Холод
Шрифт:
– Садись- Я сел.
– Дай-ка свою трубочку.- Отдал. Великий достал маленький кисет и начал ее набивать.- На, раскури.
Взял, понюхал. Не табак.
– Что это, я дурью не балуюсь.
– Спецсмесь. Кури, говорю, для дела нужно.
Я закурил. Вкус был не то, чтобы неприятный, но какой-то сладковатый. Сделал несколько глубоких затяжек, глаза стали закрываться, почувствовал, что засыпаю. Проснулся сидящим на большом лугу. Ярко светило солнышко, над разноцветными цветками кружились большие бабочки. Неподалеку стояли Великий, красивая молодая женщина и девочка моих лет. Попытался встать- не могу. Попробовал позвать на помощь- не смог открыть рот. Троица подошла ближе.
– Говорю вам, берите и не сумлевайтесь, лучше никого нет.- Убеждал дед.
Женщина недоверчиво меня осмотрела.- Что-то вид у него не очень умный.
– Зато какой экстерьер! А мы с ним двух сопровождающих отправим, они, если что, поправят, Моревна, как от сердца отрывала. Я вам говорю, берите.
–
Девочка подошла ближе.- Тетя, от него табачищем разит.
– Он что, в таком возрасте курит?
Дед замялся.- Ну, это для здоровья. Зато птичек умеет показывать.
Девочка заинтересовалась- Каких птичек?
– О, кажется, он нас слышит.- Великий ткнул в мою сторону пальцем и я снова заснул.
Проснулся утром на медвежьей шкуре, рядом лежала трубка. И что это было? Очень странный сон, хотелось задать Хозяину Тайги пару вопросов. Я пил чай с вареньем, когда вбежал Елистрат.
– Беда, Михаил, телефонограмма от Императора.
Взял у него листок бумаги, прочитал: ,, Проход чужих в районе Албазина. Вертолет в 9-00.”
– Сколько сейчас?
– Восемь тридцать, Что-то нужно?
– Нет, Елистрат. В девять буду на взлетной площадке. Достал большую сумку, открыл. Одел легкий камуфляж, высокие армейские ботинки. После некоторых сомнений опоясался ремнем с кобурой и охотничьим ножом в ножнах. Пистолет выбрал тот самый, первый. В карманы - запасная обойма, складной нож, пара трубок, небольшой кисет, спички и, на всякий случай- телефон. Достал свой рюкзак для заданий. В свободное отделение бросил шесть банок консервов, флягу с водой, несколько пачек галет, блок спичек и два больших кисета с табаком- все, что у меня сейчас было. На шее, под камуфляжем- костяной нож. Долго искал часы. Нацепил на руку. Готов. Военный вертолет уже ждал меня, транспортно-боевой. Подошел Елистрат, пожал руку и хлопнул по плечу. Я уже занес ногу над трапом, когда мимо меня пролетели две тени. Внутри кто-то громко выругался. Поспешил подняться. Кошки смирно сидели на полу и смотрели на шестерых бойцов, которые держали их под прицелом автоматов.
– Твои?- Спросил молодой лейтенант.
– Мои, отставить, не тронут.- И я начал уговаривать рысей выйти. Через пять минут солдаты ржали. Выругался, у меня для порядка проверили чип и вертолет поднялся в небо. Сели на поле рядом с лесом.
– Порядка шести километров прямо по полю, мимо не пройти, Они там настоящий лагерь разбили.- Лейтенант с солдатами стояли рядом и, похоже, собирались пойти вместе со мной.
– Иду один. Связь?
– А справишься?
– Справлюсь.
– Получил рацию и пошел в указанном направлении. Из-за спины выскочили рыси и исчезли где-то впереди. Только бы без ритуала. Вскоре услышал хлопки выстрелов, похоже, били из пушек. Шел около часа. Мог бы и не идти, живых врагов не осталось. И не живых тоже. Похоже, что здесь был большой палаточный лагерь. Куски брезента, веревки, перевернутые убогие кровати с сеткой, рваные ватные матрасы и белые остатки постельного белья. На боку лежали пять полевых кухонь, чуть в стороне виднелись десятка два искореженных броневиков. А еще везде валялись окровавленные куски мяса и человеческие внутренности с прилипшими лоскутами одежды. И никаких вражеских колдунов. Пахло кровью и дерьмом. В пяти сотнях метрах впереди виднелась арка перехода. Действительно, марево- воздух был непрозрачен и переливался. Кошек видно не было. Стараясь во что-нибудь не вляпаться, пошел в направлении раздающихся женских криков. Натуральный загон. В нем, связанные по рукам и ногам веревками люди, очень много людей, наверно, несколько сотен. Женщины плакали и орали, испуганно смотрели дети, да и мужчины выглядели как-то очень бледно. Выбрал самого бодрого и складным ножом разрезал веревки.
– Как зовут?
– Иван.
– Держи, Иван, освобождай остальных.- Сунул ему нож. Самому не терпелось посмотреть на броневики, смешные они какие-то были.
– А кошки ваши?- Мужик смотрел мне за спину.
Обернулся. Все-таки принесли и, похоже выбрали самые большие. Взяв доказательства доблести за волосы, торжественно произнес слова благодарности и пошел смотреть броневички. Мужик сзади издал непонятный звук.
