Хранитель Чёрной поляны

Галиева Екатерина Эдурадовна

В общем, как семье Ижевских удалось сохранить предмет антиквариата⁹ в войну и в послевоенные годы, история тёмная и нигде не описанная, а вот всё что до этого со шкафчиком происходило Базиль вычитал в папочке, которая к шкафчику прилагалась, когда его на реставрацию привезли, и до сих пор на верхней полке хранилась. Было в шкафу много и другой интересной литературы, но Базилю в шкафчике всё же больше нравилось не внутреннее, а внешнее. А именно то, что в одну из дверок шкафа было вставлено зеркало, и уж больно нравилось коту в это зеркало глядеть. Вот и сейчас он встал перед ним подбоченясь и, поворачивая голову то так, то эдак, любовался собой.

«Хорош, конечно,» –

подумалось ему как всегда – «Но больно молод…». Базиль приблизил к зеркалу лицо и стал внимательно разглядывать пушок над верхней губой. Усы, если это можно было так назвать, были чуть темнее гривы растрёпанных довольно длинных волос и едва виднелись над верхней губой. Зато предательские веснушки, которые высыпали на его носу каждую весну и красовались на нём до поздней осени, сразу же бросались в глаза. Эти веснушки просто сводили с ума Базиля. Так они его раздражали, что он их даже сводить пытался, но всё без толку. Ни притирки, ни заговоры не помогали. Базиль вздохнул, одёрнул рукав рубашки и расправил ворот. «Эх, если бы не веснушки…»

Проведя пальцами по резьбе на раме, он открыл створку шкафа. Там на средней полке стояла толстая книга в потёртом кожаном переплёте. Базилю не за чем было её открывать. Достаточно было коснуться пальцами корешка, чтобы получить допуск ко всей необходимой информации. Это был его компьютер, телефон, телеграф и интернет одновременно.

Прикрыв глаза, Базиль сосредоточился. Перед ним открылась совсем другая картина мира. Всю округу он видел словно бы с высоты птичьего полёта. И среди привычных красок лесов, полей и болот тут и там проскальзывали яркие искры, а иногда и сполохи совершенно неестественных цветов. Вот в сердце Чёрной Поляны пульсирует ярко-алый огонёк. Сегодня он небольшой, чуть меньше горошины. Это значит, что печь в доме ведьмы еле теплится. То ли она спит, то ли просто бездельем мается. Но уж точно ничего не замышляет. А вот – россыпь жёлтых искр вдоль дороги – то Лесавки-проказники, опять одни без родителей. Вон они – Леший и Кикимора изумрудами мелькают возле брода. Там у них родовая лёжка. Да только их родню малолетнюю можно встретить, где угодно в лесу, но только не дома. То ли дело водники. Кстати, как там они, закончили уборку? Базиль всмотрелся в серо-зелёную ленту реки. Она вся пестрила яркими бликами, вдоль берегов аметистами сверкали Берегини¹⁰, что предсказывают будущее и спасают маленьких детей, оставшихся без присмотра у воды. Водяницы, словно жемчуг переливаются по всей Чернушке. С ними рядом нет-нет да и появится синий росчерк Анчутки¹¹ – водяного чёрта. Ну и в самом глубоком омуте шевелится тёмно-зелёное пятно – Дедушка Водяной¹², хозяин всех вод.

«Все на месте. Всё в порядке», – усмехнулся Базиль – «Обход закончен».

Нет, конечно, он не всегда так в обход ходил, но, когда дни выдавались такие как сегодня – хлопотные – Кот был очень благодарен своей пра-пра-прабабке – Земляной Кошке¹³, что научила его Велесову книгу¹⁴ читать.

Затворив дверцу шкафа, Базиль опять взглянул в зеркало, поправил сбившуюся на лицо прядь, повёл плечами и улыбнулся: «Хорош, ах хорош, однако».

Он и вправду был красив. Не очень высокий, но хорошо сложенный. Тонкий в талии, гибкий, как и положено коту, он имел довольно внушительный разворот плеч. Молодая и какая-то шальная сила так и бурлила в нём. От того казалось, что весь он светится от огненной макушки и до кончиков тонкой выделки кожаных сапог. Подмигнув себе в зеркало, Базиль наконец отошёл от шкафа.

