Храм боевого мага
Шрифт:
– Эм… а что, собственно, не так с нашими судами? – он постарался нейтрализовать тему и убрал в стол все оставшиеся свитки, на всякий случай чернильницу и надкушенную булку.
– Очень может быть, что все хорошо. Но мне же нужно понимать, как организовать судилище.
– В смысле, организовать?
– В смысле, судиться хочу с одним очень хорошим человеком, поведшим себя недостойно.
– Ах это, миледи, – отмахнулся он и с облегчением выдохнул. – Всё не так сложно, мой помощник умело организует процесс.
– Барсучок, как приятно слышать от тебя такие обнадеживающие слова, – ковыряла она от скуки сукно на его столе. – У нас в стране прекрасная судебная система. Живо скрутим лихоимцу жвалы. У тебя как со временем? Сможешь меня сопровождать в зал суда?
– Никак нет, миледи. Вам потребуются опытные законники, а к ним я не отношусь, – привстал он, намекая, что аудиенция закончена.
Но Вилли только расковыряла небольшую дырку и совершенно не собираюсь уходить, пока не испортит весь стол.
– Очень жаль тебя расстраивать. В зал суда ходить придётся. Прими это как разминку. Ходить полезно.
– Это почему? – насторожился он.
– Потому что ответчик ты. Я с тобой судиться намереваюсь, – сообщила она так, будто осчастливила его радостной новостью.
– Как так? – выпучил тот глаза.
– Вот чувствую, что ты у меня что-то забрал. У меня в памяти провалы последнее время. Даже не знаю, голова часто болит, подташнивает немного. Но ты ответишь по всей строгости закона.
Зельтиур со стоном рухнул назад в кресло.
– Не было такого.
– Зельтиурчик, сердцем чувствую, что ты неохотно скрываешь от меня правду. Сними оковы, сбрось бремя, откройся и тем заслужишь отпущение. Забрал же что-то, что мое по праву? Может ты столовое серебришко у меня тиснул? Или платочки шёлковые для носа? Было же что-то, что признано моей собственностью, а ты не смог устоять? Я приму тебя любого, барсучок. Пусть вор, пусть мошенник, но мой дорогой и бесценный друг.
– Маг Вилетта, – устало выдохнул он. – Вас ждёт мой помощник, чтобы написать заявление в суд. У меня нет больше слов.
–Скудный словарный запас, барсучок. Над этим мы еще поработаем.
Вилли покончила с сукном, захватывающее зрелище, даже Высший магистрат завороженно наблюдал за тем, как она умело вспорола обшивку и оставила после себя привычные разруху и безобразие. Но это меньшее, что она могла сделать.
Вилли выпорхнула из кабинета и тут же столкнулась с ещё одним достойным собеседником.
– Итуурчик, бурундучок, чего такой кислый? – девушка схватила его за рукав, и магистрат уже не вырвался.
Хотя старался, рванул так, что рукав треснул, и Вилли с интересом запихнула нос под меховую мантию.
– Мм… дустовым мылом моешься? Чешется? Давно чешется? Хочешь полечу?
– Миледи, – взвизгнул сварливый старикашка. – Руки уберите от меня!
–
– Да я вам дамся только при смерти, зараза вы боевая! – отбивался тот. – Мне и прошлого раза хватило!
– А что было в прошлый раз? – расплылась она в сладенькой улыбочке. – Бурундучок, провалами в памяти страдать стала. Видно, старость подкралась. Небось в прошлый раз все закончилось хорошо?
– Ты… Вы… в прошлый раз, миледи, вы перхоть мне лечили! Насильно, после того как оцепенели. А излечили от волос. Не смейте даже приближаться ко мне!
– М-да, перхоти нет. Это прогресс, не находите? – она перехватила меховую накидку за другой рукав.
– Не нахожу. И много чего не нахожу после того оцепенения!
– Дружочек мой зудящий, твоя комната ровно под моей. И вот что я скажу. По ночам чувствую запах еды. Ты на кухне стряпню тыришь?
От подобного обвинения пожилой человек даже задохнулся и не сразу нашёлся с линией защиты, потому она продолжала:
– Это нервное, я знаю. У тебя зудит, ты потому не можешь остановиться. Прешь все, что съедобно. Я тебя не виню, – заговорщически прошептала она в его разгневанное лицо. – Но осуждаю. Фактически, что выходит? Я из-за тебя масло не доедаю.
– Да как у вас язык…
– Бурундучок, вижу в тебе ожидаемые нотки отрицания. Всякий мошенник не верит в свою вину. Это нормально, просто прими как данность и не сопротивляйся. Мы проведём тщательное расследование и поставим диагноз. С лечением я не задержу.
– Спасите! – завопил тот.
– Пока свободен, жди меня с обыском, – отпустила она рукав, и бурундучок юркнул в ближайшую норку, скрылся из виду так, что она не найдёт его до следующего раза.
Вилли шагнула в ближайшую дверь и застала помощника Зельтиура за постыдным делом. Аравид, задрав мантию, примерял шерстяные штаны с начесом и находил их тесноватыми в районе бёдер.
– Женские панталоны, – сделала вывод девушка и со знанием дела ткнула в спорное место. – Голос изменится, Аравидушка.
Молодой человек закатил глаза и повернулся спиной к гостье, чтобы она не ткнула в спорное место уже ногой. Она может, он знал наверняка и потому был настороже. Маг он слабый, возвысился до старших магистратов только потому, что славно выполнял секретарские обязанности и владел прекрасным почерком. А боевой маг девушка непредсказуемая, поначалу половину Храма положила в оцепенение, случайно, как всегда, ибо даже слова «Не торопись, крольчонок» воспринимала буквально. После того ее лишили всех артефактов, но и без них она опаснее василиска.