Хранители миров
Шрифт:
Три десятка человек захохотали неприятным издевательским смехом.
– Залез, чтобы командовать твоей толстой задницей, Сибо!
– прорычал старый ветеран.
Через секунду толпа уже смеялась над покрасневшим выскочкой.
– По приказу нашего императора, - продолжал Хашиб, - я назначен главнокомандующим новой армии, то бишь вами, засранцами.
По удивленной толпе побежал громкий шепот.
– Да шо ты брешешь-то, Хашиб?
– Вспылил еще кто-то из знакомых ветерана.
– Да из тебя военный, как из меня трезвенник!
В толпе вновь послышался
– Ан нет, не врет старый!
– вдруг вновь закричал Сибо.
– Помню как-то по пьянке нас, это, на байки, значится, прорвало, я помню тогда еще про то, как десять бочонков выпил... Тьфу ты, не о том это я. Короче, Хашиб тут и начал, значит, заливать, как он командовал тысячами несметными, как в одиночку положил пятьдесят вражеских солдат...
По толпе пронеслись восторженные вздохи. Старый ветеран стал важно разглаживать усы.
– Думал, брешет, - продолжал Сибо, - ан нет, видать всю правду говорил, и про то как, это, пятьдесят... А, ну это я уже говорил; и про то, как новобранцев сопливых сортиры драить заставлял, как издевался над ними, и про то, как по пьянке направил войско на погибель, а сам, значит, дезерти...
– Хватит, Сибо!
– Заорал Хашиб.
– Короче, слушай сюда, войско! Смирно! На поле боя шагом, марш!
Последние, а точнее предпоследние слова Сибо мгновенно превратили дикую толпу в отлаженную военную машину. Наслушавшиеся ужастиков про дедовщину люди инстинктивно выстроились в идеальные боевые порядки и двинулись ровным строем к городским воротам.
Еще через час, когда войско, наконец, перекочевало в пустыню, пришел черед распределения по отрядам. Начался дикий гам, каждый солдат орал, стуча себя кулаком в грудь, что именно он достоин быть конником или лучником. Люди бегали как сумасшедшие и размахивали факелами. Кое-где уже учинили драки, и ни вмешайся вовремя Хашиб, ханскому войску пришлось бы встретиться со стаей избитых берсергов.
– Солдаты, смирно!
Минут так через пять, может быть десять, команда была выполнена.
– Слушай сюда!
– Продолжил главнокомандующий.
– Кто хочет воевать в составе кавалерии, шаг вперед!
Один высокий и поджарый человек со шрамом на лице, уверенно вышел из строя на один шаг, еще нескольких убогих вытолкнули силой. Остальное войско затаилось в немом ожидании.
– Хм, всё понятно! Поставим вопрос по-другому! Кто хочет воевать в составе... м-м... в общем, на коне елозить, шаг вперед!
Толпа с ревом ринулась вперед, команда "шаг вперед" воспринялась войском, как "выполнить норматив по бегу на сто метров".
– Стой, раз, два!
– заорал Хашиб что есть силы.
Команда "раз, два" воспринялась, примерно, как "хоп, хоп, хоп", команда "стой" не воспринялась.
– Стоять ...! Что ... ...! Я вам ... ...! ... , раз, два.
Команда воспринялась, как "морская фигура на месте замри".
– Значит так! Кто ни разу не видел лошади, на прежнее место бегом марш!
Несколько человек уныло "побежали" назад.
– Отлично! Кто думал,
Уже более внушительная кучка людей побрела назад.
– Хм-м. Кто видел лошадь на расстояние больше трех метров, на картинке, во сне и так далее, из строя вон! Кто видел лошадь, но не трогал...! Кто трогал, но не видел...! Кто не умеет управляться с лошадью...! Сидя на ней верхом...!
Где-то три четверти войска уже стояло сзади.
– Ну и, наконец, - подытожил Хашиб, - У кого сейчас нету собственной лошади, кругом, шагом марш!
– Так, отлично! Сто человек!... Хм-м... А лошадей то у нас сто одна.
Войско встало в стартовую позицию...
Лучников Хашиб решил отбирать несколько другим способом.
– Так, войско! Кто может попасть из лука белке в глаз, выйти из строя!
Все тот же человек со шрамом сделал уверенный шаг.
– Рядовой! Разве я сказал "наскоку"?! Вернись в строй... десятник!.. Сотников мы выберем потом...
– Хорошо...
– продолжил главнокомандующий - Кто может попасть из лука в сарай с пяти метров...
Несколько человек неуверенно вышли из строя.
– Тьфу ты! Ну вас!..
– Хашиб схватился за голову.
– Короче, те, у кого имеются с собой луки, теперь могут называть себя элитным императорским стрелковым отрядом.
Потом всех, кто умел держать меч, зачислили в мечники, тех, кто только палку, в копейщики и тех, кто умел просто держать, в щитники.
Оставшуюся ночь солдат усердно муштровали. Особенно хорошо натренировался отряд медиков - очередь людей с отбитыми тетивой пальцами и ушибленными после падения с лошади задницами не рассеялась до самого утра.
С первыми лучами солнца "непобедимая армия" Фариб-Амбата была в полной боевой готовности.
Через пару часов из дворца прибыл сам юный повелитель, чтобы воочию убедиться в несокрушимости своей империи. Пять тысяч. Пять тысяч отборных воинов. У каждого пятого живот до пола, каждый четвертый старик или юнец, у каждого третьего нет нормального оружия, а у каждого второго плоскостопие, и уж почти у каждого руки растут далеко не из того места...
– пять тысяч голодранцев. Но юный император, видевший такую толпу всего лишь раз в жизни, когда в честь его десятилетия раздавали бесплатную еду; не мог оценить это убожество, гордо называвшее себя императорским войском. Перед ним сейчас стояла огромная армия, способная ввергнуть любого врага в ужас при одном только взгляде на нее.
– Смирно... э... раз, два!
– Скомандовал юный правитель звонким голосом.
Войско вытянулось в плохо натянутую басовую струнку.
– Солдаты, сегодня наступил самый главный день в вашей жизни!
– Император попытался закричать очень громко и звонко, но не рассчитал свои возможности, и в конце фразы невольно перешел на писк.
Войско дружно заулыбалось, а кто-то из солдат все-таки не выдержал и громко захихикал.
– Кто посмел засмеяться?!
– Гневно закричал правитель, совсем уже не писклявым голосом.