Хранимая
Шрифт:
Я открыла глаза и уставилась в потолок. Понадобилось время, чтобы осознать, что я лежу в комнате в доме старосты, на кровати. Кто-то заботливо разул меня и укрыл одеялом. Хотя почему «кто-то», если это наверняка был Эль. Дверь отворилась, впуская Хранителя с подносом в руках. Он поставил свою ношу на тумбу и присел на край кровати. Взял меня за руку, с тревогой заглянул в глаза.
— Как ты себя чувствуешь, Хранимая?
Я прислушалась к себе.
— Всё хорошо, Эль. Прости, что напугала, — хрипло отозвалась я. Неужели и вправду посадила голос?
— Видение? —
— Будет война, Эль, — горько вздохнула я, когда он убрал руку. Мы помолчали.
— Что тебе налить, компот, молоко, воду? — поинтересовался Эль.
— Компот, — я села на кровати, и Эль заботливо положил подушку мне под спину.
— Я так и подумал, — тепло улыбнулся Эль, протягивал мне стакан.
— Что будем делать, Эль? — я поставила пустой стакан на поднос.
— Что бы ты ни решила, я буду с тобой, Хранимая, — отозвался Эль.
— Спасибо. Я долго была без сознания?
— Несколько часов. В доме все уже спят, из столицы никаких новостей пока не было.
— Понятно, — я прокручивала в голове варианты. Эль сейчас перенести меня ещё не может, иначе предложил бы сам. Бегать по деревне и поднимать панику? А смысл? Это сейчас никому не поможет. Отправить Дику письмо голубем? Дождаться, пока Эль восстановится, и перенестись будет быстрее. Я вздохнула. За окном ночь, а спать не хочется совершенно.
— Эль, расскажи мне что-нибудь хорошее. Про драконов и единорогов, например. Я видела как-то во сне водопад, в струях которого запуталась радуга, а у его подножия, в долине, всё утопает в изумрудной зелени. Такое место в самом деле существует?
— Да, Хранимая. Это пастбище единорогов. Их осталось в мире не так много, всего один табун. Животные чувствуют, когда их эпоха подходит к концу, и уходят в другие миры, где их ждут. Так ушли драконы. А у единорогов копыта золотые, ты разглядела? Так блестят на солнце, когда они несутся вдоль берега!
— Нет, я не видела. Как-нибудь посетим ту долину? Хоть ненадолго!
— Обещаю. Может, увидим маленьких единорожков. Они рождаются золотистыми, а потом, когда взрослеют, становятся белыми с жемчужным отливом.
Мы с Элем говорили до утра. И, когда внизу начали ходить хозяева, всё ещё не спали.
После плотного завтрака я собрала все свои вещи и попрощалась с хозяевами. На улице всё ещё было по-утреннему свежо, когда мы постучались в двери дома по диагонали. Туда заселили начальника отряда, а его солдат по другим семьям, где по одному, а где и по трое. Через минуту дверь распахнулась, явив встрёпанного мужика в свободных серых штанах на завязочках и пёстрой рубашке в цветочек. Мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть мужчине в лицо. Вот так богатырь, косая сажень в плечах! Как же он в двери проходит?
— Приветствую мастера-кузнеца. Мы на совет к вашему постояльцу, — чуть склонил голову в приветствии Эль.
— Проходите, я позову, — пробасил кузнец и посторонился. Мы оказались в комнате, которая была и гостиной, и столовой, а порой и мастерской. Стол на металлических гнутых ножках,
Я примостилась на краешек стула, перед этим попытавшись отодвинуть его чуть дальше от стола. Вот всё хорошо в этом стуле, и спинка удобная, и ножки крепкие и устойчивые. Но неподъёмный ведь! Эль, бяка такая, не стал помогать мне в борьбе с мебелью и, безуспешно подёргав коварный стул, я сделала вид, что так и было задумано.
Раздались голоса за той дверью, куда ушёл кузнец, и к нам вышел начальник отряда. В брюках и сапогах, тонкой майке, с влажными волосами и полотенцем на шее.
— Простите, что заставил ждать, я разминался на заднем дворе. У вас ко мне какое-то дело?
— Да, но сначала скажите, не было ли вестей от Родицита? — я внимательно смотрела на мужчину. Как он прореагирует на моё сообщение?
— Нет, пока ничего не получали. Он запретил использовать магических вестников, да и нет в этой деревеньке своего мага. Поэтому придётся ждать. А что, что-то случилось?
— Да. Будет война. Захват территорий, перераспределение ресурсов и сфер влияния. У противника преимущество, почти все эльфы хоть на минимальном уровне, но владеют природной магией. Да вы и сами это знаете. Нам же на магическую поддержку полагаться не приходится, в данном случае маги — третья сторона, желающая оттяпать свой кусок, а то и заграбастать власть в свои руки. Что будем делать?
Мужчина внимательно меня выслушал и минуту молчал.
— Мы не будем делать ничего. Останемся здесь ожидать приказа, куда выдвигаться, а пока будем отражать мелкие нападения. Точка приграничная, защиты никакой, набеги с той стороны будут, раз перемирию пришёл конец. А вам, леди Марго, я бы посоветовал вернуться в столицу, и пересказать Родициту то, что поведали мне. Он хороший стратег, мы с ним через многое прошли, и я верю, что он сумеет правильно распорядиться этой информацией. Ваш друг перенесёт вас в момент, как только восстановится. Ваши способности предвидения и сила вашего друга будут нужны Родициту.
Теперь пришла моя очередь молчать. Командир был во всём прав, и я чувствовала благодарность за то, что выслушал и принял всерьёз.
— Спасибо за совет, я так и поступлю. Удачи вам, — я встала и протянула руку. Командир удивился, а потом, загадочно хмыкнув, пожал мне её. Его рукопожатие было крепким, а кожа тёплой и грубой.
Мы с Элем не стали больше ни с кем прощаться. По улице уже ходили люди, направляясь по своим делам, утренняя прохлада постепенно сходила на нет. Когда мы вышли на околицу, трава под ногами уже не серебрилась росой. Мы медленно спускались по утоптанной дороге к реке.