Хранимая
Шрифт:
Забравшись, наконец, на кровать, Лари не стал возмущаться нашим бездействием. Окинул взглядом живописную картину «трое упали и не в силах шевельнутся» на кровати. Перевел взгляд на полуживого Эля.
— Что случилось? — ого, а голос эльфа еще более хриплый, чем мой!
— Дик, ты в силах говорить и соображать? — вместо ответа спросил Эль.
— Да, я с вами, — прохрипел голос Дика справа от меня. Сил повернуть голову и посмотреть на него не осталось. Я уже устроилась на подушках так, чтобы видеть Эля, и в ближайшую сотню лет шевелиться не собиралась. Мысль о том, что все остались живы, что бы там на пикнике
— Эль, расскажешь? — вяло попросила я. Язык ворочался с трудом. Хотелось пить.
— Вас отравили. Этот яд — изобретение магов, обнаружить его в еде или напитках невозможно. Потому я и не почувствовал отраву, простите. Когда понял, что вы ведете себя неадекватно, было поздно. Вы все уже успели съесть дозу, выше смертельной.
— Спасибо, ты снова меня спас, — я с благодарностью посмотрела на Эля, и он вернул мне улыбку. Было неудобно, что он снова из-за меня страдает. Но самочувствие было таковым, что сил мучится угрызениями совести не было. Даже думать выходило с трудом.
— Но мы ведь живы, так? — подал голос Лари.
— А ты знаешь, что за яд? — это уже зачем-то полюбопытствовала я. Раз зашевелилась любознательность, иду на поправку.
— Знаю. Он вызывает эйфорию, как сильнейший наркотик. И, однажды попав в организм, уже не выводится. Можно травить человека долгие годы, вызывая постепенное недомогание, и смерть будет выглядеть очень естественно. А можно разом всыпать в любую еду или напиток смертельную дозу, и забыть об отравленном навсегда.
— Ты можешь сказать по-человечески? — буркнул справа Дик. В обычный день он бы раздраженно рявкнул, но, похоже, сил не осталось. Будущему королю не нравится чувствовать себя беспомощным? Или переживает, что пропустил врага в свой дом, и мы все чуть не скопытились?
— Это я говорил для Риты, — безэмоционально отозвался Эль. — Для вас с Лари скажу коротко. Эйк.
Слева застонал Лари, Дик замысловато выругался.
И откуда только силы взялись?
— Ребят, вы чего? — трепыхнулась я.
— А ты не слышала? Яд не выводится, противоядия нет. И нам досталась смертельная доза — горько ответил Лари. Судя по голосу, он сейчас прокручивает в голове незаконченные дела и просит прощения у всех знакомых.
— Хм… И через сколько обычно действует этот яд? — страха почему-то не было.
— Хочешь узнать, сколько еще осталось? — ядовито фыркнул Лари. Дик о чем-то глубоко задумался.
— Такая доза — часа три-четыре. За это время отравители обычно успевают увести «перепившего» друга в темный переулок или ближайшую канаву — устало пожал плечами Эль.
— А сколько мы уже тут валяемся? — и снова ни капли сомнения в том, что всё обойдется. Ну не могла же я встретить Эля, попасть в другой мир, столько пережить, и умереть так глупо!
— Три дня, — ровно ответил Эль.
— Сколько? — Дик подскочил на кровати, но тут же схватился за голову и с глухим стоном рухнул на подушки.
— Три дня, — повторил Эль. — И в ближайшее время умирать не собираетесь, если только не найдете еще какое-нибудь приключение на свои головы.
— Это невозможно, — разочарованно выдохнул Дик. То есть про яд он поверил сразу, а про выздоровление и слышать не хочет? Стало обидно за Эля.
— Почему? — кажется, мой
— Рита, нет противоядия, и невозможно вывести из организма, — как маленькой, повторил Лари. Да что ж они помирать-то собрались? Достали! Надо вставать с кровати и ловить отравителя, а не стенать на разные голоса!
— Но у нас есть Эль! Ой! Эль, ты сам как, в порядке?
— Я поправлюсь. Спасибо, Хранимая, — отозвался Эль из кресла.
— Но ты можешь лечить только своего Хранимого, — выдал Лари. Вот же упертый! Ему говорят, жить будешь, а он всё помирает. Почему-то была твердая уверенность, что мы выкарабкаемся.
— Не путай меня с выведенной магами пародией на Хранителей! — грозно произнес Эль. Все посмотрели на него, и как-то сама собой пришла мысль, что даже в таком состоянии он способен на многое. Глаза горят, волосы шевелятся. Того и гляди, клыки полезут. И чего он сорвался? Ой, он же мои чувства воспринимает! А я тут лежу раздраженная, едва ли не в драку с этими дураками лезу. А Эль уставший. Так, Рита, надо успокаиваться за двоих. Вдох-выдох. Солнышко светит, птички поют. Вдох-выдох. Вот и вернулась забытая в прошлом мире привычка разговаривать сама с собой. Я хмыкнула про себя.
Эль стал возвращаться к обычному человеческому виду. Лари и Дик с явным облегчением выдохнули.
— Это всё равно, что сравнивать новорожденного котенка домашней кошки и дикого, свободного льва в самом расцвете сил. Один тебя перешибет лапой, просто проходя мимо, и не заметит. А второй максимум — жалобно обмяукает издалека. — уже спокойнее выдал Хранитель.
— То есть, ты хочешь сказать…
— Дик, Хранители в силах отвести, а то и вылечить смерть. А ты говоришь про какой-то яд, изобретенный человеком. Чтоб ты знал, в природе есть вещества намного хуже, и с ними всеми я бы справился. Да, мне пришлось тяжело, ведь вас было трое. Но сейчас вашим жизням ничего не угрожает. Слабость скоро пройдет, от яда не осталось и следа. Более того, после этого случая должен выработаться слабый, но все-таки иммунитет к нему.
— Но почему ты смог воздействовать на нас? — уже спокойнее спросил Дик. Я почти слышала, как в его голове крутятся и щелкают шестеренки мыслей.
— Потому, что вы дороги Рите, — устало пожал плечами Эль. Так, с этой темой пора завязывать.
— Мальчики, а давайте мы попозже всё обсудим, а? Голова совсем не варит, Эль с ног валится. И спать так хочется… — я как по заказу зевнула во все тридцать два.
— Действительно, Эль, ты чего там сидишь? Давай к нам! У Дика кровати хорошие, полк уложить можно, — Лари слабо улыбался.
— А что с Советом? От меня три дня не было вестей. Должны были объявить розыск…
— Не узнавал. Мне не до того было. Я вообще не выходил из этой комнаты, и вам ближайшие два дня не советую.
Дик смущенно замолк. Действительно, Эль нас три дня с того света вытягивал, а ему до сих пор никто даже «спасибо» не сказал.
— Спасибо тебе, друг, — произнес Дик, глядя, как Эль нетвердой походкой добирается до кровати.
— Спасибо, Эль, — эхом откликнулся Лари.
— Сочтемся, — буркнул Эль (нахватался же от меня словечек!) и заполз между мной и эльфом. Я этому в тайне порадовалась, хотелось и дальше лежать рядом с Диком и держать его за руку. На большие нежности нас пока не хватит.