Холодок
Шрифт:
– Слушай, раз мы водоплавающие, похоже, что-то вроде русалок, так может, нам попробовать в море пищу поискать?
– А давай! – радостно заявил Антоха и с разбегу плюхнулся в море. Я последовал за ним… и вот тут-то моё новоявленное тело выдало новый сюрприз. На голенях откуда-то развернулись серебристые плавники, а пальцы ног странно удлинились, образовав что-то вроде ласт. На пальцах же рук выскочили недлинные, но острые серебристые когти. Ого… по интересному пути пошла здешняя эволюция.
Между тем тело явно хорошо знало, что ему надо. Оно радостно изогнулось, набрав под водой… ага, я уже под водой… прямо-таки немыслимую скорость и рвануло к стайке довольно крупных серебристо-синих рыбок. Рыбёшки прыснули врассыпную, но не тут-то было. Один взмах рукой,
Тело само ответило на мой вопрос, развернувшись к островку. Так, значит, под водой мы всё-таки не питаемся… Логично. У меня же, кроме жабр, ещё и лёгкие есть, а им лишняя вода совсем ни к чему.
Я покосился на Антоху. Тот тоже сжимал в руках рыбью тушку, разделанную так же безупречно, как моя. Ну, вот, значит, нужно выйти на сушу и пообедать.
Самое интересное, что как только мы вернулись на островок, плавники и «ласты» тут же исчезли, словно внутрь втянулись. Нет, определённо, здешняя эволюция была весьма затейливой и странной. Когти, кстати, втягиваться не спешили – ну, да, столовых приборов у нас нету, а кусочки отрезать как-то надо.
Выбравшись на берег, мы с удивлением воззрились на сырую, хоть и разделанную рыбу, которую сжимали в руках.
– А мы сможем… сырую? – с некоторым недоумением пробормотал Антошка.
– Ну, японцы же как-то едят, - отозвался я. – А мы, то есть, такие, как мы, в этом мире наверняка только сырой и питаются – не будешь же в море костёр жечь.
Антоха с сомнением отрезал кусочек от рыбьей тушки и положил в рот. Прожевал и отрезал ещё один, пробормотав:
– Ефь, это ффкуффно…
Рискнул и я. Надо сказать, на рыбу нашего мира это было не особенно похоже. Больше всего по вкусу наша добыча напоминала отварную чуть-чуть подсоленную курицу. В общем, была вполне съедобной. Так что мы умяли всё и растянулись на песочке. Когти же смирненько втянулись, едва мы закончили трапезу.
– И что теперь? – поинтересовался Антошка. Вот же неугомонный. Ладно, попробуем проанализировать ситуацию.
– Думаю, - высказался я, - что мы действительно попали в другой мир.
– А почему? Почему мы не умерли? – удивился Антоха.
– А вот ты что последнее помнишь? Перед тем, как здесь очнулся? – спросил я.
– Ну… - протянул Антоха, - я задремал, потом удар страшный, грохот, треск… А потом я словно в пустоте повис. И ещё я успел услышать, как ты думал: «Не хочу умирать…», и я к тебе так потянулся… и кричал мысленно, что тоже умирать не хочу. А потом меня словно вытолкнуло что-то. Открыл глаза – лежу на песочке, рядом какое-то чудище синее… Только потом сообразил, что это ты – у тебя лицо почти не изменилось, только голубое стало. Я и стал тебя тормошить, а ты всё никак не очнёшься. А потом… очнулся.
– Понятно, - отозвался я. – Знаешь, думаю, мы с тобой так умирать не хотели, что наше желание стало материальным, и нас зашвырнуло чёрт знает куда. Значит, так. Для начала, я считаю, нам стоит на этом островке немного покантоваться…
– Зачем? – удивился Антошка.
– Думаю, нам нужно привыкнуть к собственным телам и узнать про их возможности. Поизучать местную морскую фауну. Проверить окрестности, так сказать. Мы об этом мире ничего не знаем – может, на таких, как мы, здесь охотятся. А может, удастся встретить соплеменников и начать жизнь заново.
– Ты серьёзно? – спросил Антошка.
– Ну, да, - ответил я, - смотри – мы теперь здоровы, за себя постоять можем, с мозгами у нас тоже всё в порядке. Будем жить, если у нас появился второй шанс. Ведь не просто же так мы его получили?
