Хранители игры
Шрифт:
В этот момент Алексу вспомнилось высказывание Ницше, о том что если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. Он немного помолчал, после чего продолжил.
– В детстве я всегда болел с высокой температурой. Помню однажды в очередной раз болея гриппом, я был уже школьником, у меня случились галлюцинации.
– Что вы видели?
– быстро задал вопрос Петр Павлович.
– Я не видел. Я слышал голоса. Это был шепот. Голосов было два, один высокий и чистый, другой более низкий и скрипучий. Один меня звал куда-то, а другой с ним спорил, говоря что я еще не готов. Мне стало страшно и я стал звать мать. Она принесла мне попить и сменила мокрый компресс на голове. Но голоса продолжались. Поначалу они были довольно четкими, но затем стали как бы отдаляться и постепенно совсем затихли. Больше я их никогда не слышал.
–
– поинтересовался Петр Павлович
– Да, было два раза. Я уже был подростком, когда это случилось первый раз. Мне было тогда лет тринадцать. Это произошло утром. Дома никого не было. Я помню, как зашел в ванную комнату и в следующее мгновение обнаружил себя сидящим на полу прислонившимся к стене. Что случилось, и как долго я пробыл без сознания, не знаю. Помню только, что когда очнулся и понял, что потерял на какое-то время сознание, то очень испугался. Сначала хотел позвонить матери на работу и все рассказать ей, но потом передумал, и об этом никто никогда так и не узнал. Другой раз это произошло со мной, когда я уже заканчивал школу. Был зимний вечер. Мы гуляли с девушкой по городу. Когда мы стояли на остановке, ожидая автобуса, мне вдруг стало как-то не по себе. Помню, я начал оборачиваться, чтобы найти скамейку, на которую можно было бы присесть. И в следующее мгновение я открыл глаза, увидев над собой склонившихся людей. Они помогали мне подняться. Девушка сказала потом, что я пробыл в отключке две-три минуты и очень ее напугал. Самое интересное, что в обоих случаях до и после потери сознания я чувствовал себя совершенно нормально. Не было никакой слабости или головокружений. Ничего, что могло бы говорить о каком-то недомогании.
– Хорошо.
– Что же тут хорошего?
– удивился Алекс.
– Позже как-нибудь я расскажу вам, что значили эти обмороки. Не отвлекайтесь. Теперь расскажите мне, пожалуйста, о самых ярких, самых запомнившихся вам в жизни снах.
– Обычно я сплю крепко до самого утра без снов. То есть сны конечно бывают, но редко и как правило я их не запоминаю. Хотя было у меня в жизни пару раз так, что я спал и вдруг понимал, что нахожусь во сне. Ощущения очень необычные. Один из таких снов запомнился мне особенно.
– Расскажите.
– Это было пару лет назад. В ту ночь мне приснилось, что я лежу на кровати в какой-то казарме. Двухъярусные кровати стоят длинным рядом. Я лежу под одеялом и слушаю через маленькие наушники приемник. Голос в наушниках зовет пойти с ним. Я соглашаюсь и в следующее мгновение оказываюсь на краю песчаного обрыва. "Прыгай", - говорит мне голос. "Смелее, ты можешь!" Я не решаюсь, но в этот момент мне приходит осознание того, что это сон, что я во сне, и тогда я прыгаю. Ощущения легкости и свободы. Я не падаю, а парю и мягко опускаюсь на землю. Воздух необычайно плотный не дает мне быстро упасть. "Пойдем", - снова зовет меня голос.
– "Скорее". Я следую за зовом. Но не иду или бегу, а передвигаюсь огромными прыжками, описывая над землей огромные дуги. Вот я оказываюсь на территории какой-то промзоны или заброшенного завода. "Когда-то это был твой дом", - говорит мне голос. Я озираюсь вокруг. Место действует угнетающе. Мне хочется его скорее покинуть. "Все выглядит совсем не так, как есть на самом деле. Это всего лишь иллюзия твоего разума", - голос звучит отовсюду. Тут я почему-то вспоминаю своих родителей. "Они не имеют значения", - словно прочитав мои мысли вещает голос.
– "Ничто не имеет значение, ни прошлое не будущее!" Я ничего не понимаю, но чувствую, что больше не в силах находиться в этом месте. "Пока возвращайся назад. Скорее!" Я с радостью оборачиваюсь и в несколько гигантских прыжков достигаю песчаного обрыва. С разгона я прыгаю вверх и в следующий миг снова оказываюсь лежащим на кровати в темной казарме. Сквозь приоткрытые глаза я вижу, как по проходу между кроватей ко мне движется что-то большое темное и страшное. У меня возникает мысль, что если меня обнаружат не спящим и слушающим радио, то у меня будут большие проблемы. Я не знаю какие, но точно знаю, что мне будет очень плохо. Притворяясь спящим я судорожно пытаюсь выдернуть наушники из ушей. Почему-то это никак не получается. Темное существо приближается все ближе. Меня охватывает паника. Я с силой дергаю за провода, выдергивая из ушей наушники и в этот момент просыпаюсь в своей постели. Проснувшись у себя дома, я понимаю, что такого безумного страха, как только что, я не испытывал еще никогда в жизни.
