Хранители звезд
Шрифт:
«Что– то слишком часто я выхожу из себя в последнее время», -с тревогой подумал он, но удержаться от запальчивых слов не мог.
– Я сделал все, что от меня хотели, – разгадал тайну ванрианского языка. Больше благодаря счастливой случайности, чем таланту лингвиста, но разгадал. Если бы не я, никого из нас здесь бы не было! Я так же, как и Крис, чувствую свою ответственность за происходящее, и вам не удастся заставить меня ходить строевым шагом!
Файрли дрожал от гнева, хотя понимал, что выглядит сейчас смешно – словно взбешенный заяц, вдруг напавший на волка.
Однако Де
Вертолет, словно неуклюжая птица, парил прямо над вершинами деревьев. Не долетев до звездолета, он плавно приземлился. Из него выскочил молодой Смит и почти бегом направился навстречу Де Витту.
– Ну что? – нетерпеливо спросил тот.
– Я нашел их! – взволнованно воскликнул юноша. – Мужчина и женщина идут через лес на северо-восток. Женщину я узнал. Они скрылись среди деревьев, когда заметили вертолет, но немного опоздали. Я нанес на карту их местонахождение, так что мы легко найдем это место. А вот города рядом я не обнаружил.
– Отлично! – с энтузиазмом сказал де Витт и энергично потряс руку Смиту. – Немедленно займитесь обработкой полученных данных.
Час спустя в салоне корабля Файрли вместе с остальными членами экспедиции разглядывал увеличенный отпечаток карты.
На ней были видны цепи холмов, зеленые пятна лесов, черный «шрам» около развалин. В двух десятках километров от звездолета кружком было обведено место, где Смит обнаружил двух ванриан.
Де Витт стоял около расстеленной на столе карты, словно генерал перед битвой. Лицо его дышало уверенностью в успехе, в глазах не было ни тени сомнений, так присущих Кристенсену.
Полковник наконец дождался своего часа после долгих лет неудач и теперь не собирался выпускать из рук удачу.
– Туземцы явно идут куда-то в этом направлении, – сказал он, показывая рукой на линию, прочерченную от развалин города до черного кружка на карте. – Они не очень-то торопятся, значит, их дом неподалеку.
Томасон нахмурился.
– Но на карте нет и признака города или поселка…
– Вертолет мог и не долететь до этого места, – отрезал Де Витт. – Туземное поселение наверняка рядом с развалинами, иначе ванриане вряд ли бы пришли пешком, да еще и без припасов. – Он обвел суровым взглядом всех, собравшихся в салоне. – Завтра мы отправляемся в поход. Возьмем два вездехода. В состав отряда я включаю себя самого – я буду ехать в авангарде, – а также Рааба, Файрли, Винстеда, Хэджулина и двух водителей. Томасон остается старшим здесь, на корабле.
Томасон кивнул без особого энтузиазма и спросил:
– Оружие возьмете?
– У нас его чертовски мало, – недовольно сказал Де Витт. – В свое время я настаивал на солидном арсенале для звездолета, но меня никто не поддержал. Думаю, мы пока обойдемся несколькими ружьями.
Рааб спросил:
– Гленн, я люблю во всем точность. Какая задача ставится перед нашим отрядом?
– Я скажу вам точно, – с иронией ответил Де Витт. – Меньше всего меня интересуют контакты с туземцами, установление дружеских отношений и прочая чушь. Войну я тоже затевать
Ему никто не ответил. Ученые с мрачным видом переглядывались – такой категоричности они не ожидали даже от Де Витта.
После паузы тот продолжил, чеканя фразы, словно гвозди в гроб забивал:
– Еще раз повторяю. О программе, которую НАСА писало под диктовку Кристенсена, можете забыть. Никаких измерений магнитного поля, геологических изысканий и археологических раскопок не будет. Не будет ловли местных букашек, собирания гербария и прочей жюль-верновской чепухи, которая хороша только для доклада в Академии наук. Наша задача сужается до предела, зато мы ее обязаны выполнить. Понимаете, обязаны!
Рааб не стал возражать.
– Ладно, об этом поговорим позднее. Я хотел спросить насчет ружей. Вы не считаете, что они неуместны при контакте с аборигенами?
– Черт побери, неужто я это сам не знаю? – вспылил Де Витт. – Я вовсе не собираюсь стать Кортесом Альтаирским и огнем и мечом завоевывать новый мир. Оружие нам потребуется только для обороны, тем более что его до смешного мало. – Он взглянул на часы. – Все, дискуссия закончена. Пора приступать к работе. Завтра утром мы отправляемся в путь.
Перед рассветом, после беспокойной, полной тяжелых видений ночи Файрли проскользнул в медотсек. Кристенсен спал.
Он выглядел немного лучше, лицо его порозовело, дыхание стало ровнее. Райхер дежурил рядом с койкой и, увидев раннего посетителя, вопросительно поднял красные от недосыпания глаза.
– Скоро мы отправляемся в поход, – тихо сказал Файрли, с жалостью глядя на бывшего начальника экспедиции. – Я надеялся, что он очнется.
Врач грустно покачал головой.
– Я постоянно даю ему успокаивающее. Его сердце работает чуть лучше.
– Мы надеемся на вас, доктор.
– Сделаю все, что смогу. Но сердце Кристенсена слишком изношено. В последние годы он работал практически без отдыха, не обращая внимания на свой возраст. Ладно, счастливого пути, Боб!
Файрли вернулся в каюту и стал упаковывать сумку. Он слегка приободрился, хотя предпочел бы поговорить перед отъездом с Крисом.
Закинув сумку за плечо, филолог вышел из корабля и оказался в предрассветной тьме. Со стороны леса дул холодный сырой ветерок. Рядом с пандусом стояли вездеходы, освещенные прожекторами. Их погрузка была завершена. Одна из машин взревела – проверяли работу двигателя.
Вскоре на пандус вышел Винстед, закутавшийся в теплый плащ. Лицо космобиолога было несчастным – участие в рискованном походе мало его устраивало. Файрли же, напротив, был в хорошем настроении. И догадывался почему. Дело было в чудной девушке по имени Арэл – он очень хотел ее вновь увидеть.
Что– то в облике, в звонком голосе делало ее похожей на «звездную певицу», женщину его мечты…
Хриплый голос Де Витта отвлек филолога от лирических мыслей. Отставной полковник стоял возле пандуса и что-то энергично разъяснял водителям.