Хранители Реликвий

Черноусов Евгений

Каково же было мое удивление, когда неприметная улочка вывела меня прямо на центральную площадь города. Здесь располагались дома самых богатых и уважаемых людей, а также городская префектура и несколько крупных зданий, назначение которых для меня оставалось загадкой. Прямо в центре главной площади высился огромный храм богини Эливиэль. Светлые эльфы почитали ее как Покровительницу Эрии и Родоначальницу всего их племени. Каждый остроухий считал, что он произошел от прекрасной Эливиэль. Мать всех лесных эльфов, вот как они ее называли. В отличие от людей, среди которых часто можно встретить неверующих, эрийцы свято хранили все заповеди своей Родоначальницы и беспрекословно им следовали.

Любое богохульство каралось самым жестоким образом. Однажды в Аруо мне пришлось лицезреть страшную казнь вора, который посмел похитить из храма богини священную золотую чашу. С несчастного у всех на глазах заживо содрали кожу, а труп неделю потом висел на столбе около места экзекуции.

По сравнению с Аруо храм в Семм-Порто поражал своим величием и красотой. В высоту он чуть ли не вдвое превосходил все остальные дома и занимал всю основную часть главной площади города. Здание шло полукругом и полностью было обрамлено резными колоннами с узорами в виде птиц и зверей, а на золотом постаменте перед входом стояла стройная статуя самой Эливиэль, высеченная из цельного куска белого мрамора.

Да, богиня оказалась прекрасной, с этим спорить очень трудно. Если бы она к тому же была живой, я бы точно в нее влюбился. Интересно, использовал ли неизвестный скульптор чей-нибудь образ для создания женственного лика эльфийской богини? Впрочем, даже если и использовал, то эта девушка давно уже умерла.

Лицо Эливиэль казалось грустным, будто она только что плакала и теперь печальными, но мудрыми глазами взирает на прихожан. Я не знаю, переживала ли она за судьбу Эрии, или богине всегда положен такой безрадостный облик? Впрочем, это была какая-то совсем иная грусть. В ее глазах застыло одиночество. Еще мелькал страх, причем страх не за кого-то, а за саму себя. Хотя, наверное, мне просто так кажется. Богине некого бояться. Признаюсь честно, я не верил в существование Эливиэль. Скорее всего, она являлась простой эльфийкой, жившей в древнюю эпоху, а может и Королевой, которую после смерти обожествили, а эльфы стали считать ее своей Родоначальницей.

Статная фигура Матери стояла закутанная в плащ со странными рунами на подоле. Ее руки, очень тонкие и гладкие, были обнажены по локоть. В правой руке Эливиэль сжимала кленовую ветвь, а в левой находился мраморный скипетр, олицетворяющий власть над всеми светлыми эльфами. Длинные прямые волосы струились по плечам и опускались до талии. Нет, определенно Покровительница Эрии не могла быть при жизни простой крестьянской девчонкой, только Королевой.

Я обошел вокруг храма и свернул на улицу Друидов. Из названия мне сразу стало ясно, на кого я могу тут натолкнуться. Эльфийские волшебники, черпающие магические силы из природы, во все времена отличались дружелюбием и спокойным нравом, поэтому проблем с ними у меня возникнуть не должно. Я неспешно шел по широкой улице, с интересом глядя по сторонам. В отличие от других частей города, здесь нельзя встретить людей. Вокруг только друиды и простые остроухие особи.

Сама улица оказалась чистой и опрятной. Ни грязи, ни вони, ни шума. Вокруг только клумбы с цветами и аккуратно подстриженные молодые деревья. Но самое главное достоинство оной улочки заключалось в том, что она должна была вывести меня прямо к площади Видений, где располагался дом Риддена. Наверняка он давно мечтает заполучить свой бронзовый медальон. Но с другой стороны, если талисман очень важен, почему его должен передать такой ненадежный парень, как я? Хороший вопрос, и скоро я узнаю на него ответ.

