Хранящая

Тарасова Ирина

— Доктор? — я удивленно прислушивалась к издаваемому собственным горлом свистящему шипению — А что со мной произошло?

— Ваши друзья доставили вас к нам в состоянии комы. Анатолий Сергеевич сообщил нам, что вы принимали специализированный препарат. И кома, по-видимому, была вызвана резким прекращением приема.

Да. Скорее всего. Теперь меня точно ждет новое обследование. И если не отдельная палата с вожделенными мягкими стенами, то уж очередная убойная панацея — точно. И будет в родительском доме сидеть на диване эдакий овощ по имени Алиса…

Доктор еще долго сыпал

непонятными терминами, медсестра активно виляла филеем перед его носом, отключая нависшую по бокам аппаратуру и сгребая банки — склянки на сияющий металлом столик на колесиках. А мне хотелось зарыться в подушку и разреветься. Потому что после этого в моей жизни никогда уже не появится такого удивительного, живого, полного во всех смыслах мира. И такого человека.

В полной изоляции от мира и времени я прожила почти три дня. Единственный способ считать часы — по приходам врача с бородкой под козла, регулярно, примерно пару раз в день убаюкивающего меня своими терминами и объяснениями. Да медсестры, пичкавшие меня пюре непонятного происхождения пополам с успокоительным и снотворным. За эти дни я уже почти начала верить, что я в психиатрии. Только окружающий меня медперсонал — буйные больные, а не доктора.

Наконец, привычное сонное оцепенение было прервано отвратным скрипом двери. Я лениво открыла глаза, равнодушно ожидая новой порции снотворного в уже посиневшую попу.

Тихо, словно, боясь нарушить зыбкое молчание, в палату прокралась мама, разом осунувшаяся и усталая. И отец. Новые горькие морщинки вокруг глаз и складки у губ обоих показались мне еще большим наказанием за глупо прожитый день рождения.

— Привет, зайчонок, — мамины пальцы легким касанием пробежали по волосам.

Знакомый с детства запах, спокойный усталый голос. Я не выдержала, горячие слезы пробежали по щекам.

— Ну что ты, родная, что ты, — ласково уговаривал отец. — Все хорошо, все уже прошло.

— Простите меня, я так виновата…

— Девочка моя, ты ни в чем не виновата! И ребята тоже. Просто так неудачно получилось.

Но в папиных глазах ясно читалось, что виновник уже известен и его не ждет ничего хорошего.

— Что произошло? Доктор сказал, это из-за лекарства… я забыла выпить…

— Лена со своим мальчиком тебя нашли в каком-то овраге и сразу привезли сюда. Видимо, тебе стало плохо.

— Игорь исчез. Бросил тебя и испарился, — зло отозвалась мама. — Ярослав до сих пор в бешенстве, по всему городу этого мерзавца ищет.

— Ярка дома? — от удивления у меня даже голос прорезался.

— Да, он на твой день рождения торопился. Опоздал всего на чуть — чуть, — мамина улыбка расцвела маленьким солнышком.

Яр дома. Он здесь. И он может одним словом развеять все мои сомнения. Сердце заколотилось, едва не выпрыгивая через горло. Он мне нужен! Сию секунду, пока я окончательно с ума не сошла!

— Мам, а можно, Яр ко мне придет? — робко попросила, изображая мученически умирающую.

— Не нужно. Врач сказал, что завтра тебя можно будет забрать домой, если все будет в порядке. Там за тобой Яр присмотрит, да и Василь Васильевича вызовем.

Ага, нашего семейного врача с претензией на элитность. Этот оптимистичный

деятельный старичок был седым уже тогда, когда я научилась сама находить горшок по ночам. А теперь просто консультировал по несложным вопросам сильных города сего.

— А меня точно завтра отпустят? — и мысленно добавила: "Или просто переведут в отделение для душевнобольных?"

— Да, мы договорились. Тем более результаты анализов вполне нормальные, никаких патологий. Правда, твои таблетки придется пока отложить в сторону, — папа покачал головой.

Только непонятно, что он осуждал — лекарство или мои анализы?

В течение дня еще несколько раз заглядывала медсестра, мерила температуру и давление с таким видом, словно я — единственная пациентка в этой больнице. Видимо, родители успели подсуетиться со своими связями. Ночь прошла относительно спокойно — мне снились кошмары, несколько раз просыпалась в холодном поту. Ночная дежурная, злая с недосыпу, сначала предложила мне успокоительное, а потом просто вкатила снотворного. И уже до утра ни один сон не навещал мою бедовую головушку.

Скучно и однообразно — разглядывать потолок, считая минуты до приезда родителей. Очень хотелось домой, в свою постель, к привычным вещам. К брату. Последнее меня волновало больше всего. Мне нужно твердо знать, что реальность, а что — всего лишь фантазии коматозницы. И не хотелось думать о том, как жить дальше, если все окажется сном. К тому же подозрительно быстро меня выписывать собрались. Тоже есть над чем поразмыслить.

Судя по всему, кома — дело нешуточное. И при этом, по словам отца — нормальные анализы и полное отсутствие повреждений на теле. Если из-за таблеток такое произошло, то еще более странная картина получается. Папин психотерапевт говорил, что с моей неустойчивой эмоциональной сферой и активной психикой могут быть проблемы. Но шансов мало. Все-таки я — организм молодой, растущий. И вдруг кома. Понятно, припишут не столько таблеткам, сколько сочинят какой-нибудь противный диагноз. Иэх, как бы побыстрее отсюда ноги сделать?..

— Привет, зайчонок, а я за тобой, — мама весело помахала мне рукой от двери. — Давай одеваться, пока отец все бумаги заберет.

— Привет, мам. Вы на машине?

— Конечно.

Мама в своем репертуаре. Даже больной мне она привезла какие-то модные тряпки. Если я правильно сориентировалась в многочисленных ремешках, это должно быть платье. Сунув ноги в ставшие непривычными туфли, поморщилась — то ли слабость в теле, то ли ноги и правда притерпелись к сапогам и стремени.

— Готова? Пошли.

Под руку с всегда элегантной мамой я почувствовала себя гадким утенком. Тщательная прическа тоже не гармонировала с моими распущенными волосами. Попробуй, прочеши их теперь. На крыльце рядом с отцом стоял мой лечащий врач и толстый дядька с ответственным лицом минимум зав. отделения. До главврача он не дотягивал. Торопливо простившись, я юркнула в машину и свободно вздохнула. Назад, домой, обратно к лекциям, конспектам, интернету… И пустоте.

— Алис, Ярка тут на днях приятеля встречать собрался из-за рубежа. Покажешь ему город? Тем более доктор велел побольше находиться на свежем воздухе.