Хранитель 2

Гончаров Александр Георгиевич

«Я рада, что ты пришел, мой брат, - раздалось в голове Лоттана. – Не устану благодарить тебя. Ты опять спас мой народ. Да и мне позволил отдохнуть. С магистром и Агной вы взяли на себя все бремя последнего боя. Я слегка помогала моим детям, но это ничто по сравнению с вашим подвигом».

«Я так понимаю, что это теперь моя обязанность Хранителя стоять на защите народов, чья кровь льется по вине огров или вампиров», - так же мысленно ответил парень, походя к хозяйке пещеры и обнимая ее большую голову.

«Если ты берешься

за этот труд, значит это твоя обязанность. Мы ведь сами выбираем, на чьей нам стороне быть».

«А ты разве можешь поступить иначе?»

В голове Лоттана заурчало, залаяло и заскрипело. По оскалу Буданы он понял, что медведица так смеется.

«Я – неотъемлемая часть этих земель, и этого народа. Обереги были созданы и поставлены здесь так давно, что никто не помнит кем, и для чего. Только я, да мои родичи бережем крупицы этих знаний. Огры еще не знали, с какой стороны браться за дубинку, чтобы убить ящера себе для еды, а обереги уже жили здесь и несли свою службу».

«Почему ты только огров вспомнила? А как же вампиры, эльфы, гномы, люди, в конце концов?»

«Все они появились позже. Больше того, перед тем, как разголанов дали нам в услужение, наши создатели хотели для этого использовать эльфов. Они лучше были приспособлены для этого. Но остроухий народ был очень… непредсказуемым, и рисковать не стали. Хорошо, что дочь этого народа сейчас здесь. Хочу с ней поговорить».

«А у нее получится?»

«Если я позволю, то получится».

Будана повернула голову к Вейлении и встретилась с ней глазами. Эльфика, которая до этого просто с интересом смотрела на медведицу и обнимающего ее Лоттана, вдруг замерла, ее зрачки расширились, а дыхание сильно замедлилось.

– Она хочет поговорить с Вейленией, - пояснил Лоттан, хоть всем и так было понятно.

Ратмир с небольшой завистью посмотрел на эльфийку. Ему не выпадала честь такого общения, хоть он и был воеводой-ведуном города. Но Будана сама решала, с кем ей вести разговоры, а с кем нет.

Диалог медведицы и эльфийки был недолог. Выйдя из оцепенения, Вейлениа поклонилась Будане и отошла к двери, рассматривая Лоттана с еще большим интересом. Парню от этого взгляда стало как-то даже неловко.

– Будана благодарит вас всех, друзья мои, - сказала вдруг Яролика. – Воевода, твои ведуны сотворили невозможное, учитывая то, что сам Рэзз незримо участвовал в атаке. Но ваши усилия пропали бы, если бы не наши друзья. Низкий вам поклон.

И Старшая Мать действительно поклонилась до земли, черканув рукавом по полу. От этого у жриц и у воеводы глаза полезли из орбит.

– Плохо, что не могу это сказать всем твои товарищам, Лоттан, но надеюсь, что вскорости скажу. А пока мне нужно быть рядом с нашим оберегом. Будана думает, что огры пока угомонятся до утра, поэтому и нам всем хорошо бы отдохнуть.

Лоттан и Вейлениа поняли, что их просят покинуть берлогу, эльфийка поклонилась

и направилась выходу, парень же порывисто обнял медведицу за голову, а та в ответ лизнула его в нос.

Проходя мимо стражей, Ратмир сказал с легкими нотками зависти;

– Да, паря, такого я давненько не видел, чтобы Буданушка кого-нибудь лизала.

– Так и потрясений в ваших землях подобных нынешним давно не было, - ответила за Лоттана Вейлениа. – Лет пятьсот мелких стычек на границе я не считаю.

– Уж больно ты хорошо осведомлена для эльфа, который больше семисот лет носа со своего леса не казал, - огрызнулся воевода. – Дорогу в покои, надеюсь, найдете? Мне еще посты нужно проверить, раненых навестить. Обязанностей моих никто не отменял.

– Найдем, - ответил за двоих Лоттан, придерживая Вейлению за локоть. Она хотела ответить что-то дерзкое, судя по лицу, но парень сдержал ее.

– Ну и чудесно, - ответил Ратмир, стукнув себя в грудь кулаком, отдавая честь гостям.

Проводив скрывшегося в тени воеводу, Лоттан потянул эльфийку в сторону дома, где им предстояло ночевать. Он хорошо ориентировался уже в Белом городе, поэтому уверенно шел по улице.

– Можно вопрос? – спросила Вейлениа, и, не дожидаясь ответа, спросила. – Это ты с помощью своего дара позволил мне приблизиться к уровню Старшего мастера-мечника, когда мы огров со стены сбросили?

– Я не знаю, что означает уровень Старшего мастера-мечника. Я просто с помощью своего дара ускорил тебя, дал глазам видеть больше, мышцы наполнил силой.

– И Райю с Ларишей ты так… наполнил?

– Конечно. Успех боя зависел от вас троих. Стена узкая, вы – самые лучшие мечники на стене, времени мало, вот я направил свой дар на вас.

– А на сколько бойцов одновременно ты можешь распространять свои возможности?

– Пять или шесть – это пока максимально, что я пробовал. Просто не было возможности работать с даром на большем количестве людей, ну, или эльфов, там, или гномов. Но я слышал, что Хранитель отряда наемников может до сорока-пятидесяти воинов наделять силой с помощью своего дара, а магистр Гверн говорил, что магистр Кастор проводил исследования с большим числом участников, но что они делали, не знаю. Может это были воины, а может и кузнецы или еще кто-то.

– Как ты обнаружил, что владеешь этим даром?

– Я в нашей деревне оказывался в нужном месте, в нужное время. Спасал людей от разбойников или диких зверей. Наш кузнец, Маро, сказал, что у меня дар, когда напали на нас орки. Там, кстати, мы взяли в плен Лахаша. Он дал слово нашему королю, что год не будет чинить вреда Кардогии, потом вместе с магистром…

Лоттан хотел уйти от подробного рассказа о своем даре, но Вейлениа была дочерью короля эльфов, и у нее были планы прознать о Хранителях больше, поэтому она перебила парня следующим вопросом: