Хранитель 2
Шрифт:
Эберн и Лоттан прошли на кухню и попросили статную повариху накормить их.
– Если можно, красавица, - пропыхтел гном, усаживаясь на высокий для него стул, - первым делом налить эля. Жара стоит, сил нет.
– Конечно, мастер Эберн, - приветливо улыбнулась повариха, - сейчас принесут.
Она мигом понеслась в соседнюю комнату, где стояли печи, был ход в глубокие погреба, где круглогодично лежал лед, и лежали скоропортящиеся продукты.
– Кое-что ты должен усвоить, Лот, как молитву. Во-первых, у тебя будет амулет, который защитит вас от всего оружие. Будь то магия или стрела. Поэтому дергать и давать приказы о глупых поворотах
Повариха принесла четыре запотевших кувшина, увенчанных белой пеной.
– Меня зовут Радмила, мастер Эберн, - застеснявшись, ответила она. – Вы спасли моего брата, когда прилетели на вашем небесном скакуне. Я теперь в долгу перед вами.
– Это долг любого гнома защищать невинных. Так что не стоит благодарности, - ответил гном, сделав приличный глоток. – Ого! Да этот эль не хуже нашего королевского! – он вытер белую пену с бороды. – Под такой эль не съесть мяса – святотатство!
– Да-да, мастер Эберн, сейчас потороплю поваров, - вытерев руки о передник, Радмила поспешила к печкам, где суетилось пятеро ее помощников.
Гном опять прильнул к кружке и с наслаждением выпил остаток пива. Потом налил еще раз до краев и продолжил:
– Итак, амулеты – твои. Тем более, у тебя сейчас работенки прибавится, а с Орленком и с даром Хранителя тебе вообще цены не будет. По прибытии сразу проси навес для него и комнату для себя, которая должна располагаться так, чтобы смог быстро добраться до Орленка и сесть в седло.
– Орленок постоянно должен ходить под седлом? – удивился парень.
– Нет, но сделай так, как говорю. Каждый миг дорог во время войны. Дальше. По дороге вы сдружитесь еще больше. Тебе захочется, чтобы Орленок всегда был рядом, но не может жить без свободы и без неба. Я его редко вызывал к себе. Так, иногда летали на охоту, чтобы он меня не забывал. Сжигать силу амулетов я не хотел, а подзаряжать их особо некому. Маги, понимаешь, редко ко мне захаживали. С тобой же ему придется воевать, и амулеты будут перегорать. Но в Бангл-Боре есть Борис, он должен помочь тебе.
– А почему не попросить сейчас магистра Гверна?
– Сдает старик. Ему сейчас трудно очень. Я помню, каким магистр Кастор вываливался с Тропы, когда уходил далеко в неизведанные миры. Откармливал я его и отпаивал месяц, прежде чем он смог нормально магию использовать и не убить себя. Так вот, магистр Гверн сейчас выглядит хуже. Даже не так - пугающе. Я не пойму, что с ним происходит. Мысли Вейлении, конечно, правильные, но вот что именно с ним деется, не могу понять. Да и возраст дает о себе знать. Но я за ним присмотрю. Опыт какой-никакой имеется.
Гном замолчал, прикладываясь к кружке с элем и погружаясь в размышления и воспоминания. Лоттан тоже попивал ароматный напиток, украдкой посматривая на Эберна. Тут подали мясо и пироги с капустой, ревенем и молодым сыром.
– О! – оживился гном, -
– Да какой же вы старый, мастер Эберн? – искренне удивилась повариха.
– Ты даже представить не можешь, сколько мне лет, девочка. Но молот еще уверенно держу, и уверен, что ваши кузнецы далеко от меня отстанут в работе. А что касается работы в шахте, так тут…
– Это почему мы отстанем? – раздался мощный бас от входной двери. – Что это ты, дочка, своих в обиду даешь?
К ним подошел огромный разголан. Он был поперек себя шире в плечах, его руки походили на руки кузнеца Маро, а шея была, как у быка. Волосы были сплошь седыми, но мощь, исходившая от него, говорила, что шутки с ним плохи.
– Это мой отец, Честислав-кузнец, - сказала повариха, краснея. – А вы, батюшка, разве не сами говорили, что гномы – непревзойденные кузнецы, что было бы недурно у них поучиться?
– Вот глупая девка, - лицо Честислава стало как свекла, - я так намеревался мастера Эберна затащить в кузню на соревнования, а там бы чему-то б и научился у него.
– Тогда давай выпьем и перекусим, мастер Честислава, и пойдем в кузню, - предложил Эберн.
– Благодарствуйте, - поклонился кузнец. – Я уже перекусил. А вот эля выпью. Мне, как только сказали, что вы сюда зашли, все бросил и поспешил. Хотел попробовать перенять опыт у вас, думал, что дочку привлеку в помощь, а тут все оказалось просто.
– Тогда присаживайся и наливай себе эль! – пробасил Эберн, расплываясь в широкой улыбке. – А то молодежь хлипкая нынче какая-то. От одного кувшина хмелеют!
– Мастер Эберн, можно я пойду? С Орленком пока побуду, – спросил Лоттан.
– Иди. Но не буди его, если спит, - кивнул гном, чокаясь с кузнецом и опрокидывая кружку в рот.
Лоттан поднялся и вышел из кухни. Солнце уже зашло за стену, и в городе было уже не так жарко. Парень прошелся к навесу, под которым спал грифон. Под его когтистой лапой лежали останки недоеденного барашка. Сидевший неподалеку конюх с опаской посматривал на спящего Орленка. Увидев подходящего Лоттана, он вскочил и трусцой бросился навстречу.
– Помоги забрать кости, - попросил он Хранителя. – Ратмир меня со стены пообещал сбросить, если я тут не уберусь.
Лоттан кивнул головой и осторожно поднял лапу грифона, освобождая кости. Конюх шустро подбежал с ведрами, одно было пустое, а во втором плескалась вода, быстро собрал кости и принялся замывать кровь.
– Подержи еще чуток, - попросил он. – Не хватало что в такую жару мухи тут болезненные завелись.
Более смело он продолжил оттирать кровь. Когда пол под навесом был чистый, он благодарно кивнул головой. Лоттан опустил лапу на место.
– Благодарю, Лоттан, - сказал конюх, смывая кровь с пальцев. – Я сробел сначала, что недозволительно для разголанов, потом стыдно стало, когда ты лапу поднял. Не говори, пожалуйста воеводе, что я смалодушничал.
– Не скажу, - пообещал Лоттан. – Хотя, тут кроме тебя никого не было, так что не вижу ничего малодушного. Не подскажешь, где могу найти принцессу?
– Она с воительницей и эльфийкой тренируются на плацу. За домом Старшей Матери пройдешь через улицу и направо. Там услышать должен. Они стрелы и дротики мечут. Меня Веденей зовут. Я приставлен воеводой к Орленку для подачи ему пропитания.