Хранитель меча
Шрифт:
Леди Герра уснула, сидя в высоком кресле у камина в гостиной королевы. Она слегка похрапывала и вздыхала во сне. Джессмин, юная королева Виннамира, отложила шитье, принесла из спальни одеяло и укрыла старую няню. Затем взяла теплую шаль и набросила себе на плечи, поверх длинного шерстяного платья. Несмотря на все усилия замазать щели в окнах, несмотря на тяжелые, плотные драпировки на стенах, покои королевы оставались сырыми и холодными. Впрочем, не более, чем остальные комнаты этого древнего замка. За окном сгущались
Дважды в этот день приходили слуги в голубых ливреях справиться, не будет ли у нее распоряжений. Каждый раз она отсылала их обратно. Королева провела этот день, как обычно, — в компании своей старой наставницы за шитьем. И сейчас ее руки были заняты, но ее мысли витали далеко от замка. И, как всегда, они были обращены к Гэйлону.
Джессмин снова отложила рукоделье и поднялась, чтобы бросить несколько поленьев в огонь. Затем, положив в чашку измельченные листья мяты и малины, она залила их водой из чайника, стоявшего на каминной решетке.
Внезапное колебание пространства — знакомое разлитое в воздухе
напряжение — заставило ее замереть. Король вернулся в замок, она
чувствовала его приближение. Вскоре топот и шарканье множества сапог заполнили коридор. Раздался смех. Джессмин села в кресло-качалку и сделала глоток чаю.
Без намека на вежливый стук тяжелая дверь в комнату распахнулась — на пороге стоял король. Его одежда была измята и запачкана, рыжая, коротко подстриженная борода в каплях талого снега. И все же ее сердце учащенно забилось при взгляде на Гэйлона.
— Миледи, — произнес он, улыбаясь. Но в глазах его не было улыбки.
Свежие царапины на лице короля слегка кровоточили. Приглядевшись, можно было заметить еще несколько старых, плохо залеченных шрамов.
Позади Гэйлона столпились его друзья, такие же промокшие и взъерошенные. Они толкались локтями и коленками, как мальчишки, пытаясь протиснуться в комнату.
— Милорд, — вымолвила Джессмин, не отрывая взгляд от чашки, — как вы поохотились?
— Его величество подстрелил оленя, — выскочил вперед Арлин.
Тут же он вспомнил о придворном этикете, отступил на шаг и неуклюже попытался поклониться, но уткнулся спиной в стену. Остальные рассмеялись.
Внезапно Гэйлон умолк, шагнул в комнату и закрыл дверь перед своими друзьями.
— Простите за такое вторжение, — пробормотал он.
— Милорд, вы можете приходить к вашей жене в какое угодно время и каким угодно образом.
Его глаза скользили по комнате, старательно избегая Джессмин.
— У вас есть вино?
— Нет, — солгала королева, — могу предложить вам чаю.
Король мрачно усмехнулся:
— Не думаю, чтобы он оказал такое же действие…
«О, Гэйлон, — подумала молодая женщина, стараясь, чтобы лицо не выдало ее мыслей, — что мне сделать для тебя, как облегчить твою боль?» Вместо того чтобы произнести это, она хранила молчание.
Гэйлон, не отрываясь, смотрел на огонь.
— Могу я ненадолго остаться здесь… с вами?
— Конечно. — Джессмин едва
— Веселенькая мелодия, — Гэйлон кивнул на похрапывающую няню.
— О да, — согласилась девушка, — я попрошу ее принести нам ужин, если вы хотите?
Король ответил не сразу:
— Мне — только вина.
Джессмин осторожно разбудила леди Герру. Старушка, седая и сгорбленная, сильно сдала за последнее время, но неожиданный визит короля так поразил ее, что она почти выпрыгнула из кресла. Получив распоряжения, она поспешно оставила комнату, явно обескураженная его приходом. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием пламени в камине.
Вся виннамирская знать теперь ужинает у себя. Давно ушли в прошлое роскошные пиры в Парадном зале. При Люсьене двор был шумным и пестрым, но после его гибели большинство дворян, приехавших с юга, сбежали назад в Ксенару, опасаясь мести нового короля. Замок остался пустым и почти заброшенным.
Джессмин поборола искушение положить руку на плечо Гэйлона. С рассудительностью, удивительной для ее двадцати четырех лет, она давно решила принимать то, что дает ей король, и никогда не требовать большего. Как его жена и королева она провела с ним единственную ночь — ту, когда он убил в поединке Люсьена Д'Салэнга и вернул корону. С тех пор король ни разу не разделял с ней ложе и лишь изредка заходил в ее комнату.
Борьба за возвращение трона отняла у него много лет. За это время Гэйлон Рейссон потерял почти всех, кого любил: своего отца, короля Рейса; своего учителя Дэрина, герцога Госнийского. Даже Люсьен был его другом когда-то. Наследство сумасшедшего Орима, Кингслэйер, сильно изменило Гэйлона. Джессмин боялась за своего мужа, но никогда не говорила с ним об этом.
Гэйлон, казалось, совершенно забыл о короне, которая досталась ему так дорого. Он собрал вокруг себя полдюжины родовитых молодых людей — богатых, скучающих и безрассудных. Они стали его единственной компанией и сопровождали короля во всех отчаянных приключениях, которые он мог придумать. Огромная энергия Гэйлона тратилась на изобретение все новых способов сломать себе шею. Ушибы и повреждения были обычным явлением, а Редмонд Греймаунтский открыл трагический список погибших.
Впрочем, его смерть мало взволновала виннамирский двор. Гораздо сильнее общество было шокировано очередной выходкой короля и его когорты — они явились на похороны бедного юноши вдребезги пьяными. Поведение Гэйлона становилось все более непредсказуемым.
Осторожный стук в дверь вернул Джессмин в настоящее.
— Войдите, — отозвалась она.
Вошел слуга, не поднимая глаз от заставленного посудой подноса. Вся прислуга в доме ужасно нервничала в присутствии короля. Следом вошла леди Герра. Гэйлон неподвижно сидел у огня. Джессмин приняла поднос и, поблагодарив, отпустила слугу. Приготовив тарелку для леди Герры, она отправила старушку в ее маленькую спальню, примыкавшую к королевской.