Хранитель Врат Нави

Сабио Роман

– - Где кинжал?
– - спросил Паук непривычно низким грудным голосом.

– - Он мой.
– - Произнес он, не дождавшись ответа.

– - Коля, ты что? Какой кинжал? Да и вообще ты, видимо, когда башкой шандарахнулся, извилины сильно порастряс. Ты кто такой, чтобы мне тут ультиматумы ставить?

– - Он мой -- упрямо и исключительно в утвердительной форме повторил Паук,-- это не обсуждается. Артефакт нашли?

– - Какой артефакт?
– - опешил Бригадир.

– - Там рядом должен быть браслет со змеем. Его нельзя трогать. Он опасен.

– - А что за браслет?
– - Бригадир внимательно посмотрел на товарища,-- Ты его где видел? Из чего он сделан? Чем опасен?

– -

Еще там Амулет должен быть. Костяной, с бирюзовыми камнями. Не нашли?

– - Нет, такой не находили. А что ты еще видел? Где это лежит?

– - Амулет достать надо. В нем сила. Без него обряд не смогу... Закрыть надо...

Глаза у Паука стали безумными, в них появился лихорадочный блеск. Он попытался встать, но был надежно привязан к кровати. Док на всякий случай зафиксировал после появления первых симптомов неадекватного поведения. Паук рванулся сильнее. Веревки натянулись, и хлипкая кровать начала предательски прогибаться.

– - Держи его, Бригадир, -- крикнул Док и вскрыл очередную ампулу реланиума. Бригадир навалился сверху, пытаясь обеспечить максимально удобные условия для введения очередной дозы успокоительного. Паук продолжал вырываться и кричать.

– - Идиоты, тупицы. Он уже вышел... Я не смогу закрыть... Он хочет крови. Не закрою -- возьмет вашу... Кинжал, отдайте... Это я...

Наконец лекарство начало действовать. Движения стали вялыми, пока совсем не прекратились. Глаза заволокло пеленой. Голова завалилась на бок. Пациент уснул. Бригадир и Док слезли с тела.

– - Здоровый гад,-- уважительно произнес Бригадир, -- вот уж не думал, что в таком тщедушном теле такая силища.

– - У психов это нормально. Он, судя по всему, крепко головой приложился. Отойдет ли теперь? Это теперь не наш безобидный ботан Коля, это полноценный псих со всеми вытекающими.

– - Это точно. Он как глазищи открыл, как зыркнул, я чуть не обгадился. Ноги ватные стали. Когда со мной такое было?
– - Бригадир воровато оглянулся по сторонам.
– - Док, Коля вернется? Как думаешь? У него крыша на место встанет?

– - А кто его знает?! Голова предмет темный, исследованию не подлежит. Вполне возможно, что проспится и утром как огурец будет. А может все. Кукушка надолго улетела. Его только в клинику помещать.

– - Не хотелось бы. Будем надеяться на лучшее. Но дежурство у него усилить. Теперь только по двое заходить. Да, -- Бригадир вопросительно поглядел на Дока,-- что это он там про амулеты говорил?

– - Ну, если упустить кровавые бредни, связанные с пробуждением кого-то там страшного, то в пещере должны быть браслет со змеей и костяной амулет с синими камешками. Если это из одного с кинжалом гарнитура, то предметы исторические, цены немалой. Достать надо. Тем более, что лежать должны недалеко от того места, где его нашли.

– - Легко сказать -- "достать надо". А ты достань. Мы пока только завал разобрали и подходы очистили, да и так, что сверху было, повытаскивали. Глубоко никто не лез. Страшно. Никто объяснить причину не может, а лезть отказываются. Достать успели много, не спорю, но то, зачем шли, все еще там.

– - А ты сам?

– - А у меня зад не пролазит. У меня и у Боцмана. Нас двое таких. Ну и ты еще, пожалуй, третьим будешь. Ладно, завтра пойдем еще раз, а может послезавтра, когда больной в себя придет.

