Хранящая

Тарасова Ирина

В конце концов, мне надоело слушать приглушенный мат и хлопанье тел о землю, тем более не горела желанием ждать, когда они протрезвеют. Решила лечить их от алкоголизма радикально. Осторожно влезла в простыне на подоконник, распахнула белые "крылья" и ка-а-ак завизжу! Пьяные протрезвели. Спавшие проснулись. Воцарилась мертвая тишина. Внизу совершенно трезвые мужики в благоговейном ужасе воззрились на меня, на автомате продолжая сжимать в руках злосчастную лестницу.

— Т-т-ты хто?

— Ужас, летящий в ночи, —

ляпнула я первое, что вспомнила — известный такой мультик был.

И торопливо нырнула обратно в комнату. Потому как по лестнице внутри дома прогрохотали такие шаги, словно ее прыжками вверх на метр преодолевали. Внутрь ворвался Ветер с мечом наголо, следом такой же Яр, Учитель влетел последним, причем совершенно не запыхавшийся.

— Что?! — Ветер, рывком притянул меня к себе.

— Мышь! — пискнула я, показывая на ухо.

Мужчины кивнули и изобразили площадную ругань вполголоса. Я внимательно запоминала, указывая на окно и пантомимой изображая, что ко мне пытались прийти в гости. Осмотрев следы под окнами, три вопросительных взгляда скрестились на бедной мне.

— Оставайся. А то ей еще кто-нибудь примерещится! — жестко велел брат и они с магистром вышли.

Ветер же обнял, шепнул на ухо "молодец" и устроился на кровати. Я забралась ему на колени и шепотом описывала весь разыгранный под окнами спектакль как один большой анекдот. Мне так же шепотом сообщили, что орать надо было раньше — тогда от "гостей" ни рожек, ни ножек не осталось бы. Мало ли, что они пьяные и дураки. Под эти тихие наставления я как-то незаметно и уснула, пригревшись. Даже не почувствовала, как меня переложили в кровать и укрыли. Эх, какой вечер зря прошел! Хотя тоже как посмотреть — две печени от цирроза я спасла, и то радость.

Утром повторилась история с едой в комнату, молчаливыми наемниками и выматывающей тряской в седле. За нами никто не ехал, лес вокруг был пуст от представителей "homo" как "sapiens", так и не очень. Мужчины вполголоса обсуждали мое вчерашнее вокальное выступление в роли местного привидения. Ветер им только теперь пересказал все, что от меня услышал, а то лишние уши на постоялом дворе такой анекдот бы не пропустили. Посмеялись, похвалили за сообразительность, поругали за выжидание момента.

Вообще я начинала уставать от бесконечной дороги, надолго меня не хватило — мрачное настроение и тихая ненависть к пасторальным картинам — поле, лес, лес поле… Мужчин, видимо, тоже это все уже напрягало.

— Сколько нам еще осталось? — пятый раз примерно за полтора часа спрашиваю.

— Ночуем в лесу, — раздраженно буркнул Яр. — Завтра к обеду будем на заставе.

— Алиса, я все понимаю, но потерпи немного. На заставе выясним, что да как, и обратно.

— А что, в Палан не поедем?

— Нет. Наш противник не идиот, сидеть так далеко от гущи событий. — Ветер пожал плечами. —

Нам важно выяснить, не готовится ли что-то в его землях, пока мы в Вассете сидим.

— А что, надежного человека трудно было отправить?

— Алиса, надежные все в городе нужны. А тут своими глазами видеть надо.

— Понятно. Вот чуть — чуть больше времени, да машину бы сюда… — я мечтательно закатила глаза.

— Что?! — Яр оторопело остановился.

— Говорю, машину бы сюда — мы бы за два дня смотались.

Ярослав задумчиво замер.

— Знаешь, а это идея. Если б она еще столько шума не производила…

— Учитель, а вы как маг могли бы иллюзию создать? Чтоб невидимо — неслышимо?

— В принципе, это реально, только иллюзии — самая энергоемкая магия. У меня нет столько сил, чтоб долго ее держать.

— А если я побуду источником? К тому же ее не придется держать все время — только при подходе к людским поселениям, минут по десять.

— А что такое машина? — поинтересовался Ветер.

— Средство передвижения. Неживое, — буркнул Яр, сползая с седла.

Озадаченные такими интересными мыслями, решили сделать привал и обдумать хорошенько. А вдруг получится? Я уже и на велосипед бы согласилась, хотя он и медленнее лошади. Яр признался, что вернуться в родной мир он может в любой момент, но еще ни разу не получалось притащить оттуда сколько-нибудь крупную вещь. Перетягивая сюда меня, он и так много сил затратил. Так что вариант с машиной забраковали. Зато брат дал твердое обещание найти чертежи относительно продвинутых карет или повозок. Видимо, его зад тоже активно страдал от седла.

В итоге, долго ворчал на меня за внеплановую остановку. Вот смотрю на них — такие разные, не только внешне, внутренне — спокойный уравновешенный и скрытный Ветер и быстрый, активный Яр. Как ветер и огонь. А учитель — воплощение мудрой монолитной земли. Тогда я, получается, вода — изменчивая, эмоциональная, непостоянная. Хорошая команда бы вышла, если б мужчины с их надуманными противоречиями умели решать вопросы совместно. И так за дорогу пять раз цапались, еле разняли.

— На ночь остановимся тут, — Ярослав кивнул на кромку леса, соперничающую с вспаханным полем.

В подступающих сумерках деревья казались чудовищами, протягивающими к неосторожным путникам узловатые лапы. Поежившись, расседлала лошадь и занялась готовкой, пока мужчины хворост собирали. В лесу непривычно тихо, ни следа человека, едва слышное потрескивание сучьев под ногами моих спутников, приглушенные переговоры. Даже птицы уже на покой ушли, а ночные еще не проснулись. Жутко как-то, пусть мужчины и недалеко ушли.

— Алиса, ты в порядке? — вынырнул из-за спины Яр.

Я с испугу заверещала и подскочила. Под топот ломящихся на водопой слонов, к костру выскочили магистр с Ветром.