Хранители Реликвий

Черноусов Евгений

С наслаждением вдохнув пьянящий запах алкогольного напитка, я осторожно проглотил несколько капель. На вкус довольно сносно. Красное, полусухое и на первый взгляд совсем легкое. Только лучше не злоупотреблять, такие вина самые коварные. Пьются легко, а потом так развезет – не встанешь.

– Ну как? – поинтересовался у меня рыжий. – Есть помутнение в глазах? Живот не болит? Голова не кружится?

– Какая забота. По-моему, вполне сносное пойло.

– У тебя и простая вода – сносное пойло. Ты давай не жмись, налей чуток. – Стилкк выудил с полки маленький граненый кубок и подлетел ко мне. Я плеснул ему красного вина.

– Похоже на «Рилитскую долину» – заявил Рикк, садясь на стол и смакуя вино мелкими

глотками. – Я что-то похожее дома пил. Окосеть от такой штуки проще простого. Хочешь хорошую идею? Давай вдрызг напьемся, будем орать и требовать свободу.

– Окосеть от твоих идей можно гораздо быстрее чем от самого крепкого вина.

Мой приятель занялся поглощением дурманного напитка, а я подошел к железной двери. Так и есть. Слышны отдаленные шаги, и они приближаются.

– Рикк, – окликнул я мохнатого зверька. – Сюда идут.

– Вот так всегда. Не дадут вкусить прелестей жизни.

– Ладно тебе бурчать, – одернул я стилкка. – Давай лезь за пазуху.

– Вот еще. Я существо хрупкое и не намерен… ай!

Я не стал выслушивать, что он там не намерен, и безапелляционно сгреб его со стола. Крошечный летун вполне поместился во внутреннем кармане моей темной куртки и теперь грязно ругался, постоянно упоминая каких-то сволочей, которые бессердечно обращаются с маленькими стилкками.

– Тихо ты, – цыкнул я на Рикка, прикрывая ладонью оттопыренный карман. – Чего ты дергаешься? Погибать, так вместе.

– Не хочу погибать, – жалостливо раздалось из-под куртки. – Хочу долго жить. Ты хоть вторую бутылку прихвати, а то мне вино понравилось.

– Цыц!

Шаги стали очень отчетливыми, щелкнул замок, и в комнату вошло несколько человек. Хотя нет, не человек. В гости ко мне пожаловали мои «любимые» темные эльфы в количестве четырех штук. Еще трое остались за дверью. Все в темных плащах и черных кожаных безрукавках. Штаны и рубахи были все в тех же тонах. Может, потому клыкастых гадов и зовут темными, что они очень любят черный цвет. Вдобавок у каждого моллдера на поясе висели зазубренный клинок и короткий нож с широким лезвием. Короче, типичное облачение всех готтальских мечников. Попробуй они в этом маскараде выйти на улицы Семм-Порто, светлые вздернули бы их на ближайшем дереве без суда и следствия. И даже разбираться бы не стали, кто перед ними – темные эльфы или простые городские шутники. Эрийцы шуток не понимают. Ненависть между двумя народами не угасала на протяжении всего их существования в нашем мире и вряд ли угаснет. Среди вошедших я пытался обнаружить своего знакомого любителя дуэлей с выбитым мною клыком. По счастливому стечению обстоятельств его тут не оказалось. Надеюсь, бедолага не затаил на меня зла, а то очень не хочется еще раз получить мечом по башке.

– На выход! – в свойственной для моллдеров сухой манере приказал долговязый тип с повязкой на левом глазу.

Ждать моего добровольного согласия никто не собирался. Меня бесцеремонно схватили под локти с двух сторон и повели в неизвестном направлении.

– Куда меня тащат? – стараясь сохранить сухие и угрожающие нотки, спросил я, оборачиваясь к одноглазому. Тот шел следом и явно не горел желанием вести светские беседы по поводу моего захвата и цели пребывания в загородном особняке.

– Скоро узнаешь.

Он не сразу соизволил ответить. Интересно, все готтальцы такие суровые и мрачные, или мне просто везет на подобных типов?

