Хранитель
Шрифт:
– Да, яйцо. Искать его не надо, оно тебя само найдет,– отзывается Серафим, а я не понимаю его еще больше.
Чувствую себя идиотом. Вот реально. Яйцо меня надет, ага.
По раздраженному ответу Серафима понимаю, что ему надоело отвечать на мои вопросы, но не могу не спросить.
– Если яйцо меня само найдет, то мы, куда идем тогда?– как по мне так вполне логичный вопрос.
– Мы идем к пещерам, они около гряды гор Агарон. Там в пещерах драконы откладывают свои яйца,– растолковывает мне Серафим и добавляет: – Давай не отставай, а то мы до заката не успеем.
Тут как бы понятно,
Прошли мы до обеда, а я своих ног не чувствую. С непривычки, да еще в сапогах, удовольствие от путешествия сомнительное. Но я молчал, да и что мое нытье изменило бы, так что в обед, подкрепившись вяленым мясом, которое еле смог разжевать, и куском лепешки, мы отправились дальше.
Сначала мы передвигались по лесу, далее под ногами стало больше камней, и в итоге вышли к горному кряжу, который резко оказался перед нами. В гору, куда указал старик, вела очень узкая тропа, и тропой то ее сложно было назвать, так тропка исключительно для коз. Перед сложным подъемом Серафим снова устроил привал, на котором мы снова подкрепились теми же продуктами.
– Ты хотел меня с драконом познакомить?– напомнил я вчерашнее обещание Серафима.
– Хотел, да вот он не захотел знакомиться,– отозвался старичок и снова с хитринкой посмотрел на меня.
Подниматься в гору было тяжело. Ноги не привычные к сапогам ныли и саднили. Да я и раньше мастерством в наматывании портянок не отличался, а сейчас пришлось на каждом привале их перематывать, так как ткань сбивалась, и ноги горели огнем.
Поднимались мы в гору пару часов, откуда в этом старце столько энергии, я не знаю, моя энергия закончилась еще в лесу на тропинке.
Увидев мое плачевное состояние, Серафим сжалился надо мной, и мы остановились передохнуть.
– Долго нам еще?– спрашиваю у Серафима.
– Долго,– отвечает он, и продолжил молча ковыряться у себя в рюкзаке.
– Ты толком то можешь объяснить?– уже раздражаюсь и снова пристаю с вопросами к старику.
Он обреченно вздыхает, видимо понимает, что не оставлю его в покое, пока не получу вразумительные объяснения.
– Мы сейчас передохнем чуток, дальше будут пещеры, там и заночуем. Как долго продолжится наше путешествие, я не знаю, вернемся, когда найдем драконье яйцо. Обычно они откладывают яйца в этих горах, но где его искать никто не знает,– говорит Серафим.
– Ясно,– отзываюсь, с ужасом представляя ночевку в пещере на земле, без одеял. Я не неженка, но и к таким спартанским условиям меня жизнь не готовила. Все же я дитя цивилизации, но выбора у меня нет. Отдых закончился очень быстро, но оказывается, и подниматься в пещеру было не так далеко. Преодолел этот последний рывок на голом энтузиазме.
С тропинки вход в пещеру не был виден, и открылся моему взору довольно неожиданно. Обойдя валун, будто служащий прикрытием для входа мы оказались у самого прохода в пещеру, высотой примерно два метра, и такой же в ширину. Зайдя в пещеру, я обратил внимание, что она расширяется внутри. По моим ощущениям был глубокий вечер, но сумерки все не наступали. Белые ночи, что ли, как на севере,– промелькнула у меня мысль.
На удивление в пещере было не холодно, в углублении был подземный источник, с теплой водой,
Серафим предложил искупаться, я был в восторге. Никогда бы не подумал, что буду радоваться настолько простым радостям жизни, как возможность принять ванну, пусть даже и такую.
Пока у меня были водные процедуры, Серафим притащил хворост, и шкуры неизвестных мне животных. Как я понял, у него тут тайничок был, вот он и воспользовался им. Выходить из воды не хотелось, Серафим дал мне какое то мыло, типа дегтярного, пахло оно очень похоже.
Я почувствовал себя человеком. От огня в пещере стало тепло, и я выйдя из воды укутался в шкуру и присел к костру. Серафим кашеварил, варил похлебку из вяленого мяса и картошки, ну или овоща очень похожего на наш картофель. Что-то мне подсказывало, что наши миры очень похожи, в части касающейся быта.
Готовил старик очень ловко, сразу было виден опыт походной жизни. Обсохнув, я оделся, но сапоги решил не одевать, так как на ногах во многих местах были волдыри. Заметив это, Серафим снова порылся в рюкзаке, и протянул склянку, с мазью, которой предложил смазать мозоли на ногах. Мазь не очень приятно пахла, но на коже был холодящий эффект, который принес облегчение.
Не удивительно, что у меня зажили следы от удара медведя, если у Серафима в арсенале такие хорошие лекарства, однозначно у него есть чему поучиться. После ужина я хотела еще пораспрашивать Серафима о многом, и про драконов и про этот мир, да только усталость дала о себе знать, и меня сморило. Я так и уснул, свернувшись калачиком, замотанный в шкуру.
******************************************************************
Проснулся я на удивление отдохнувшим и бодрым. Серафима уже не было в пещере, но на костре был котелок со свежей похлебкой. Вот же неугомонный старик.
Когда я почти уже доел завтрак в пещеру вошел Серафим и, взяв оставшуюся похлебку сел завтракать.
– Как ноги?– спросил Серафим и только тогда я осознал, что ноги не болят. Мозолей и след простыл, будто их и не было. Волшебная мазь, надо спросить рецептик,– усмехнулся своим мыслям.
– Спасибо, все хорошо,– поблагодарил я старца. – Хотел еще вчера спросить, а медведь это Хранитель?
– Эх ты, Хранитель это дух, тебе он предстал виде медведя, предо мной он предстает в виде духа, хранителя леса и всего живого. Я же уже объяснял,– немного раздраженно ответил Серафим.
А точно, он что-то подобное говорил, видимо я упустил.
– А как бы мне с этим Хранителем пересечься?– задал я вообще-то главный вопрос. Серафим смерил меня удивленным взглядом, аж морщины от возмущения на лице разгладились.
– Ни как. Хранитель это тебе не товарищ, которого в таверну на кружечку чего-нибудь позовешь. Он сам решает, когда прийти к человеку,– отзывается старик, сделав такое лицо, будто я дитя неразумное, которому все объяснять и разжевывать надо.
Разговор исчерпал себя и я начал надевать сапоги. Собрались мы быстро и уже черед минут 30 вернулись на тропу. Серафим по-прежнему шел бодро, а у меня такого энтузиазма не было. Дело в том, что я не до конца понял, зачем нам яйцо дракона, и почему я просто не могу вернуться в свой мир, а должен торчать здесь.