принадлежит графу Михаилу Морозову. Академия обязана вернуть его по твоему первому требованию, я с ними уже говорила Поначалу пытались что-то возражать, но я напомнила о разъяренном колдуне с даром Мары, стали просить, чтобы им оставили хоть что-то для исследований. Дальше сам с ними разбирайся.