Антоха помолчал, переваривая мои слова. За время нашей трапезы солнышки успели ускользнуть за горизонт, сменившись стайкой некрупных, словно теннисные мячики, лун, окружённых россыпью ярких, совершенно незнакомых звёзд. Ночь была тёплой, море нашёптывало что-то
– Утро вечера мудренее… - после чего ткнулся мне в плечо и спокойно засопел – так, словно засыпать на теплом, нагретом за день песке под абсолютно чужими созвездиями было для него не в диковинку. Некоторое время я вслушивался в шум моря, а потом и сам задремал.
Ах, какими же мы были тогда наивными – словно котята, выброшенные из родного дома на улицу чьей-то безжалостной рукой.
========== Глава 2. В море ==========
Я проснулся, когда небо начало светлеть, а там, где оно сходилось с морем, заиграли совершенно потрясающие переливы красок. Это было неописуемо, но я вдруг почувствовал, как меня начинает накрывать запоздалое осознание того факта, что мы с Антошкой совершенно одни в абсолютно чужом нам мире. Что в своём мы умерли, и это навсегда. Вчера я даже не успел понять и осознать этого – ведь тот факт, что я жив и здоров, хоть и выгляжу, мягко говоря, странновато, перекрыл всё. А сейчас… честно говоря, меня потянуло забраться на ближайший камушек и поистерить со вкусом по этому поводу, но… Песок продолжал сохранять тепло, рядом ласково ворочалось и плескалось море, Антоха продолжал сопеть мне в шею, и я кое-как справился с этим, в общем-то, логичным, но сейчас на фиг не нужным желанием, и решил поразмышлять.
Мысли мои вернулись к моменту катастрофы, и я задумался. Конечно, можно было списать всё это на несчастную случайность, но уж больно вовремя эта случайность произошла. Вовремя для некоторых. Артур Владимирович – так звали адвоката, хороший, кстати, был мужик и отца знал, жалко, если погиб – так вот, Артур Владимирович говорил, что с наступлением совершеннолетия я имел полное право забрать свою долю из отцовской фирмы, и суд встал бы на мою сторону без писка – ведь я единственный наследник первой очереди, каковыми являются родители и дети. А вот мама – мама хоть и тоже наследник первой очереди, но всю фирму и прочее полностью она могла унаследовать только в случае моей смерти, что, собственно говоря, и произошло. А теперь у меня есть очень плохой выбор – либо мама пожаловалась Валику на моё своеволие, и он решил действовать самостоятельно, наняв какого-нибудь отморозка, чтобы устранить разом и меня, и адвоката, либо… но это уж совсем запредельно… но я уже не маленький доверчивый мальчик, так что учтём и эту возможность… Либо они с Валиком действовали совместно. Мама… Но как она могла так со мной… Нет, это не так, так и до того додуматься можно, что авария, в которую мы с отцом попали, тоже была подстроена, а у мамы совсем не просто так разыгралась мигрень… Но это предполагает, что они с Валиком были знакомы ещё до катастрофы… Нет, я тут чёрт знает чего себе сейчас напридумываю – проверить-то возможности нет. Если бы мне этот расклад пришёл в голову раньше, я бы попросил Артура Владимировича нанять частного детектива, чтобы либо подтвердить, либо опровергнуть мои домыслы. Лучше бы опровергнуть, честное слово… Только вот сейчас… Сейчас я уж точно никак не смогу повлиять на события в моём мире. А жаль. Я бы вернулся – даже не для того, чтобы отомстить – хотя и это тоже. Валику бы я отомстил по полной программе – он мне должен. Должен очень многое, начиная с ни в чём не повинных Багиры и Джека. А если он причастен к смерти отца, то его долг становится вообще неподъемным. Однако, кто сказал, что ничего нельзя сделать? Я не знаю ничего об этом мире – значит, нужно узнать о нём побольше. Вдруг тут есть какие-нибудь технологии перемещения в другие миры. Или там магия какая-нибудь? Но для того, чтобы со мной захотели общаться люди, владеющие такими знаниями – я и сам должен из себя что-то представлять. Вряд ли кто-то захочет помогать типу, у которого даже штанов не имеется. Значит… значит, нужно стать кем-то. А пока я никто и звать меня никак. А посему стоит запихнуть все подобные мысли в какой-нибудь дальний уголок сознания и приступить к делу. Кто владеет информацией – тот владеет миром, а у меня пока этой информации с гулькин нос…