Хомо, деус, андро
Шрифт:
– Негусто, – хмыкнул Рэйдан. – Больше следов не обнаружено?
– Нет. Они подбили два выпущенных дрона, поэтому я решила не рисковать.
– Правильно.
Яркие огоньки в ночном небе планеты дали Рэйдану надежду, и он почувствовал воодушевление. Ему не хотелось терять драгоценное время на полное восстановление. Он посчитал это непозволительной роскошью, сполз с кушетки и начал качать пресс, резко выдыхая при каждом скручивании.
Необходимо было как можно скорее выяснить, насколько планета пригодна для деусов и действительно ли там обитают хомо.
– Не
– Чем скорее я приду в форму, тем быстрее смогу отправиться на разведку.
Рэйдан сделал последнее скручивание и растянулся на полу, снова тренируя фокусировку зрения.
– Готовь шаттл, Кара.
* * *
Всю следующую неделю Рэйдан буквально истязал своё новенькое тело: бегал, отжимался, молотил кулаками грушу до кровавых мозолей. Удивительно, но тело не отвечало ему обратной жестокостью. Напротив, с каждым днём он чувствовал себя крепче, сильнее, увереннее. Вечерами, уставший и довольный, Рэйдан мечтал окунуться в прохладные озёра родного Деуса. Однако вскоре ему предстояло нырнуть в неизведанную глубину чужой планеты.
Он отправил в Улей послание, что готовится к высадке, но в ответ не получил никаких новостей. От Ханны – единственной, с кем подружился в исследовательской академии – тоже ничего. Скорее всего, её корабль с бестелесным сознанием всё ещё бороздил просторы Вселенной в поисках подходящей для жизни экзопланеты.
Пока он усердно готовился к спуску, Кара запустила ещё один дрон, который сразу же исчез, успев передать единственную картинку: огромный город устремлял к звёздам шпили стеклянных небоскрёбов, сверкая тысячами разноцветных огоньков.
– Рекомендую запросить подкрепление. Стремительное исчезновение дронов-разведчиков не предвещает ничего хорошего, – Кара всегда сомневалась в правильности его решений.
– Ты хочешь, чтобы я дрейфовал здесь, медленно умирая от скуки? – ответил ей Рэйдан, спешно собирая сумку. – Разберусь на месте.
Когда шаттл был полностью укомплектован необходимой провизией и боеприпасами, довольный Рэйдан пристегнулся в кресле и начал щёлкать тумблерами.
– Я настоятельно рекомендую производить высадку вдали от крупных городов. Незачем привлекать слишком много внимания. Неизвестно, насколько дружелюбна эта цивилизация, а когда ты покинешь шаттл, мы не сможем поддерживать связь.
– Кара, – Рэйдан даже улыбнулся, – может, ещё и алфавит мне расскажешь? Чужаков никто не любит. Знаю.
– Просто – будь осторожен.
Отстыковка прошла гладко, шаттл медленно соскользнул с полозьев. Несколько минут Рэйдан любовался безграничностью космоса и чудесной тёмно-синей планетой, которая занимала весь горизонт. Он проложил маршрут, ещё раз проверил все системы и дёрнул рычаг на себя.
Резкий толчок расплющил его в кресле, но спустя минуту давление нормализовалось, и шаттл начал стремительное приближение к Земле. На орбите остался дрейфовать невидимый для спутников корабль, с надписью на левом борту: «Космическая разведывательная академия имени Кристиана
– Как низко мы опустились, Кара?
– На сто шестьдесят километров ближе к планете, но воздух ещё слишком разреженный, чтобы оказывать заметное давление.
Рэйдан посмотрел сквозь лобовой иллюминатор. Свечение вокруг поменяло цвет с оранжевого на красный, а потом и вовсе раскалилось добела. Вихрь воздуха струился как гимнастическая лента и окутывал шаттл. Судно выполнило несколько разворотов по крену, выписывая гигантскую растянутую букву «S».
Чем глубже челнок погружался в атмосферу, тем больше Рэйдан чувствовал перегрузки:
– Как думаешь, если произойдёт разгерметизация, моя кровь вскипит в венах?
– Не сомневаюсь, – ответила Кара.
Даже в такой критической ситуации Рэйдан старался шутить. Он думал, что готов к любым испытаниям, но реакция тела говорила об обратном. Казалось, на плечи навалился огромный кит и вдавил его в кресло. Поле зрения сузилось так, будто он смотрел сквозь соломинку. Почти теряя сознание, он тихо позвал:
– Кара, я вижу туннель.
– Туннельное зрение – первый признак. Участок мозга, отвечающий за зрительные ощущения, не получает с кровью достаточного количества кислорода. Активирую антиперегрузочный режим на твоём костюме.
Рэйдан ощутил сильное давление, будто кто-то затянул широкий пояс на талии и вдавил живот до позвоночника.
– Сработало, – прохрипел он, – зрение восстановилось. Но теперь мой пупок упирается в хребет.
– Если бы капитан принимал солевые таблетки и следил за питьевым режимом, такого бы не случилось.
– Учту на будущее, – ответил он и тут же забыл про рекомендации.
– Рэйдан, – голос Кары звучал испуганным, – ты снова хочешь принять управление на себя?
– Я не доверю посадку автопилоту, – он сосредоточенно переключал тумблеры, а потом крепко ухватился за штурвал.
Скорость шаттла стала меньше скорости звука, и ударная волна, которая раньше шла следом, убежала вперёд. Гудящая вибрация сотрясала корабль, и Рэйдан пожалел, что не может как раньше снизить слух до минимального восприятия. На высоте тридцать километров двигатели перестали регулировать движение шаттла, и Рэйдан принял управление у автопилота.
Он заложил широкий и быстрый левый разворот, чтобы выйти на последнюю прямую. Использовать автостраду в качестве посадочной полосы было рискованно, но не менее опасно было садиться на рыжий грунт, расстилавшийся внизу. Он выбрал второе и решил приземлить челнок на дне пересохшего озера.
– Не советую спешить, – сказала Кара.
– Впереди авария? – Рэйдан улыбнулся собственной шутке, но смешного было мало.
– Нет. У нас проблема с тормозным импульсом.
– Что? И ты молчишь? – Рэйдан настойчиво стучал по неработающей кнопке.
– Задан максимальный уровень, но его не хватает…
– Пристегнись! Посадка будет жёсткой.
– Ха-ха-ха, очень смешно, Рэйдан.
Динамики дребезжали, и смех Кары казался ужасным скрежетом.
– Напоминаю: если ты сейчас разобьёшься, это будет твоя последняя смерть.