Хранители

Толкин Джон Рональд Руэл

– Именем Элберет и прекрасной Лучиэнь клянусь, – проговорил Фродо, воздев меч, – Кольца вы не получите. И я не ваш!

Главарь был уже посреди Переправы; он привстал в стременах, грозно поднял руку – и Фродо онемел. Язык его прилип к гортани, сердце замерло, меч переломился и выпал из дрожащей руки. Эльфийский конь с храпом встал на дыбы – казалось, первый Всадник вот-вот достигнет берега.

Вдруг раздался оглушительный рев и грохот: гул яростного потока, влекущего груды валунов. Фродо смутно увидел, как вся река поднялась и вздыбилась конницей бушующих волн – ему почудились белые всадники, белые кони, пышные гривы. Водяная лавина

обрушилась на троих Черных и мигом сшибла их, бешено пенясь. Остальные шестеро отпрянули назад.

Как сквозь сон, Фродо услышал дальние крики, и за Черными Всадниками, все еще медлившими на том берегу, ему привиделся белый витязь в сверкающих латах, а позади него – туманные фигурки с тусклыми факелами, полыхающими в серой мгле.

Черные кони, шалея от ужаса, ринулись в поток – его буйный, торжествующий рев заглушил неистовые вопли Всадников, исчезнувших среди пены и валунов. Падая с коня, Фродо подумал, что ему суждено сгинуть в грохочущем разливе вместе со своими врагами. И лишился чувств.

КНИГА ВТОРАЯ

Глава 1

НЕЖДАННЫЕ ВСТРЕЧИ

Фродо проснулся, открыл глаза – и сразу понял, что лежит в кровати. Сначала он подумал, что немного заспался после длинного и очень неприятного сновидения, – ему и сейчас еще было не по себе. Так, значит, он дома, и путешествие ему снилось? Или, может, он долго болел? Но потолок над ним выглядел непривычно и странно: высокий, плоский, с темными балками, украшенными искусной узорчатой резьбой. Фродо совсем не хотелось вставать; спокойно лежа в уютной постели, он разглядывал солнечные блики на стенах и прислушивался к шуму отдаленного водопада.

– Где это я? И который теперь час? – спросил он вслух, обращаясь к потолку.

– В замке Элронда, – прозвучал ответ. – И сейчас у нас утро, десять часов. Утро двадцать четвертого октября, если ты и это хочешь узнать.

– Гэндальф! – приподнявшись, воскликнул Фродо.

Так оно и было: у открытого окна в удобном кресле сидел старый маг.

– Да, я здесь, – отозвался он. – Но самое удивительное, что и ты тоже здесь – после всех твоих нелепых глупостей в пути.

Фродо промолчал и опять улегся. Ему было слишком покойно и уютно, чтобы спорить, – а главное, он прекрасно знал, что ему не удастся переспорить Гэндальфа. Он проснулся окончательно и постепенно припомнил страшные вехи недавнего путешествия – путь «напрямик» по Вековечному Лесу, бегство из трактира «Гарцующий пони» и свой поистине безумный поступок, когда он надел на палец Кольцо в лощине у подножия горы Заверть. Пока он размышлял обо всех этих происшествиях и старательно, однако безуспешно вспоминал, как же он попал сюда, в Раз-дол, Гэндальф молча попыхивал трубкой, выпуская за окно колечки дыма.

– А где Сэм? – после паузы спросил Фродо. – И все остальные... с ними ничего не случилось?

– Успокойся, все они живы и здоровы, – отвернувшись от окна, ответил Гэндальф. – А Сэм дежурил у твоей постели, покуда я не прогнал его отдохнуть – он ушел спать полчаса назад.

Так что же приключилось возле Переправы? – осторожно спросил у Гэндальфа Фродо. – Когда мы тайком пробирались к Раздолу, мир казался мне каким-то призрачным, а сейчас я почти ничего не помню.