Больной приходил в себя с неимоверной скоростью. Проснувшись ни свет ни заря, он первым делом попросил поесть. Вел он себя спокойно. На вопросы отвечал адекватно. Словом, никаких тревожащих сигналов не подавал. Его развязали и дали поесть, на всякий случай, усилив охрану. Однако, опасения не оправдались.

Николай просто ел. Молча и сосредоточенно. Но очень много. Ел он весь день. Как пошутил Крот, Паук решил покончить жизнь самообжорством. Он уничтожил недельный запас тушенки и выпил три банки сгущенки. Все это дело он запил двумя большими чайниками душистого чая из горного сбора. И куда в него все это влезло? А главное куда вылезло? И когда? Он полдня в палатке проторчал! Едва выбравшись из платки, он потребовал вернуть нож. Был послан обратно в палатку. Попробовал скандалить. Но делал это не агрессивно и даже немного забавно: в высокопарной старинной манере. Периодически переходил на старорусский. Обещал всех загнать в мир Нави. Пугал мавками, змеями, духами со странными именами и почему-то воронами. Получалось не страшно. Бояться его наотрез отказывались, а попытки физического воздействия пресекли решительно и сразу. Развязали только после того как он клятвенно пообещал с кулаками не бросаться и кары небесные на друзей не призывать. После этого Паук замкнулся. Ушел в дальний конец лагеря. В разговоры не вступал. На вопросы отвечал односложно. Вообще вел себя очень странно: лазил по склону на карачках в поисках какой-то травы, а, найдя ее, радовался как ребенок. Нюхал землю. Потом успокоился, будто нашел что-то. Перетащил туда свою палатку. Натаскал камней. Сложил их необычным узором. Разрисовал окрестные валуны непонятными знаками. Причем все это он проделывал молча, с остервенелой сосредоточенностью и фанатизмом. Однако, ни к кому не приставал, не буйствовал, не безобразничал. Словом, вреда никому не причинял. Его оставили в покое, лишь со стороны наблюдая за странными метаморфозами в поведении их стукнутого приятеля, неожиданно обнаружившего у себя задатки, по меткому выражению Крота, "матерого заклинателя духов и собирателя черной энергии".

Ближе к ночи, когда все собрались за общим столом под кружку бодрящего чая, неожиданно появился Паук. Он тихо подошел, молча сел с краю, наложил целую миску горячей каши и уставился в огонь рассеянным взглядом.

– - Здравствуй, Коля, -- елейным голосом произнес Санек, -- как почивалось? Ничего не болит? Душа не ноет? Крыша уже не течет?

– - И ты не хворай, Саша. У меня все в порядке, благодарствую. И с крышей нормально, я б на твоем месте за свою переживал.

– - Не, вы слышали?!
– - Сашек вопрошающим взглядом обвел окружающих,-- Все в порядке у него! Ты че в пещеру полез, крысятник.

– - Хорош, Санек, -- осадил его Крот.
– - Ты лучше расскажи, как угораздило тебя себе харакири сделать?

– - Может у него совесть проснулась, -- не унимался Санек.
– - У друзей воровать, это не дули воробьям крутить.

– - Заткнись, Санек, -- сказал Бригадир, -- дай человеку в себя прийти.

– - Так то человеку, а он Паук. Насекомое без стыда и совести.

– - Заткнись, я сказал, -- рявкнул Бригадир, -- иначе...

– - Ну, в самом деле, Саш, что пристал. Он как человек пришел. Что ты наезжаешь сразу, -- поддержал командира Макс,-- Коль, расскажи, как пещеру вычислил, что там видел.

– - В самом деле, расскажи, что видел,-- спросил Крот, подсаживаясь поближе.

Паук пристально посмотрел на Крота, Бригадира, бросил презрительный взгляд в сторону Санька и произнес:

– - Да ничего я толком не видел. Провалился случайно. Напоролся на нож. Ударился головой. Потерял сознание.

– - Да ладно заливать то! Ты успел на камень забраться, с камня спуститься, заломить светильник и поорать о помощи. Зная тебя, на помощь звать ты станешь в последнюю очередь. А вот обследовать окрестности, это завсегда. Колись, что видел.