Хранимая
Шрифт:
— Лари, скажи. Раз ты решил здесь задержаться, то не мог бы позаниматься со мной эльфийским?
— Легко, — улыбнулся Лари, и в этот момент дверь комнаты распахнулась, впуская несколько взъерошенного Дика.
Моё сердце пропустило удар при виде его. Нет, все-таки он мне безумно нравится. Если бы и он относился ко мне с интересом, а не как к очередной петиции, с которой надо разобраться.
— Живая, — выдохнул Дик, подбежал к моему креслу, развернул его и… Поцеловал меня! Прямо в губы, по-настоящему, долго и нежно. Я растерялась, но тело, не дожидаясь решения хозяйки, само ответило. Да так, что у меня голова закружилась от нахлынувших чувств. Потрясающий мужчина, сильный, благородный.
— Гхм-гхм, — смущенно раздалось рядом, и мы с Диком, наконец, оторвались друг от друга, дыша, словно промчали кросс в рекордное время. Я смотрела на мужчину моей мечты во все глаза, сердце стучало, грозя выпрыгнуть. Ой.
— Дамы и господа, я, пожалуй, вас оставлю, — с пониманием улыбаясь, Лари собрался уходить.
— Погоди, у меня для вас обоих есть новости, — отчего-то чуть хрипло ответила я. Перед носом появилась рука Эля со стаканом воды. Поблагодарив, я сделала несколько глотков, и поставила стакан на журнальный столик. Дик придвинул ближе свободное кресло и сел, почти касаясь меня коленями, положил руку на подлокотник моего кресла.
— Пока… меня здесь не было, я часто видела сны о том, что происходит в мире и о вас. Видела, как ты, Лари, приходил к Владыке за листом полномочий. Спасибо тебе, — Лари кивнул и улыбнулся. — Я видела, что Арика ушла в паломничество, и знаю, что у них с Мамыкиным сейчас всё в порядке. Я видела как ты, Дик, сидишь днями в кабинете, и мне приятно, что плед по-прежнем лежит там, где я его оставила. — Родицит, этот удивительный мужчина, взял меня за руку и слегка сжал пальцы. Я покраснела.
— Но главное не это, — вернул меня к действительности Эль. Он сел в кресло между мной и Лари, и был собран и серьезен.
— Ты прав. Так получилось, что во снах я узнала, что один из советников Дика входит в организацию Серых Плащей, которые ратуют за чистоту человеческой крови и травят всех, кто не похож на них — эльфов, горные народы, орков.
На этих словах Лари нахмурился, а Дик подскочил и стал широкими шагами мерить комнату. Всех советников он подбирал лично, они все входят в круг доверенных лиц. И Дику сложно поверить, что кто-то из этих людей мог предать его.
— Именно по указанию этого советника всем желающим раздают амулеты, реагирующие на любые проявления магии, кроме человеческой. Именно его шпион отлавливает по городам «подозрительных субъектов» и, повесив на них ложные обвинения, устраивает самосуд. Мужчина, который когда-то привязал Лари к столбу в центре города и амбалы, которые на него напали на поле — все они были из одной организации. Я… Мне было безумно грустно знать это, видеть и быть не в силах предупредить. Раскрывать своё местонахождение было слишком опасно. Простите, — я смотрела на сцепленные руки, боясь поднять взгляд на друзей.
— Ты не виновата в том, что с тобой случилось, Рита. Так сложились обстоятельства, и ты не могла ничего изменить, — покачал головой Лари, грустно глядя на меня. — В твоем возрасте никому из нас не приходилось выживать в пустыне в одиночестве.
— Я была не одна, вокруг всегда были добрые люди. Мне кажется порой, что Мир мне улыбается, — я старалась не смотреть на застывшего у пустого камина Дика. Но тот собрался с мыслями, вернулся в кресло и чуть хрипло спросил:
— Ты уверена? Про советника? Откуда ты это знаешь?
Лари сочувственно на него посмотрел:
— Ты еще не понял?
— Что именно? — Дик перевел тяжелый взгляд на приятеля. Тот вздохнул.