Меня заинтересовала сцена ворожбы двух друидов. Один из них – старик, одетый в просторную зеленую мантию, – склонился над чахлым деревцем и что-то

нашептывал. Я стоял слишком далеко, чтобы услышать его слова. Второй – помоложе, скорее всего ученик, – со скучающим видом следил за действиями учителя и время от времени поглядывал по сторонам. Казалось, будто они что-то воруют.

– Смотри, – торжествующе произнес старший друид, отходя в сторону.

Деревце, над которым колдовал старик, стало преображаться. Увядшие листья позеленели, тонкий ствол выпрямился, и уже через пару минут я увидел крепкое и здоровое дерево. Вот если бы друиды и с человеком подобное проделать могли, им бы цены не было.

– Здорово, – одобрил младший. – А с целым лесом вы такое проделать можете?

– Для подобного ритуала нужно несколько самых лучших мэтров.

– Учитель, а мертвое дерево воскресить можно? – все никак не унимался молодой друид.

– Увы, Млео. – Старший отрицательно покачал головой. – Если древо отдает свою жизнь великой богине Эливиэль, никто уже не в силах вернуть ее обратно.

Похоже, малец совсем еще «чайник» в магическом деле, раз задает такие дурацкие вопросы. Даже я знаю, что воскресить любое живое существо, будь то человек или обычное растение, попросту невозможно.

Магия друидов очень сложна и нестабильна. Каждый ритуал требует полной концентрации, и в случае ошибки все приходится начинать сначала. Целители леса используют свою силу только для лечения природы, а для помощи людям их знания совершенно бесполезны. Наверное, именно поэтому имперские маги совершенно не интересуются деятельностью эльфийских коллег. Ну лечат деревья, и что? Человечеству то от этого ни жарко ни холодно.

Я пошел дальше, потеряв к целителям всякий интерес. Сразу за поворотом улица разветвлялась на две поуже. Я аж тихо взвыл. Просто издевательство какое-то! Плутаю, плутаю, а к дому Риддена дорогу найти не могу. То на центральную площадь набрел, то на неизвестный проезд со множеством охранников. Теперь еще и развилка, которой я не помню. Прямо такое ощущение, будто некая сволочь взяла и перестроила весь город за то время, пока я жил в Аруо. И куда мне идти? Направо или налево? Придется спрашивать дорогу.

На улице было довольно многолюдно (если, конечно, можно применить данное слово к эльфам). Жители Эрии ходили туда-сюда по своим личным делам и ни на кого не обращали внимания. Я заметил весьма симпатичную светлую эльфийку, которая неспешно прогуливалась под тенью каштанов и тоскливым взглядом созерцала собственные ноги.

– Извините! – окликнул я ее на эльфийском языке. – Вы не подскажете, как пройти к площади Видений.

Иногда я бываю очень культурным, но мои манеры не произвели на девушку должного впечатления. Она подняла на меня глаза и осмотрела с ног до головы.

– Направо, – ответила светлая на общечеловеческом, здраво оценив, что на эльфа я никак не тяну. – Идите прямо, никуда не сворачивайте и минут через пять окажетесь на площади.

– Благодарю.

– Не за что. – Она сразу потеряла ко мне всякий интерес. Видимо, простые люди ее мало волновали.

Честно признаюсь, когда я в точности выполнил все указания лесной эльфийки, мне захотелось вернуться назад и придушить ее голыми руками за наглое вранье. Вместо площади Видений я вышел к порту! Да, город большой, да, в нем много одинаковых улочек и переходов, но так плутать! Просто ни в какие ворота не лезет! Я так до старости ходить буду или помру от голода. Такие варианты казались мне неперспективными. Может, потому площадь и носит такое специфическое название, что она всем только видится, а на самом деле ее нет? Или есть, но все время в разных местах? А, ладно. Я ведь хотел сначала выйти к порту, вот и вышел.