Здесь у него были ещё дела. Из кармана узких штанов Кот достал тряпочку. Раньше это был вполне приличный

носовой платок. От частого использования он пообтрепался и стал довольно непрезентабельным на вид. «Надо отдать Домовому» – подумал Кот – «Пусть посмотрит, может подлатать можно. Да и постирать не мешает».

Покрутив платок и так, и эдак, он всё же выбрал угол почище. Этим уголком он аккуратно обтёр экран и корпус старенького, ещё лампового телевизора и пошептал над ним особый заговор. Если бы не эта ежедневная профилактика, давным-давно уж пришлось бы деду на новенький раскошеливаться. А так глядишь ещё поработает немножко. Затем таким же манером, кот обтёр ноутбук. Эта машинка была навороченная и довольно новая. К ноутбуку подключалась 3G антенна, благодаря чему Егор Гаврилович мог в любой момент и с дочерью по скайпу связаться, и с участковым в Ольховке, и со службой МЧС. В общем без интернета и компьютера деду нельзя. Вот Базиль и старается, следит за связью. Наконец, закончив с профилактикой, он поправил на диване подушки и пошёл к выходу.

Тут снова громко хлопнула входная дверь. С громким смехом мальчишки скинули с ног башмаки и побежали на верх. Кот выждал немного, приоткрыл дверь и выглянул. В сенях было пусто. А сверху доносилась громкая возня, словно там что-то большое двигали или катали по полу.

«Что это они там делают?» – подумал Базиль и горько вздохнул он. Подниматься в это осиное гнездо ему совсем не хотелось. – «И так теперь будет всегда, ну по крайней мере всё лето.»

Привычным движением потерев лоб и откинув упавшие на него волосы Базиль всё-таки подошёл к лесенке, ведущей на второй этаж. Она была узенькой и довольно крутой. Пять ступенек вверх, поворот на девяносто градусов, ещё пять ступенек и опять поворот, последний подъём, и перед ним открылась удивительная картина: из большой сумки Никита доставал и надевал на себя наколенники и налокотники, рядом с ним на полу лежал яркий шлем, а Алёша возился с какой-то штуковиной, состоящей из двух довольно крупных с рифлёными протекторами колёс и яркой платформой между ними.

– Ну что, готов? – спросил Лёшка брата.

– Да! – глаза Никиты сияли.

– Тогда пошли на улицу, там попробуем.

Подхватив шлем, Никита бросился к лестнице. От неожиданности Базиль едва не выпрыгнул из сна, но вовремя успел сгруппироваться и перемахнуть через перила на соседний лестничный пролёт. Ещё один прыжок и он внизу, под лестницей, притаился возле чулана. Мальчики быстренько спустились, обулись и выскочили во двор. Базиль вышел следом.

Эта штука, которую они с собой привезли была какой-то разновидностью самоката с моторчиком. Лёшка уже стоял на ней посреди двора и объяснял брату как ей управлять. Потом он начал выписывать круги и восьмёрки, а Никита бегал за ним. Базиль хмыкнул.

«Всё понятно, какие у нас тут покатушки будут,» – подумал он – «Старшенький ездит, младшенький скачет, а потом плачет». Но Лёшка, словно чтобы опровергнуть его сарказм, уже соскочил с платформы, и она остановилась.

– Теперь давай ты, – сказал он Никите и подал руку брату. – Не спеши, ногу ставь ровно, теперь вторую, теперь чуть-чуть вперёд наклонись на носки, а теперь.

Никита, держась за брата проехал вперёд метра три. В окно кухни выглянула бабушка.

– Это что ж у вас за самокат такой? – спросила она.

Никита отвлекся и потерял равновесие. Неловко соскочив с платформы, он непременно упал бы, если бы Лешка его не поддержал.

– Это гироскутер¹⁵, бабушка! – закричал он. – Нам его мама подарила. Он на батарейках ездит.

Никита подбежал к окну и запрокинув голову смотрел на бабушку.

– Лёша уже умеет кататься, – махнул он рукой в сторону брата, который уже опять нарезал круги по двору. – И я научусь.

– Ну ладно, – улыбнулась Мария Дмитриевна, – Учись. Осторожней только. И сами не убейтесь и кур мне не передавите.