Вся наша процессия бодро двигалась по слабоосвещенному коридору. Стены оказались выложеными из простого серого камня без всяких излишеств и украшений. Из узких стрельчатых окон пока еще пробивался слабый свет, но слуги могли бы позаботиться и о факелах. Коридор очень быстро кончился, и мы спустились по лестнице на два этажа вниз. Тут декорации резко менялись. На стенах красовались ярко-красные гобелены

со стилистическими панорамами древних битв между темными и светлыми эльфами. С потолка свисали хрустальные люстры с горящими магическими шарами, которые изготавливают в Ландероне. Кое-где стояли мраморные статуи, изображавшие гордых готтальских воинов, а у их ног, моля о пощаде, стонали и плакали эрийцы. Мастерству скульптора, высекавшего эти изваяния, можно только подивиться, настолько реалистичными они были. Судя по всему, хозяин этого дома очень увлекался искусством и собирал всякие дорогие безделушки, имевшие огромную цену. Достаточно продать пару таких скульптур, и безбедная жизнь лет на десять тебе обеспечена. Очень некстати мне вспомнилась жутковатая страшилка о черном маге, который похищал красивых юношей и девушек и превращал их в каменные статуи. Надеюсь, что это только глупая сказка, а то мне совсем не хочется стать памятником самому себе. Буду молиться богам, чтобы тот, к кому меня ведут, не оказался темным колдуном с дурными наклонностями и пристрастием к произведениям искусства.

Но долго любоваться внутренним убранством особняка мне не дали. Едва наша процессия свернула за угол, как мы почти носом уперлись в бронзовую дверь с изображением большущего кленового листа. Надо же, точно такой же лист, только поменьше, мне следовало отдать некоему господину Риддену. Талисман, полученный в Аруо, все так же висел на моей шее.

Меня самым нахальным образом затолкали в открывшуюся дверь. Здесь оказалось довольно темно, и глаза не сразу сумели приспособиться к слабому освещению. Подслеповато щурясь, я осмотрел комнату. Все те же узорчатые гобелены, мраморные изваяния и прочая мишура. На столе горела одна хилая свеча, установленная на подсвечнике в виде человеческой кисти. Она и являлась единственным источником света во всем помещении. Во внутреннем кармане куртки начал копошиться маленький летун. Он явно был не в восторге от моих действий, но я не хотел, чтобы его заметили враги.

– Прошу извинить за столь негостеприимный прием в моей скромной резиденции. – Тихий спокойный голос заставил меня вздрогнуть. Его обладателя я сумел рассмотреть не сразу. Лишь когда под потолком зажглось несколько светильников, я увидел человека, сидящего в широком кресле. Он закинул ногу на ногу и с интересом меня разглядывал, будто решая, гожусь ли я для создания новой скульптуры или нет.

– Кто вы? – как можно наглее потребовал я. Терять мне, собственно, нечего.

– Ты все узнаешь, Маркус, – ответил тот, поудобнее устраиваясь в кресле. – А прежде я хотел бы полюбопытствовать, как прошло твое маленькое странствие из Аруо в наш скромный город? – В интонациях незнакомца слышалась насмешка.

– Зачем меня сюда притащили? – Я начинал терять терпение. – Явно не для того, чтобы расспрашивать о моем путешествии.

– В грубости нет необходимости. – Его спокойствие начинало меня раздражать. – Если я не ошибаюсь, сегодня утром ты меня искал. Или я не прав?

У меня в горле застрял комок.

– Вы Ридден?

– Да. Так меня называют. Надеюсь, ты принес мой талисман?

– Тогда какого черта меня схватили те кретины?! Думаете, без них я бы не нашел дороги к вам?! – Я никак не мог успокоиться. Сейчас мне жутко хотелось сорвать на заказчике всю свою злость.

– Конечно нет, – мягко проговорил заказчик. – На площади Видений стоит вовсе не мой дом. Ты сам посуди, Марк, как может жить темный эльф на улицах Семм-Порто? Если меня и моих помощников заметят эрийцы, всех нас ждут длительные беседы в пыточных подвалах городской тюрьмы и последующая публичная казнь на эшафоте.

Честно говоря, именно это я сейчас и желал Риддену со всей его шайкой. Надо же додуматься – послать за мной кучу вооруженных до зубов моллдеров?! Эти уроды меня чуть на кусочки не нарезали.