Сверху, в почти квадратной башенке маленькая пушка, внизу торчал непонятно толстый ствол пулемета. Бронеплиты с грубой, неровной поверхность держатся на заклепках. Покосился на кошек. Что-то с ними не так. Не может рысь, даже воин, так броню рвать и колдунов между делом в куски мяса превращать. Снова посмотрел на броневик. Четыре нелепых колеса, а сзади гордо торчит вертикальная большая труба. Это, что, паровик? Как они с этим нас завоевывать собрались? Решил еще немного побродить. Нашел белую каменную плиту три на три, похоже, это и есть их алтарь. Силы в нем не почувствовал, но на всякий случай отошел в сторону, поставил щит и превратил в снег. Не рвануло. Попытался разглядеть их оружие. Винтовки, выглядят довольно убого. Пистолеты, если и были, на глаза в этом бедламе не попадались. Какие-то непонятные захватчики попались, похоже, только на свой алтарь рассчитывали. Ритуалистика, если
– Ну, здравствуйте. Я добрый бог, имя- Холод. Как тут у вас с крепким табачком?
Часть вторая, страшная и не очень добрая. Глава 9.
Ну, здравствуй, новый мир. Огляделся. Степь с пожухлой травой, ветер гонит по небу низкие облака. Вокруг остатки небольшого лагеря, уже знакомые мне броневики, несколько монструозного вида грузовиков, все порядком покореженные, и ни одной живой души. Тоже самое, что и по другую сторону марева. Да, очень странные рыси.
– Тетя, он псих, у него человеческие головы в руках!- Девичий крик, ударил по мозгам, заставив споткнуться. Помянул недобрым словом Великого с его спецсмесью, надеюсь, где-то далеко большой филин сейчас икнул. С облегчением бросил головы на землю и достал трубку. Кошек рядом не было, со стороны едва различимых отсюда невысоких строений, доносились звуки боя и там пользовались силой. Нифига это не рыси, и они явно справляются без меня. Стало интересно, как же аборигены создали проход в наш мир. Осмотрелся внимательней. Плита, белая алтарная плита с нанесенной чем-то темным пентаграммой. Ближе десяти метров подойти мешал отвратительный запах падали, и это несмотря на то, что не обращался к умению эмпата. Ничего не понимаю в пентаграммах, но сомнительно, чтобы пятиугольника на алтаре было достаточно для создания прохода между мирами. И все-таки я нашел. Похоже, здесь стояла палатка, под куском брезента обнаружился большой, покрытый блестящим лаком, деревянный ящик. Пахло от него, также, как от белой плиты, но гораздо слабее. На верхней крышке несколько ручек и тумблеров. Стало интересно, что внутри, достал охотничий нож и попробовал, вставив его в едва заметную щель, открыть. Сначала ничего не выходило, надавил сильнее, лезвие проскочило внутрь и там что-то хрустнуло. Поднял крышку. Сложная конструкция из белого металла с завитушками, спиральками, пластинами, много разноцветных кристаллов и никакой электроники. Эта штука явно понравилась бы исследователям из нашей Академии. Начал прикидывать, смогу ли дотащить ящик до прохода, идти всего метров десять, но уж очень он большой и тяжелой. Марево исчезло. Стало как-то тревожно. Попытался убедить себя, что все в порядке. Верилось с трудом. Надеюсь, такой ящик в этом мире не единственный. Пошел к алтарю, очень он мне не нравился. Решил, что нужно копать, ничего более подходящего, чем помятая солдатская каска найти не смог. Собравшись с духом, подошел к вонючей плите и, стараясь ее не касаться, начал понемногу углубляться в рыхлый грунт. Алтарь отличался от того, что я развеял в нашем мире- он оказался гораздо толще и был вкопан в землю.
– Какой хороший мальчик, сам все сломал.- Раздался из-за спины низкий женский голос. Рядом стояли две огромные лохматые собаки. Чем-то подозрительно знакомые.
– Холод, то что проход закрыл, это ты молодец, нам меньше работы. Уходить надо, времени мало. Марфа, я их агрегат до конца аннулирую.- Хриплый голос второй псины говорил о том, что это самец. Он подошел к загадочному ящику и мощным ударом лапы разнес вместе с хрупким содержимым.
Было жутковато находиться рядом с этими созданиями. Любопытство все-таки взяло верх.
– А разве вам можно находиться в мире людей?
– Почему нет? Мы же, вроде как, не мертвые. Уходить нужно, опасно здесь.- Снова начала торопить меня Марфа.
– Алтарь хочу уничтожить, очень много в нем зла.
– Емельян, помоги мальчику, я пока посторожу. У нас минут пять, не больше.
Из под лап полетела земля, копал пес, как небольшой земснаряд. Достаточно углубившись, он уступил место мне. В выемке подготовил все для закладки, достал из рюкзака металлический цилиндр, открутил крышку. Магограната опасна для человека без дара, не способного закрыть себя простейшим щитом в радиусе около километра. Как близко к эпицентру взрыва без риска для жизни могу находиться я в своем коконе из инея, не проверял, да и желания такого никогда не возникало. Мина, это скорее, а не граната. Зря после задания на кладбище Фирсов так нервничал, граната очень опасна только после запуска таймера. Решил выставить тридцать минут. Бережно и нежно поместил цилиндр в узкую щель между слоем грунта и нижней поверхностью плиты, осторожно заполнил выемку землей, закапывать яму снова помогал пес. Для маскировки он притащил почти целое человеческое туловище без конечностей, я добавил несколько окровавленных кусков ткани. Марфа все это время тревожно озиралась по сторонам.