Хранители холода

Абдуллаев Чингиз Акифович

Крейг снова переглянулся со своим напарником.

– Дело в том, что он не был ни осведомителем и ни агентом русским. Мистер Уильям Бернард Бентон был русским шпионом и носил совсем другое имя.

– Он был русским? – не поверил Кершоу. – Этого не может быть. Бентон был стопроцентным американцем, причем выросшим на Юге. Я могу сразу определить, где человек вырос.

– И тем не менее он был русским, – огорчил его Крейг. – Более того, он был офицером КГБ, который сотрудничал с нашим ведомством. Только потому, что его труп сейчас лежит в морге, я имею право об этом говорить. Через несколько дней о нем напишут

наши газеты. Он был одним из тех героев, которые помогли нашей стране победить Советский Союз в холодной войне. В Москве он был заочно приговорен к смертной казни. Они искали его в начале восьмидесятых, чтобы привести смертный приговор в исполнение. Поэтому мы его столько лет прятали. Теперь вы все понимаете, мистер Кершоу?

– Они нашли его через тридцать лет? – ошеломленно уточнил Кершоу. – Неужели они так долго его искали?

– В разведке не бывает понятий «долго» или «не долго». Когда поставлена задача, ее нужно выполнять, – холодно заметил Крейг. – Возможно, русские решили, что именно сейчас подошло нужное время. Может, и в нашей системе где-то произошла утечка информации. Такое тоже не исключено. И тогда, получив сообщение, где скрывается Бентон, они решили действовать. Они прислали своих людей, выследили и ликвидировали своего бывшего офицера, приведя смертный приговор в исполнение. По большому счету, они даже не совершили ничего противозаконного по своим понятиям. И по нормам своих законов. Они всего лишь привели в исполнение приговор, вынесенный их судом.

– Неужели Бентон действительно был советским разведчиком? – тихо спросил Кершоу. – Я бы в жизни не поверил в подобный «вымысел». Никогда бы не поверил.

Крейг посмотрел на своего напарника, словно давая ему возможность наконец высказаться. Или это сообщение должен был сделать именно Кинг. Тот усмехнулся и также негромко сообщил:

– Он был офицером советского КГБ. Его настоящее имя – Алексей Труханов. Майор советской разведки, который работал на ЦРУ. Теперь вы понимаете, почему мы так быстро прилетели к вам из Вашингтона, мистер Кершоу? И поэтому мы уверены, что его убили приехавшие к вам туристы, которых просто обязаны найти до того, как они покинут территорию нашей страны.

МОСКВА. РОССИЯ. 13 МАЯ 2006 ГОДА

Ночью они приехали к Малярову домой. Он жил довольно далеко от центра – на Миклухо-Маклая. На шестом этаже в обычном панельном доме. Сначала они осторожно поднимались по лестнице, не решаясь воспользоваться лифтом. Затем так же осторожно входили в квартиру. Маляров жил один, он дважды был женат, и оба раза жены уходили от него, не выдерживая его безумного графика работы. Может, поэтому они и подружились, несмотря на разницу в возрасте. Одинокий полковник ФСБ и не менее одинокий подполковник милиции, которым было интересно вместе.

В двухкомнатной квартире царил обычный беспорядок, который бывает у холостых мужчин, обладающих несносным характером, не очень опрятных и вдобавок с ненормированным рабочим днем. Маляров вошел в квартиру, включил свет. Прошел в большую комнату, сгребая с дивана все свои вещи, чтобы гость мог усесться. Вещи Семен отнес в спальную, которая служила ему и кабинетом.

– Располагайся, – предложил Маляров, – сейчас кофе поставлю. Извини, что у меня ничего нет. Сам понимаешь. Обычная холостяцкая квартира. Хотя подожди. У меня есть

банка шпрот. Но хлеба нет. Ты любишь шпроты?

– Я люблю все, что можно съесть, – кивнул Тимур. – Между прочим, я весь день ничего не ел. И даже не завтракал.

– Устраивайся поудобнее. Снимай свой плащ. Можешь положить его куда-нибудь в угол. Или повесить в коридоре, там, кажется, была вешалка. А я пошарю в холодильнике и в своих шкафах. Может, еще что-нибудь найду.

Он пошел на кухню. Тимур усмехнулся. В отличие от своего друга, он был образцом аккуратности. Все его вещи в квартире всегда лежали в определенном месте, выглаженные, выстиранные и накрахмаленные. Тимур тоже жил один, но многочисленные химчистки, открывшиеся в городе, помогали ему в поддержании определенного порядка в доме. К тому же раз в неделю к нему приходила женщина, которая убирала в квартире. Судя по всему, женской руки в квартире Малярова не было несколько последних лет.

Тимур прошел на кухню. Счастливый Семен уже выложил на столик все, что у него было в холодильнике. Новую банку шпрот, немного засохший кусок голландского сыра, банку малосольных огурцов, два свежих яблока и два яйца.

– Яйца сырые, – сообщил Семен, – но мы можем сделать яичницу. Я, между прочим, тоже проголодался. Масло у меня есть. И немного лука. Я думаю, что тебе повезло. Обычно в доме бывает гораздо меньше продуктов.

– Мне вообще везет весь день, – мрачно согласился Караев. – Какой-нибудь астролог мог бы сказать, что сегодня не мой день. Неудачное расположение планет.

– Наоборот, – возразил Семен, – они бы сказали, что у тебя сегодня самый счастливый день в жизни. Заново родился. Сколько раз ты избежал сегодня смерти? Два раза? Или три? Можно считать, что ты счастливчик.

– Только никому не говори, – попросил Тимур. – Я не пожелаю такого счастья ни одному из своих знакомых.

Семен усмехнулся. Он достал сковородку. Разбивая яйца, бросил туда кусок масла. Потом, подумав немного, бросил туда же и весь оставшийся голландский сыр, смешивая его с яйцами.

– Так вкуснее, – пояснил он. – Будем считать, что у нас большая яичница с сыром. Или со шпротами, как тебе удобнее.

Через несколько минут они уже ели горячую яичницу с голландскими сыром, закусывая шпротами и огурчиками. Было вкусно. Или им так казалось после тяжелого дня. Когда они закончили есть, Семен сложил грязную посуду, даже не подумав ее помыть. И начал разливать кофе в две подозрительно мутноватые чашки. Тимур не выдержал. Он поднялся и, отняв обе чашки у хозяина квартиры, начал тщательно их мыть. Семен с улыбкой наблюдал за ним.

– У вас все такие чистюли в контрразведке или только ты такой? – поинтересовался Маляров.

– Я могу задать встречный вопрос, – ответил Тимур. – У вас все такие грязнули в милиции или только ты уродился таким?

– Между прочим, меня бросила жена, – заметил Семен, – и нельзя смеяться над человеком, когда у него такое несчастье.

– Между прочим, нужно мыть за собой посуду, даже если остался один. Вернее тем более, если ты остался один, – возразил Караев, глядя на обе чашки. – Теперь можешь наливать свой кофе. Я к тебе пришлю свою домработницу. Хотя ты живешь далеко, она не станет сюда приезжать. Лучше найти кого-нибудь из местных. Можно договориться, чтобы к тебе приходила какая-нибудь женщина и убирала.