Алекс замолчал, яркие воспоминания сна приковали на некоторое время к себе его внимание. Не нарушая тишину молчал и гипнотизер. Затем после некоторой паузы Алекс заговорил вновь.
– Да вот еще что. Совсем недавно мне стали сниться очень яркие сны, в которых я как бы со стороны наблюдаю за большими сражениями. Эти сражения происходят в разные исторические эпохи, но во всех снах есть одна общая особенность. Я словно наблюдаю немое кино, и там всегда присутствует некий голос. Он, как диктор за кадром, озвучивает мне происходящее и на кого-то указывает, но я никак не разберу на кого.
– Об этих снах можешь не рассказывать. В них ты слышал меня.
– Вот как?
– от неожиданности Алекс открыл глаза и удивленно уставился на сидящего перед ним человека.
– ВАС?!
– Меня, - спокойно ответил гипнотизер.
– Ты именно тот, кого я искал. Если не возражаешь, мы можем теперь оставить официоз и перейти на "ты". Можешь звать меня просто ПП. Теперь я могу тебе кое-что объяснить.
Алекс продолжал молчать, не мигая глядя на собеседника. Он совершенно ничего не понимал. Как мог он, Алекс, слышать во сне голос этого человека?
– Ты, Алекс, совсем не тот, кем всю жизнь привык себя считать. Когда-то очень давно, скажем в другой жизни, мы были друзьями. Очень близкими друзьями. Тебя тогда звали Дэм.
– Это все какая-то шутка или розыгрыш?
– к Алексу наконец вернулся дар речи.
– Ни чуть, - Петр Павлович покачал головой. Он спокойно смотрел на Алекса. Его взгляд был дружелюбен, в глазах не было даже тени насмешки.
– Сейчас ты ничего не помнишь, но теперь память и способности начнут постепенно возвращаться к тебе. Я помогу...
Петр Павлович не успел договорить. В неожиданно открывшуюся дверь комнаты вошел хозяин ресторана.
– Я же попросил вас, Глеб Егорович, не беспокоить нас пока, - гипнотизер строго посмотрел на вошедшего.
– Прошу прощения, Петр Павлович, но мне кажется у нас в зале гости, о которых вы предупреждали.
Мужчина подошел к небольшому столику, стоявшему у стены, взял пульт и включил висевший на стене телевизор. Это оказался монитор, разделенный на четыре части и показывающий зал ресторана, барную стойку и кухню. Находясь в этой комнате, хозяин мог при желании посмотреть, что твориться у него в ресторане.
– Видите двоих за столиком у окна? Я много лет занимаюсь ресторанным бизнесом и легко могу отличить обычных гостей ресторана от претворяющихся таковыми.
Петр Павлович пристально вглядывался в монитор несколько секунд.
– Вы правы, это не простые посетители. Однако как им удалось меня так быстро найти?
– Вероятно по уличным камерам видеонаблюдения, - предположил хозяин ресторана.
– Их теперь почти на каждом углу понавешали.
– Возможно, - согласился гипнотизер.
– Ох уж мне это современное всевидящее око!
– покачал он головой.
– А чем эти двое отличаются от обычных посетителей?
– полюбопытствовал Алекс.
– Сидят, разговаривают о чем-то. Может это друзья встретились и зашли поговорить, чтоб не мерзнуть, стоя на улице. Поди не май месяц.
– Если бы вы были внимательнее, - объяснил владелец ресторана, - то заметили бы, что они разговаривают только для вида. Один постоянно смотрит в окно, наблюдая за происходящим на улице, другой на входную дверь и дверь комнаты, в которой мы сейчас находимся.
– К сожалению, друг мой, - повернулся Петр Павлович к Алексу, - нам не удастся закончить сегодня наш разговор. Представители местных спецслужб негласно присматривают за мной. По сути дела официально гипноз в этой стране запрещен. И потому хотя мне и разрешили провести свой семинар, все же не оставляют мою персону без внимания, как бы кого не зомбировал или еще чего, - гипнотизер усмехнулся. Затем взгляд его сделался серьезным и он понизил голос.
– Однако очень может быть, что эти люди являются орудием в руках совсем иных сил, о чем сами они даже не подозревают. Но об этом позже. В любом случае пока я не хотел бы, чтобы нас увидели снова вместе, иначе у них может появиться интерес к тебе. А это не в наших интересах. Глеб Егорович, - обратился он к хозяину.
– У вас есть другой выход из этой комнаты.
– Тот кивнул утвердительно.
– Тогда не будете ли вы любезны проводить незаметно моего друга так, чтобы его никто не видел?