Шрифт:
ПРОЛОГ
Сидя однажды осенним вечером в кабинете перед небольшим огнем, горевшим в камине и отнимавшим холодок у комнаты, наполненной запахом надвигающейся зимы, я услышал внизу, в холле, шаги.
Я – человек не нервный, но воображение у меня может разыграться, и когда я покинул кожаное кресло и открыл дверь, то думал о привидениях и взломщиках. В холле было тихо, и свет не горел, но я увидел поднимающуюся ко мне по лестнице темную фигуру.
Было что-то в размерах этого человека, что-то в издаваемом им при ходьбе звоне такое, что я сразу узнал. Когда он приблизился, по
– Майкл Кэйн? – это едва ли было вопросом.
– Он самый, – ответил глухой, вибрирующий голос моего гостя.
Он поднялся до верха лестницы, и я почувствовал свою руку сомкнутой в его твердом, мужественном рукопожатии. И увидел ответную улыбку великана.
– Как там Марс? – спросил я, проводя его в кабинет.
– Немного изменился с тех пор, как мы разговаривали в последний раз, – сообщил он.
– Вы должны рассказать мне, – с нетерпением сказал я. – Что будете пить?
– Спасибо, ничего спиртного. Я уже отвык от него.
– Как насчет кофе?
– Это единственное, чего мне недоставало на Марсе.
– Подожди здесь, – сказал я ему. – Я сегодня дома один. Сейчас схожу и приготовлю.
Я покинул его, упавшего в кресло перед камином и совершенно расслабившего свое великолепное бронзовое тело. Он выглядел странным и неуместным в своей марсианской экипировке из перекрещенных ремней, унизанной незнакомыми драгоценными камнями, при огромном мече с изукрашенной чашкой гарды и рукоятью, острие которого покоилось на полу.
Его алмазно-голубые глаза казались намного более огромными и намного менее напряженными, чем когда я видел его в последний раз. Его манера заставила и меня тоже расслабиться, несмотря на волнение от новой встречи с другом.
На кухне я приготовил кофе, вспоминая все, что он рассказывал мне о своих прошлых приключениях – о Шизале, принцессе Варналя, и о Хул Хаджи, ныне правителе Мендишара – жене и ближайшем друге Майкла Кэйна. Я вспомнил, как его первое путешествие на Марс – древний Марс, нашего далекого прошлого – произошло случайно из-за неверной работы передатчика материи, результата лазерных исследований, проводившихся им в Чикаго; как он встретил Шизалу и сражался за нее против страшных синих гигантов и их предводительницы Хоргулы, женщиной его собственной расы, имевшей тайную власть над людьми. Я вспомнил, как он искал моей помощи, и как я оказал ее – построив передатчик материи у себя в подвале. Он вернулся на Марс и встретился со многими опасностями, открыв затерянный подземный город Якша, помогал победить революции и сражался со странными паукообразными созданиями прежде, чем он снова нашел Шизалу и женился на ней.
Воспользовавшись забытыми научными приборами якша – расы, ныне предположительно вымершей – он построил машину, способную снова швырнуть его через Время и Пространство, к передатчику у меня в подвале.
Очевидно он, как и обещал мне в прошлый раз прежде, чем отбыть, вернулся рассказать мне о своих последних приключениях.
Я возвратился с кофе и поставил его перед ним.
Он налил себе чашку, попробовал его сперва чуть подозрительно, а затем добавил молока и сахара. Он сделал первый глоток и усмехнулся.
– Единственное, к чему я не потерял вкуса, – заметил он.
– А единственное, к чему не потерял вкуса я, – ответил
– Вы уже опубликовали первые два приключения? – спросил он.
В то время этого не произошло, так что я покачал головой.
– Кто-то да поверит мне в достаточной степени, чтобы опубликовать их, – сказал я ему. – люди считают, что я написал их по какой-то причине цинично – но мы-то знаем, что это не так, что вы – вполне реальны, что ваши подвиги действительно имели место. Это поймут в один прекрасный день, когда правительства будут готовы обнародовать информацию, подтверждающую то, что вы мне рассказали. Тогда все поймут, что я не лжец и не чокнутый или, что еще хуже – коммерческий писатель, пытающийся написать научно-фантастический роман.
– Надеюсь, что так, – серьезно отозвался он. – Потому что было бы очень жаль, если люди оказались бы не в состоянии прочесть историю о пережитом мною на Марсе.
Когда он прикончил первую чашку кофе и протянул руку налить себе еще, я настроил магнитофон так, чтобы он записывал каждое его слово, а потом снова расположился в своем кресле.
– Ваша чудесная память работает как обычно, в полную силу? – спросил я.
– Думаю, что да, – улыбнулся он.
– И вы собираетесь рассказать мне о своих недавних приключениях на Марсе.
– Если вы желаете о них услышать.
– Желаю. Как поживает Шизала, ваша жена? Как там Хул Хаджи, ваш друг, синий гигант? И Хоргула? Есть какие-нибудь новости о ней?
– О Хоргуле – никаких, – ответил он. – И благодарю судьбу за это!
– Тогда что же? Наверняка ведь на Марсе, время было не настолько бедно событиями?
– Разумеется, оно щедро на них. Я только-только пришел в себя от того, что случилось. Рассказ обо всем этом, поможет мне посмотреть на происшедшее объективно. Но с чего же мне начать?
– В последний раз я слышал от вас, что вы с Шизалой жили счастливо в Варнале, что вы проектировали воздушные корабли для увеличения воздушной армии Варналя, и что вы совершили несколько экспедиций в подземный город якша для изучения их машин.
– Совершенно верно, – задумчиво кивнул он. – Ну, я могу начать с нашей шестой экспедиции в город якша. Вот тогда-то все и началось. Вы готовы?
– Готов, – ответил я.
И Кэйн начал свой рассказ.
Э.П.Б. Честер-сквер, Лондон, С.В.I.Август 1969 г.
1. ВОЗДУШНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
Я поцеловал на прощанье Шизалу, не представляя себе, что не увижу ее вновь много марсианских месяцев, и подцепил лесенку, ведущую в гондолу моего воздушного корабля, построенного по чертежам, выполненным мною.
Шизала выглядела красивее, чем когда-либо, являясь несомненно, самым прекрасным человеческим существом на Марсе.
Вокруг нас поднимались в свете раннего утреннего солнца стройные башни Варналя, города, где я был теперь брадинаком, или принцем. Стоял запах душистого тумана – зеленого тумана, поднимавшегося с озера в центре Варналя тонкими зелеными струйками, смешивающимися с разноцветными вымпелами, развевавшимися на венчающих башни мачтах. Большинство зданий – высокие и белые, хотя и много из прекрасного голубого мрамора, а другие были с прожилками золота. Это изящный, красивый город – наверное, прекраснейший на Марсе.