Шрифт:
С.С.
Пишу я тут с такою целью,
Чтоб через много-много лет
От жизни юной и счастливой
Какой-нибудь остался след!
Действующие лица:
ПАШКЕВИЧ МАРИЯ СЕРГЕЕВНА – вдова генерала Пашкевича. На вид ей сорок пять лет, она одета во все черное, глубокое декольте украшено медальоном с изображением Сен-Жермена. Вдова держится уверенно, былая красота несколько разбавилась телесной пышностью, но тем не менее…
НАЧИНКИН ВАСИЛИЙ ПАВЛОВИЧ – статский советник. Маленький, с большой розовой лысиной, все время, спадающее пенсне,
КЛЕСТИЦКИЙ АНДРЕЙ ПЕТРОВИЧ – Тридцать два года. Адъютант генерал Воронцова, подтянут, щеголеват, обладает зычным голосом и чрезмерно разросшимися бакенбардами.
ВАЛЬБЕРГ АРНОЛЬД ИВАНОВИЧ – Молод, двадцать семь лет. Служит в архиве, одевается строго, во внешности подражает Шиллеру, пишет оды.
МАДАМ ГЛУХОВА – Женщина абсолютно неопределенного возраста. Вся увешена вязаными ридикюлями, на голове старомодный чепец, на руках старая болонка.
МАТВЕЙ – Длинный, сутулый, мужик со всклокоченной рыжей шевелюрой. Синяя атласная рубаха неряшливо заправлена в полосатые штаны, на ногах начищенные до блеска сапоги с чудовищным скрипом.
ПРУТОВ КИРИЛЛ МИХАЙЛОВИЧ – человек с темным прошлым, будущим и настоящим.
Действие первое
Небольшой уютный зал, посередине которого стоит круглый, накрытый черным сукном стол, вокруг него шесть стульев. На столе громоздятся тарелки с закусками, разноцветные графинами.
В зал входит Матвей.
МАТВЕЙ (со вздохом). Ну кажить все… Полы помыты, стаканы протерты… Уф, загоняла меня барыня. Кожную среду как волчок… И зачем все это? Соберутся, сидят, да и ладно бы ели-пили, так ведь занятье, какое греховное, знал бы барин покойный… Щас бы водки шкалик…
ГОЛОС (из-за левой кулисы). Матвей, ты с кем разговариваешь?
МАТВЕЙ. Сам с собой Мария Сергевна! С кем еще дурак разговаривать может…
В зал входит Мария Сергеевна Пашкевич.
ПАШКЕВИЧ. Матвей, сейчас гости пойдут, а у нас сельтерской нет, быстро сбегай в лавку, да и возьми сигар еще… Только не тех, что в прошлый раз, возьми подешевле…
МАТВЕЙ. Те самые дешевые были, по два рубля десяток…
ПАШКЕВИЧ. Ну, тогда папиросы хорошие выбери. Сможешь?
МАТВЕЙ. А от чего не смочь-то…
ПАШКЕВИЧ (перед зеркалом, накручивая локон). Ступай, только быстро.
Матвей уходит. Мария Сергеевна напевая, крутится перед зеркалом. Раздается звонок.
Вдова уходит за кулису. Слышен ее звонкий смех и громкий уверенный мужской голос.
Мария Сергеевна заходит в зал вместе с Клестицким.
ПАШКЕВИЧ. Андрей Петрович, вы пока присаживайтесь… можете выпить.
КЛЕСТИЦКИЙ (озабоченно покрутив ус). Я сегодня первый?
ПАШКЕВИЧ. Да.
КЛЕСТИЦКИЙ. Первому поцелуй…
ПАШКЕВИЧ (вспыхнув).
КЛЕСТИЦКИЙ. Тогда выпью… (подходит к столу)
Раздается звонок. Мария Сергеевна бросается в прихожую. Через некоторое время оттуда выходят вдова и Вальберг.
ПАШКЕВИЧ. Арнольд Иванович, дорогой проходите…
ВАЛЬБЕРГ. Благодарствую (неприязненно посмотрев на Клестицкого) Здравствуйте Андрей Петрович…
КЛЕСТИЦКИЙ (повернувшись с полным стаканом). А… мое почтение. Выпить не желаете?
ВАЛЬБЕРГ. Спасибо, не хочется… (садится за стол).
ПАШКЕВИЧ. Я вас оставлю на секунду… (уходит)
Неловкая тишина. Клестицкий выпивает залпом стакан, крякает, вытирает усы. Вальберг скрестив руки, неподвижно смотрит вдаль.
КЛЕСТИЦКИЙ (оглядывается по сторонам, подходит к Вальбергу). Значит так… Среди навоза и помета, средь пошлости, разврата, суеты…
ВАЛЬБЕРГ (вскакивает, весь красный). Замолчите! Замолчите! Отчего вы всегда издеваетесь надо мной? Что я вам такого сделал?
КЛЕСТИЦКИЙ (хищно скалясь, продолжает). …Корявой сельской девы поцалуи, да конюха развратные шаги…
ВАЛЬБЕРГ (закрывает ладонями уши). Я не слышу вас! Можете продолжать сколько угодно!
Портьера колышится. Клестицкий вмиг ретируется к графинам. В зал входят вдова и мадам Глухова.
ГЛУХОВА. Здраствуйте господа… Ой, что с тобой батюшка? (удивленно смотрит на Вальберга)
ВАЛЬБЕРГ (не видя их). Можете говорить любую пошлость! Я все равно вас не слышу!
ГЛУХОВА. Никак в архиве пересидел…
ПАШКЕВИЧ (подходит к Вальбергу, разворачивает его). Арнольд Иванович, что с вами?
ВАЛЬБЕРГ (сильно покраснев). А..а..простите…
ПАШКЕВИЧ. Вам плохо?
ВАЛЬБЕРГ. Нет, мне хорошо…
КЛЕСТИЦКИЙ (с полным стаканом в руке). Арнольд Иванович представлял мне сцену из римской жизни…
ПАШКЕВИЧ. Вот как? А что за сцена Арнольд Иванович?
ВАЛЬБЕРГ (ненавидяще взглянув на Клестицкого). Сцена? Э… «Клятва Сципиона».
ПАШКЕВИЧ (всплеснув руками). Ах как интересно! Я так люблю все античное, древнее, все от чего исходит тайна…
ГЛУХОВА. А где Василь Палыч? Всегда самый первый приходил…
Портьера с грохотом обрывается, видно, что в ней барахтается какой-то человек. Все испуганно оборачиваются. Болонка оглушительно лает. Из-за портьеры высовывается голова.