— Я, видимо, тоже не совсем понимаю, Лари, — я смотрела на эльфа и вдруг почувствовала, что он намного старше меня. И гораздо мудрее и умнее, чем хочет казаться.
— Рита, в нашем мире есть понятие, которое сложно передать простыми словами. Если коротко, то у всех народов есть в том или ином виде легенда о Богине, или, как у нас, эльфов, о душе Мира. Много тысячелетий назад, после сотворения жизни, Богиня устала и прилегла отдохнуть у ручья. Журчание воды навеяло ей сны о том, как живут существа в её мире. Богиня заинтересовалась, ей понравилось, как проходит жизнь, и захотелось самой в этом поучаствовать. Но созданный мир оказался для неё слишком мал, она могла лишь наблюдать со стороны, а ей хотелось самой жить и чувствовать. И тогда, вспомнив отдых у ручья, она улыбнулась и, обняв мир руками, задремала. Она пожелала увидеть сон, в котором смотрела бы на мир глазами одного из созданных существ, её детей. И с тех пор каждое поколение по миру ходят дети Мира, чьими глазами Богиня смотрит на жизнь.
Наверное, у меня что-то отразилось на лице, потому что Дик пересел на подлокотник моего кресла и обнял за плечи.
— Ты в порядке?
— Не знаю, — честно призналась я. — То есть… То есть я всего лишь чей-то сон?!
— Ты живая, Рита, ты настоящая, если ты спрашиваешь об этом, — верно понял мои переживания Лари. — Просто так совпало, что Богиня, или сам Мир, смотрит на всё твои глазами, чувствует и живет твоей жизнью. Это сложно объяснить, но на тебя саму, твои поступки и выбор это никак не влияет. Считай, что ты просто любимый ребенок Мира, и Богиня за тобой присматривает просто чуть больше, чем за остальными.
— Получается, Мир прислал ко мне Эля, потому что не хотел, чтобы его сон превращался в кошмар? — тихо произнесла я, глядя на Хранителя. Тот улыбнулся и окутал меня ощущением тепла:
— Можно и так сказать, Хранимая. И я ничуть об этом не жалею. Некоторые ученые умы называют нас, Истинных Хранителей, осколками Души Мира. Так что о том, что Мир тебе улыбается, ты была права. Ты ему нравишься, и Мир хочет, чтобы ты жила долго и счастливо, — Эль наклонился вперед и коснулся моей руки. Чего это я? Ведь, судя по всему, Богиня, или Мир, или как их там, уже очень давно за мной следят. И, не зная об этом, я жила прекрасно. Неужели знание о том, что какое-то там высшее существо смотрит сон с моим участием, это изменило? Я прислушалась к себе и поняла, что что не ощущаю себя ни избранной, ни какой-то особенной. Ничего не изменилось. Это было всегда, так чего переживать?
— Давно ты понял? — я перевела взгляд на Лари. Эль расслабился и откинулся в кресле. Дик и эльф, сообразив, что истерика откладывается, вздохнули свободнее.
— Когда ты изменила Слезы Богини, — Лари тепло на меня посмотрел. — Не знаю, как тебе, малышка, удается нести это в себе, но ты удивительная. Спасибо, что помогла Арике.
Не дав мне возразить, Лари просто поднялся и ушел из комнаты. Ох, и как мне теперь с этим жить? Покосилась на обнимающего мои плечи Дика.
— А как ты к этому относишься?
Было тревожно. Только он решил проявить чувства, а тут такие известия! Неужели испугается?
Дик присел передо мной на корточки и взял за руки.
— Рита, для меня это ничего не меняет. Вернее, — замялся он, — меняет, конечно. Я боялся, что ты воспримешь меня как короля, а не как мужчину. И что для такой хрупкой девушки бремя супруги правителя будет тяжелым. Но за время разлуки я понял, что всё время думаю о тебе и очень скучаю по твоей улыбке, — тут мои щеки опалило смущением. Дик смотрел в глаза, мягко, нежно, упрямо. Кажется, я забываю, как дышать. — А когда получил извещение из банка о твоей пропаже, и вовсе не находил себе места. Это оказалось больно, думать, будто с тобой может что-то случиться. Рита, я…