– Еще бы! Ведь ты уже начал развоплощаться, становился призраком – из-за раны в плечо. Эта рана тебя едва не доконала. Появись ты у Переправы часа на

два позже, и тебя никто не сумел бы спасти. А все же ты оказался поразительно стойким – честь тебе и хвала, мой дорогой хоббит! В Могильнике ты держался просто молодцом. Жаль, что ты поддался врагу у Заверти.

– Тебе, я вижу, многое известно. – Фродо с удивлением посмотрел на Гэндальфа. – Про Могильник я еще никому не рассказывал: сначала боялся об этом вспоминать, а потом нам всем стало не до рассказов. И вдруг оказывается, что ты все знаешь...

– Ты разговаривал во сне, – объяснил ему Гэндальф, – и я без труда обследовал твою память. Зато сейчас тебе беспокоиться не о чем. Вы вели себя прекрасно – и ты, и твои друзья, – хотя порою не очень-то мудро. Но от вас потребовалось немало мужества, чтоб совершить это далекое и опасное путешествие с Кольцом, за которым охотится Враг.

– Мы не добрались бы сюда без Бродяжника, – признался Фродо. – Но где же был ты? Без тебя я не знал, на что мне решиться.

– Меня задержали, – ответил Гэндальф. – И это могло нас всех погубить... А впрочем, теперь я ни в чем не уверен: возможно, все обернулось и к лучшему.

– А что тебя задержало?

– Не торопись – узнаешь. Сегодня тебе нельзя много разговаривать... и много слушать – чтобы не утомляться. Так считает Элронд, – заключил маг.

– Да ведь говорить и слушать легче, чем думать. Думать-то утомительней, – возразил Фродо. – Я уже, как видишь, пришел в себя и помню уйму непонятных событий. Что тебя задержало? Объясни мне хоть это!

– Всему свое время, – ответил Гэндальф. – Когда ты поправишься, мы соберем Совет, и там ты узнаешь решительно все. А сейчас я скажу тебе только одно: меня предательски заманили в ловушку.

– Тебя? – недоверчиво переспросил Фродо.

– Да, меня, Гэндальфа Серого, заманили в ловушку, – подтвердил маг. – В мире много могущественных сил, есть среди них и добрые и злые. Перед некоторыми даже мне приходится отступать. С некоторыми я еще никогда не сталкивался. Но теперь великой битвы не минуешь. Черные Всадники переправились через Андуин. А это значит, что приближается война.

– Выходит, ты знал про Всадников и раньше – еще до того, как я с ними встретился?

– Знал и однажды говорил тебе о них, ибо Черные Всадники – это Призраки Кольца, девять прислужников Черного Властелина. Но я не знал, что они опять появились, – иначе увел бы тебя из Хоббитании. Мне стало известно про Вражьих прислужников, когда я расстался с тобой, в июне... но об этом ты тоже узнаешь чуть позже. Меня задержали далеко на юге, и от гибельных несчастий нас избавил Арагорн.

– Да, – сказал Фродо, – без него мы погибли бы. И ведь когда он появился, мы его испугались. А Сэм, тот ему так и не поверил – по крайней мере, до встречи с Всеславуром.

– Слышал я и про это, – Гэндальф улыбнулся. – Ну, да теперь-то Сэм ему верит.

– А вот это замечательно! – воскликнул Фродо. – Потому что мне очень нравится Бродяжник. Даже больше – я его по-настоящему полюбил... хотя он, конечно же, странный человек, а временами казался нам просто зловещим. Но знаешь, он часто напоминал мне тебя. Скажи, неужели у Большого Народа не редкость такие люди, как Бродяжник? Я-то считал, что они просто большие – громадные, грубоватые и не слишком умные: добрые, но бестолковые, вроде Лавра Наркисса, или глупые, но опасные, вроде Бита Осинника. Ведь у нас, в Хоббитании, людей почти нет, и мы встречаем их только в Пригорье.